Здравствуйте Гость ( Вход | Регистрация )

Страницы (3) :  1 2 3  > [Все] 
Ответить | Новая тема | Создать опрос

> Лучница, по мотивам книг Дэвида Геммела

Кайран >>>
post #1, отправлено 28-11-2006, 19:46


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Этот фанфик (неоконченный) написан по мотивам Дренайского цикла Дэвида Геммела. Время действия - незадолго до событий книги "Легенда о Побратиме смерти".


P.S. Это черновой вариант, так что любая конструктивная критика приветствуется.

Добавлено:
Пролог

Карда-Лучница осторожно выглянула из укрытия. То, что ей не удалось пока обнаружить ни одного сатула, абсолютно ничего не значило. Поговорка “Если не видишь сатула, значит он рядом, если видишь – ты уже мертвец” не была пустым хвастовством. За три года она неплохо научилась вычислять, где горный народ выставляет стражу. Перед ней было как раз такое место.
Девушка прикрыла глаза и сосредоточилась, как ее учил настоятель Магнар. Несколько минут она пыталась хоть что-то уловить – бесполезно. Когда голова начала раскалываться от боли, Карда прекратила тщетные попытки.
Дар Карды был слабым. Она не могла читать чужие мысли, не умела лечить прикосновением. О более высоком искусстве путешествия по Туманным Тропам глупо было даже мечтать. Но хуже всего была невозможность покинуть свое тело. Как бы ей это сейчас пригодилось - взлететь и увидеть все сатулийские посты как на ладони!
Единственное¸ на что Карда была способна – чувствовать опасность. Даже это срабатывало далеко не всегда. Настоятель Магнар сделал для нее все, что мог, но, как говорится, из березы осину не воспитаешь.
Как всегда при мысли об учителе девушка улыбнулась. Большинство священников Истока, которых она знала, были высокомерными ханжами, которым дурно делалось при одной мысли обучать мистическим навыкам женщину. Тем более женщину-воина.
Настоятель Меченосцев был совсем другим.

- Запомни, девочка, мудрость нельзя вычитать из книг. Тот, кто отворачивается от жизни, копаясь в том, что написали другие, получает ученость, но никак не мудрость.
- А как же вы, отец настоятель? Вы же получаете мудрость прямо из рук Истока - лукаво заметила Карда. - По крайней мере, я так слышала.
- Вот что я тебе скажу, – Магнар почесал старый шрам на щеке. - Надо быть очень осторожным с людьми, которые заявляют, что им ведома воля Истока. Неподготовленному человеку очень легко спутать божественное послание с чем-то другим. В библиотеке Ордена описана уйма таких случаев. Но даже знания и могущество не спасают от ошибок. В этом смысле очень примечательна история Шаошада.
- Странное имя. Он что, чиадзе?
- В нем текла и чиадзийская, и надирская кровь. Но эта история касается только надиров, поэтому будем для простоты считать его надиром. Так вот, в те времена надиры создали из камня и магии огромную статую волка - Альказарра. Она стала символом единства племен. Но у Шаошада, который был одним из создателей статуи, было видение. Он решил, что сможет использовать Глаза Альказарра чтобы воскресить из мертвых Ошикая, величайшего из надирских героев, и покончить с готирской угрозой. Что ж, видение оказалось ложным. Ошикая никто не воскресил, а надиры после потери Глаз распались на множество мелких племен, совершенно неопасных для готиров. Ошибка Шаошада дорого обошлась и его народу, и самому шаману – разгневанные кражей соплеменники пытали и убили его.
- Значит, надиры никогда не объединятся?
- Пока Глаза не найдутся. А это обязательно случится, - тихо добавил настоятель, скорее для себя, чем для нее.


Внезапный холодок во всем теле отвлек ее от воспоминаний. Сатулы! Карда достала из колчана стрелу, еще три воткнула в землю рядом с собой и стала ждать, не отпуская натянутой тетивы.
Фигура в белом показалась из-за скального уступа. Карда не торопилась стрелять. Если сатул не один, не стоит выдавать себя раньше времени.
Минута, другая… Девушка успокоилась. Вряд ли опытный боец стал бы поднимать столько шума.
Должно быть, сатулы не ожидали, что кто-нибудь сможет подобраться к ним с этой стороны, и выставили стражу скорее для порядка.
Молниеносно распрямившись, Карда выпустила стрелу. Сатул собрался было крикнуть, но стальной наконечник, врезавшийся в горло, заставил его замолчать навсегда.
Не забывая об осторожности, лучница приблизилась к трупу. Теперь она видела, что сатул был совсем молод. Его возраста не могла скрыть даже черная борода, которой юный воин явно гордился. Сноровисто обшарив карманы мертвеца, Карда нашла лишь пригоршню монет и золотое колечко, по всей видимости, снятое с убитого дреная. Сабля и лук тоже разочаровали ее. Ее короткий меч, невзрачный, без украшений на рукояти, был куда лучше уравновешен. Что до лука, то оружие Карды, изготовленное в Вагрии шесть лет назад, стоило десятка таких поделок.
Девушка решила припрятать трофейное оружие. Может быть, удастся вернуться сюда, чтобы забрать все это и продать в Дельнохе. Труп она без лишних церемоний сбросила в ближайшую расщелину.
Выбросив из головы все мысли о неудачливом воине, Карда двинулась туда, куда собиралась с самого начала.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #2, отправлено 28-11-2006, 21:14


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Девушка спала в своем укрытии, положив руку на рукоять меча, и не знала, что за ней наблюдают. Будь на ее месте обладатель настоящего Дара, он бы тут же заметил парящий над скалами дух. Дух молодой женщины с длинными волосами, одетой в простое белое платье без украшений.
Ровена оказалась здесь не случайно. После ухода Друсса в Дельнох она несколько раз видела юную воительницу во сне. Решив посоветоваться с Винтаром, Ровена довольно много узнала о Лучнице. Но этого было недостаточно. Ясно, что девушке выпала непростая судьба (Настоятель Мечей Магнар, учитель Винтара, считал так же), но в чем она заключалась? И какая роль уготована самой Ровене? Что бы не означало столь неожиданное переплетение судеб, в одном провидица была уверена. Это связано с войной.
Я говорю не об одной из бесчисленных войн между государствами, вспомнились ей давние слова Винтара. По сравнению с этой они все кажутся ничтожными. Война, о которой я говорю, идет между Истоком и Духом Хаоса. Они сражаются с начала времен, с самого Изначального Мига. Любой человек может стать солдатом на этой войне – даже если никогда не брал в руки оружие.

Война…
Ровена тяжело вздохнула. Несмотря на то, что ее муж был великим воином, сама она питала к войне и смерти только отвращение. Никогда ей не забыть, как разбойники врывались в ее селение, убивая направо и налево. Не забыть страшное зрелище Друсса, залитого чужой кровью, больше похожего на демона, чем на человека, и серебряный топор, поднимающийся и опускающийся, несущий смерть с каждым ударом. А последняя атака Бессмертных на стены Реши… Ровена отогнала неприятные мысли.
Когда-то она мечтала о собственном домике в горах, где бы они могли жить. О том, как Друсс будет уходить рано утром, а под вечер возвращаться с вырубки, усталый, но довольный. Он поставит топор в сарай, она накроет на стол, пока Друсс будет смывать с себя пот. Их маленький сын подбежит к отцу и взлетит на его могучее плечо.
Ровена грустно улыбнулась. Мечты не всегда сбываются. Когда разбойники напали на их деревню, Друссу пришлось взять совсем другой топор – Снагу-Паромщик, легендарное обоюдоострое оружие, выкованное еще во времена Древних. Оружие воинов и королей, а не крестьян – но Друсс, переживший гибель их селения, смерть отца и ее похищение, уже не был крестьянином.
Муж искал ее семь лет. Сначала в Машрапуре, потом в Вентрии и Наашане. Прошагав множество миль, победив могучих врагов, он сам превратился в страшное живое оружие. Друсс-Топор, Серебряный Убийца, Победитель Хаоса… Как сказал ей сам Друсс после их возвращения в Скодию, «стать Легендой легко, а вот жить так очень трудно». Увы, быть женой Друсса-Легенды еще труднее.
Да, они живут не в хижине, а в настоящей усадьбе. Но детский смех не звучит в этих стенах – и не зазвучит никогда. Ровене было очень тяжело, что она не может подарить своему мужу ребенка.
Конечно, к ним заглядывали друзья. Но это были друзья Друсса – Ровена никогда не заблуждалась на этот счет. Она была лишь спутницей жизни Мастера Топора, которым они восхищались. А для Ровены эти люди были вехами на пути, который молодая женщина от всей души ненавидела.
Даже ледяное дыхание Судьбы в их присутствии становилось сильнее.
«Игры в Гульготире», глаза Борчи горели, лысая макушка пожилого борца блестела, как начищенный шлем. «Там состязаются лучшие из лучших. А кому посчастливилось туда попасть, хватит воспоминаний до конца жизни. Ты непременно должен поехать на следующие Игры, Друсс. Показать этим хвастунам с фарфоровыми подбородками, на что способны парни из Скодии. Ну же, парень! Скажи только слово – я все брошу и займусь твоей подготовкой. Ядра Шемака, да я и сам бы поехал – лет десять назад, когда я чего-то стоил как боец, а не превратился в развалину!».
Друсс тогда отшутился, но Ровена знала, что ее муж непременно попадет на Пятые Игры. И что эта поездка закончится отнюдь не парой разбитых носов. Но говорить об этом просто-напросто бесполезно. Друсс не верит в судьбу.
«Друсс только прикидывается простаком, госпожа моя, но мы оба знаем, - он куда умнее, чем кажется» , Бодасен еще не оправился после ранения, когда провожал Серебряного Убийцу и его чудом обретенную супругу на корабль. Лицо вентрийца было бледным, но костюм, как всегда, безупречен. «Удивительное дело – он едва умеет читать и писать, но воинские премудрости впитывает как губка. Когда мы были заперты в осажденном Эктанисе и начали потихоньку впадать в отчаяние, именно он пришел ко мне с планом вылазки. Если когда-нибудь Друссу придется командовать, а не подчиняться приказам, кое-кто сильно удивится».
Ровена знала, что командовать ее мужу непременно придется. Она видела огромную каменную крепость, Друсса, отдававшего распоряжения, что нужно сделать перед началом осады, и двух офицеров, слушавших ее мужа как пророка.
Пожалуй, худшую из всех возможных услуг Друссу оказал Зибен-поэт, самый близкий из его друзей. Он сотворил легенду о Друссе, ни на минуту не задумываясь, чем это обернется для скромного скодийца, никогда не стремившегося к славе. Благодаря песням и рассказам Зибена о Друссе-Легенде прослышали далеко за пределами Дреная – в Вагрии, Лентрии, даже в Чиадзе. И громкая слава положила конец мечтам Ровены, что Друсс когда-нибудь повесит топор на стену и заживет обычной жизнью. Во всех вариантах будущего, которые она видела, Друсс уходил на войну, возвращался и снова уходил, как только начиналась очередная заварушка. Она даже не пыталась удержать мужа, когда тот решил вступить в ополчение против сатулов – она знала, что если Друсс не пойдет на войну, война придет к нему сама.
Ровена помнила пророчество, обещавшее Друссу еще три с лишком десятка лет. Ее собственный Дар говорил то же самое. Но разве может жена не бояться за мужа, когда он уходит на войну?…

Вспомнив, зачем она здесь, Ровена подлетела к спящей девушке и положила бесплотную руку ей на голову. Тут же к ней пришло видение. Очень четкое видение. Даже слишком.
Ровена резко взмыла в воздух. Поднявшись выше облаков, она устремилась в Скодию. Снизившись и пройдя сквозь крышу дома, женщина вернулась в свое тело.
Увидев, что госпожа открыла глаза, Пудри поспешил к Ровене.
- Как вы себя чувствуете? Вас не было очень долго… - он осекся, увидев бледность Ровены и слезы на ее щеках.
- Бедное дитя, - прошептала Ровена. – Бедное дитя…

Сообщение отредактировал Кайран - 1-12-2007, 18:58


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Тоги - Злобная Рыбка >>>
post #3, отправлено 29-11-2006, 1:53


Ich bin der Tod
******

Сообщений: 1144
Откуда: Totenturm
Пол:мужской

Злословия: 949

Я понимаю, это дань уважения Дэвиду Геммелу (пусть он вечно витает одесную Истока!)...

персонаж Карды получился на славу, и первый пост - очень похож на пролог Великого Творения, даже близко к самому Создателю, Истоку Дрейнайского Цикла. Образно, и весьма привлекательно. Кайран, ты молодчина - сохранил ту самую незаметную изуминку, которой дорожил Дэвид. Но продолжение... меня убило. Если в первом кусочке все дается мелкими глоточками, не вызывает обилие готиров, надиров, сатулов и прочих человеческих рас дрейнайского цикла, то второй кусок даже в подметки не годиться художественной литературе, прости, но это так. СЛИШКОМ много информации сразу на бедную голову читателя, даже меня, читавшего Гэммела. Воспоминания - это хорошо, но зачем было перечислять всех друзей Друсса?! Когда можно было вводить их по одному, по двое, не спеша... электронной Вордовской бумаги хватит еще не на одно произведение по миру Дэвида. Второй кусок получился сухим пересказом "предыдущих книг", не больше... здесь не видно ни сюжета, ни развития первого кусочка. Первый пост - замечателен, второй - графоманство...


--------------------
И накормлю их плотью сыновей их и плотью дочерей их; и будет каждый есть плоть своего ближнего...(Иер.19:9)
Глупый сидит, сложив руки, и поедает плоть свою (Еккл. 4:5)
Повергну трупы ваши на обломки идолов ваших (Лев. 26:30)
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #4, отправлено 29-11-2006, 2:07


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Цитата
Тоги - Злобная Рыбка


Не знаю, почему, но вжиться в образ Ровены мне не удалось. Вторую часть честно пытался переделать, но получалось только хуже. sad.gif


* * *

Пинок под ребра вырвал Джасина из тяжелого сна.
- Вставай, сатулийская мразь! Ишь, разлегся! Быстро готовь мне завтрак!
Зарен Чоу смотрел на своего раба сверху вниз, что со стороны выглядело довольно комично – огромный сатул даже сейчас, одетый в лохмотья, выглядел внушительнее чиадзе.
Джасин, не говоря ни слова, свернул одеяло (за что получил дополнительный нагоняй) и поплелся к погасшему костру. Огонь загорелся далеко не сразу – прощальный подарочек от вчерашнего дождя. Разумеется, Зарену Чоу даже в голову бы не пришло тратить магические силы на банальное разжигание походного костра.
Помешивая в котелке, сатул наслаждался минутами, когда можно не слышать голоса ненавистного господина – Зарен погрузился в медитацию. Прожив пару лет в рабстве, поневоле начнешь радоваться даже таким мелочам. К сожалению, помечтать о меткой стреле, обвале или скользком камне Джасину не удалось. Снова и снова в его сознании возникал хозяин.
Джасин не знал, за что высокородного чиадзе изгнали, и был достаточно умен, чтобы не спрашивать об этом вслух. То, что он знал о желтокожем народе, подсказывало две возможные причины столь сурового наказания – политика или колдовство. Куда большей загадкой было, как Зарин Чоу рассчитывает вернуться в Чиадзе и расквитаться со своими врагами, избежав при этом насаживания на золотой кол.
Сам Джасин никогда не предполагал, что вернется в родные горы. Тем более в качестве раба.

По меркам своего народа Джасин, совершил тягчайшее преступление. Он верил в Исток, ложного бога дренаев. Святотатство усугублялось тем, что Джасин был Храмовым Стражем.
Сбежав от жестокой казни, полагавшейся за вероотступничество, Джасин ни на что не надеялся. Его бывшие соотечественники отправились бы даже в Пустоту, приди беглецу в голову укрыться там. Поэтому самое большее, что он мог выиграть – быструю смерть в бою.

Это была хорошая оборонительная позиция. Скалы не давали окружить его, солнце светило преследователям в глаза.
- Ты заставил нас неплохо побегать, - ухмыльнулся незнакомый ему одноглазый воин. – Но теперь, кажется, тебе некуда бежать, верно, жалкий изменник с сердцем шавки?
- Ну так подойти и вырежи мне сердце, - презрительно ответил Джасин, - Или ты только и можешь, что гавкать?
- Сейчас, - процедил тот, бросаясь вперед. Джасин не пытался парировать его удар – пригнувшись, он выбросил руку с саблей вперед. И немедленно вернулся в исходную стойку, едва услышал вопль. Джасин не пытался добить одноглазого – глубокая рана в животе так же верно, как удар в сердце, пусть и не столь быстро.
Теперь на него напали двое. Один – почти такого же роста, как сам Джасин. Другой, с редкой бородой – невысокий, но гибкий, как змея. Опасный противник – сразу понял Страж. Ему пришлось отступить на шаг, потом еще на шаг, и еще. Скоро придется выйти на открытое место, а это – верная смерть.
В обычном бою Джасин никогда не стал пробовать ничего подобного. Но когда встает выбор между смертельным риском и неминуемой смертью…
Он взмыл в воздух и, чудом умудрившись увернуться от чужих сабель, оказался позади противников. Клинок Джасина отбил саблю высокого воина в сторону. Поворот – и Редкая Борода, пытавшийся поразить врага в спину, рухнул с подрубленной ногой. Когда высокий понял, что его провели, темные глаза загорелись яростным пламенем, и он с утроенной силой бросился в атаку.
Наставник Гамар предупреждал молодого Джасина, что когда встречаешься в бою с одержимым, самое лучшее – защищаться, пока тот не выдохнется. Можно наносить такому бойцу рану за раной – он не остановится. Но даже защита давалась с огромным трудом.
И тут сам Исток пришел на помощь к своему служителю. Джасин уловил сзади какое-то движение, и, отразив очередной удар одержимого, отпрыгнул. И с удовольствием увидел, как сабля Редкой Бороды, пронзив белую ткань, вонзилась высокому в легкие. Одержимый, захрипев от боли и ярости, отрубил руку тому, кто осмелился его ранить. Начисто забыв и о Страже, и об оставшейся в теле сабле, безумец наносил удар за ударом, пока мертвое тело не было изрублено до неузнаваемости.
Джасин, воспользовавшись подаренной передышкой, переводил дыхание, прислонившись к огромному камню. Запоздало воин почувствовал тупую боль в боку. Трюк с прыжком через вражеские клинки стоил ему легкого ранения.
Тут Исток сделал Джасину еще один подарок. Одержимый не заметил его в тени скалы, и размахивая обеими саблями (вторую он извлек из собственного тела) бросился в противоположную сторону – прямо на своих товарищей. Те, ошеломленные чудовищной гибелью одного из них и безумием другого, едва не дали застать себя врасплох. Затем стрела с черным оперением, прилетевшая откуда-то сверху, выбила одержимому глаз. Это убило бы обычного воина, этого – всего лишь остановила. Следующая стрела вонзилась в живот.
Впервые Джасину стало страшно. Он знал, чьи это стрелы.
А невидимый лучник продолжал осыпать безумца убийственными стрелами. Правая рука, плечо, левая нога… Наконец, тот рухнул - со стрелой в сердце.


- Ты, отродье вонючей крысы, посмотри, что стало с моим завтраком! – завопил Зарен Чоу на ухо сатулу. Погрузившись в собственные мысли, тот и не заметил, что позволил воде почти полностью выкипеть.
Джасин, стиснув зубы, готовился к неизбежному. Маг направил скрюченный палец на сатула-изгнанника и произнес несколько слов Власти.
Боль сжала голову воина огненным кольцом. На этот раз мучения были куда сильнее обычного – видно, колдун не на шутку рассердился. Когда Джасин снова обрел способность видеть и дышать, пришлось чистить котелок и снова готовить завтрак. Для хозяина – самому Джасину лучше и не заикаться сегодня о еде.

Сообщение отредактировал Кайран - 29-11-2006, 2:09


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
DiVert >>>
post #5, отправлено 29-11-2006, 2:31


членю на синтагмы
******

Сообщений: 1970
Откуда: Та-Мери
Пол:нас много!

синтагм: 5856

Ну вот, я Геммела не читала, и, честно сказать, вряд ли толком смогу оценить, ибо вряд ли ты будешь дальше по тексту объяснять все не очень ясные вещи.
Несмотря на некоторые непонятные вещи... да что там, непонятных вещей хватает в любом тексте smile.gif Я совершенно не в состоянии последние пару недель оставлять ничего конструктивного, но особенной тяжести текста нет, даже если учесть, что я понятия не имею о том, что тебе, наверное, отлично известно. Воть.


--------------------
А в рай твой, Алексей Федорович, я не хочу, это было бы тебе известно, да порядочному человеку оно даже в рай-то твой и неприлично, если даже там и есть он!

user posted image
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
amyki >>>
post #6, отправлено 29-11-2006, 14:20


Младший помощник искателя философского камня
***

Сообщений: 184
Пол:женский

найдено камней: 1912

То в чем одни видят недостатки, другие могут увидеть достоинства.
Я как и DiVert не читала книг Дэвида Геммела, и возможно вообще не имею право что-либо тут псиать, ибо человек абсолютно не знающий ни предысторию героев, ни развитие сюжетной линии в оригинальных книгах, а может это и к лучшему, по крайней мере я могу сформировать мнение о рассказе, не обращая внимание на его переплетение или противоречие с книгами, а рассматривать данный рассказ как собственное индивидуально творение.
Мне лично, наоборот понравилась вторая часть про Ровену, по крайней мере что-то стало мне понятно, хотя я бы все равно сделал ее по короче...Но как я поняла, автор и без того несколько раз пытался переписать ее. Поэтому мой вердикт - оставить пока без изменений... В целом общее впечатление очень даже не плохое, мне нравится стиль, мне нравится идея, я с большим удовольствием буду читать дальше.



--------------------

Программист - индивидуум, потерпевший достаточно много неудач в нормальных профессиях, чтобы стать специалистом в области программной инженерии.
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #7, отправлено 29-11-2006, 22:08


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

- Привал! - скомандовал бар Эстин. Кажется, уже в стотысячный раз он спросил себя, почему ему дали этот сброд вместо настоящих солдат. Единственным (но не слишком приятным) ответом было, что его таким образом наказывают.
Будь оно все проклято! И пусть сгниет в аду душа того ублюдка, который разрешил продажу офицерских званий!
Одернув себя – нельзя позволять себе размякнуть - Эстин рявкнул на кула-новобранца, явно решившего за один присест выпить половину своего запаса воды.
- Ты хоть одно слово слышал из того, что я говорил? Клянусь Шемаком, если выпьешь свою воду, больше не получишь ни капли! Я с радостью брошу тебя подыхать от жажды, ты, жалкое подобие солдата!
- Но ведь мы всегда можем пополнить запас в…
- Боги, уберегите нас от недоумков, которые думают, что они опытные солдаты! А если не сможем? Если сатулийские ублюдки отравят воду? Или если придется срочно отступить? Что тогда? Будешь молиться Истоку о дожде?
- Но…
- Наряд вне очереди! – рявкнул обозленный Эстин. Увидев, что новобранец снова собирается открыть рот, добавил: - Одно твое слово, и будет два наряда!
Спорщик увял.
Проследив, чтобы кул убрал фляжку, бар Эстин устроил разнос еще одному разгильдяю, умудрившемуся стереть себе ногу на ровной местности. Остальные, вопреки ожиданию, на этот раз ничем не отличились.
«Может, мне все-таки удастся сделать из них приличных вояк», подумал офицер. «А может, лошади научатся летать».

* * *

Хореб, которого незадолго до привала послали в разведку, коротко отсалютовал.
- Мертвые сатулы. Трое, - доложил он.
- Где? – Хореб объяснил. Это место было Эстину знакомым. Сатулы любили устраивать засады в подобных естественных укреплениях.
- Кто их убил?
- Один человек. Среднего роста, оружие - длинный лук и меч. Не новичок в горах. Подобрался к ним сзади и застрелил двоих. Третий убит ударом в сердце. – Хореб немного помолчал: - Похоже, сатул рассмотрел что-то в нападавшем, что заставило его опустить саблю. Он просто обязан был отразить такой удар.
- Еще дурацких загадок мне не хватало, в дополнение к этому сброду…Я не про тебя говорю, Хореб, - добавил бар. – Видят боги, ты – лучший здесь солдат за исключением меня самого.
- Я могу говорить откровенно? – солдат понизил голос.
- Валяй. Дурацкие церемонии будем разводить в Дельнохе, не здесь.
- Бар Эстин, вам не стоит так откровенно показывать свое отношение к ним. Согласен, этот отряд и в подметки не годится вашему прежнему. Но если постоянно давать им понять, что они никудышные солдаты, даже у самых старательных опустятся руки.
- Я обращаюсь с ними не лучше и не хуже, чем…
- Но те, кто погибли, знали вас. Они понимали, когда вы ругаете их по делу, а когда просто ворчите. – Хореб посмотрел в глаза командира и добавил, - И никто не виноват в их смерти, кроме дуна Пардиса. Никто.
Это имя всколыхнуло в душе старого воина такую бурю гнева, что он чуть не задохнулся. Только железная дисциплина, вбитая тремя десятилетиями службы, не дала Эстину броситься на кула, ткнувшего в еще свежую рану. Хореб стоял спокойно, глядя взбешенному командиру в лицо. Это отрезвило Эстина.
- Не называй мне больше это имя, - хрипло сказал он, – и в следующий раз говори мне, когда я буду вести себя как дурак, или срывать злость на твоих товарищах. Это приказ, ясно?
- Слушаюсь, - Хореб снова отсалютовал и удалился.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Аурелика де Тунрида >>>
post #8, отправлено 29-11-2006, 22:16


Nero
*****

Сообщений: 718
Откуда: Romulan Star Empire
Пол:средний

Сожжено инквизиторов: 1448

Цитата(Кайран @ 29-11-2006, 21:08)
- Привал! - скомандовал бар Эстин. Кажется, уже в стотысячный раз он спросил себя, почему ему дали этот сброд вместо настоящих солдат. Единственным (но не слишком приятным) ответом было, что его таким образом наказывают.
Будь оно все проклято! И пусть сгниет в аду душа того ублюдка, который разрешил продажу офицерских званий!
Одернув себя – нельзя позволять себе размякнуть - Эстин рявкнул на кула-новобранца, явно решившего за один присест выпить половину своего запаса воды.
- Ты хоть одно слово слышал из того, что я говорил? Клянусь Шемаком, если выпьешь свою воду, больше не получишь ни капли! Я с радостью брошу тебя подыхать от жажды, ты, жалкое подобие солдата!
*

По-моему, здесь небольшой перебор со "свой" и "себя". И еще ты увлекся диалогом (понимаю, стиллизация), не хватает описаний.
А так интересно и очень близко к оригиналу. Жду продолжения.

Сообщение отредактировал Аурелика де Тунрида - 29-11-2006, 22:17


--------------------
Блаженны робкие, ибо обретут они землю - метр в ширину и два в длину.
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #9, отправлено 30-11-2006, 20:34


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Карда проснулась еще до рассвета. Как всегда.
Какое-то она размышляла, с какой стати ей снятся летающие женщины, затем выкинула дурацкий сон из головы. Спустившись к ручью, девушка умылась, затем старательно расчесала коротко остриженные волосы. То, что Лучница давно махнула рукой на свою внешность, вовсе не означало, что она позволила себе зарасти грязью.
Мечты Карды никогда не соответствовали реальности.
В пять лет она хотела братика или сестренку. Обязательно младшую. Но мать перечеркнула ее надежды, когда умерла в родах. Новорожденный был слишком слабым, и через день умер. Отец не женился второй раз и воспитывал девочку один. Оглядываясь назад, можно сказать, что это не слишком хорошо у него получалось.
Она воображала себя стройной высокой красавицей с огненными глазами и копной иссиня-черных волос. Увы, волосы девушки с возрастом приобрели заурядный каштановый оттенок, ее рост лишь на пару дюймов превышал средний. Добавьте к этому вздернутый носик, веснушки и шрамик, перечеркнувший бровь – памятку о не слишком приятной истории в детстве. Ожесточенные физические упражнения избавили ее от ранней полноты, но женственности Карде это не прибавило. Так, во всяком случае, казалось ей самой. И рядом не было матери, которая бы могла научить, как скрывать недостатки внешности, или шепнуть «Ты у меня самая красивая».
На ехидные слова и насмешки Карда отвечала кулаками. Если у девушки с подбитым глазом или распухшим носом оказывался брат, приходилось разбираться еще и с ним. Недостаток роста она с лихвой возмещала физической силой и умением драться – дядя Барис был кулачным бойцом.

- Уроки кулачного боя? Что за странные идеи? Это не для девочек, - Барис только что закончил подтягиваться, и его тело блестело от пота.
- Но ведь я не всегда буду девочкой, дядя?
- Верно, - ухмыльнулся Барис. – Ты станешь взрослой, и надо будет найти тебе мужа. Вряд ли кому-то захочется жениться на женщине, способной свалить его одним ударом.
- На мне все равно никто не женится, - Карда посмотрела дяде в глаза. – Вы это знаете, и я тоже знаю. Но если я смогу давать сдачи, по крайней мере никто не будет чесать языком по поводу меня. Как эта маленькая змея, Серилла.
- Я знал когда-то ее мать. Могла ошкурить бревно своим язычком. Если дочка пошла в нее, не завидую тебе, - Барис невесело рассмеялся. Потом заговорщически добавил: – Знаешь, если задать ей взбучку, она перестанет тебя доставать.
- Я бы давно проучила ее, - призналась Карда, - но она непременно пожалуется брату. А с ним я не справлюсь. Он старше меня и намного сильнее. Вот если бы вы дали мне пару уроков, дядя…
- А что скажет твой отец?
- Он против, но сказал, что я имею право на собственные ошибки. И что ты наверняка откажешься, он готов поспорить на свой лучший лук против пары медяков, - девочка так похоже воспроизвела отцовские интонации, что Барис не мог не рассмеяться.


Очень скоро односельчанки юной Карды поняли, что ее лучше не задевать. Но возможности обзавестись друзьями и подругами она лишилась окончательно. Поэтому Карда просто убедила себя, что ей никто не нужен. И когда отец погиб на охоте, девушка покинула родную деревню, как только нашла покупателя для дома. Она была полна решимости стать великой воительницей, как легендарная Серебряная Королева.
И снова Карда была разочарована. В деревне никто не стрелял лучше, даже отец. Но Серебряную Стрелу в Дросс-Пурдоле она никогда не выигрывала, хотя два раза оказывалась в первой десятке. Да и успехи в фехтовании были не блестящими. Многие приемы, которые использовали наставники из Храма Тридцати, оказались ей не по плечу из-за слабости Дара.
Именно никудышный Дар стал кульминацией всех жизненных неудач Карды. До того, что большинство людей прекрасно обходились без магии, ей не было никакого дела. Карда не относила себя к большинству. О временах, когда всех женщин с Даром сжигали живьем, забивали камнями или топили, Лучница тоже благополучно забыла.
Поэтому Карда ухватилась за рассказ Старухи, как утопающий за соломинку. Поэтому она, не задумываясь, отправилась в самое сердце Дельнохских гор, куда в одиночку не сунулся бы даже Шадак. Возможно, сатулы уже знают о чужаке, нарушившем их границы. Возможно, по ее следам уже идет летучий отряд. Но призрачная надежда неумолимо влекла Карду-Лучницу вперед.

Сообщение отредактировал Кайран - 30-11-2006, 20:35


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Аурелика де Тунрида >>>
post #10, отправлено 30-11-2006, 20:44


Nero
*****

Сообщений: 718
Откуда: Romulan Star Empire
Пол:средний

Сожжено инквизиторов: 1448

Кайран
Очень, очень и очень хороший отрывок, пожалуй, лучший. Ничего лишнего. Именно то, что нужно)


--------------------
Блаженны робкие, ибо обретут они землю - метр в ширину и два в длину.
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #11, отправлено 1-12-2006, 19:25


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

- Еще чаю? – предложила жрица.
- Нет, спасибо, - ее гостья отставила чашку. – Знаешь, Устарте, я всегда ценила твой такт. Ты никогда не задаешь мне вопросы, пока не угостишь обедом.
- А ты ждешь, когда с формальностями будет покончено, чтобы наконец-то поведать о своих приключениях, - улыбнулась жрица. – Так у кого из нас больше такта?
Гостья и хозяйка смотрелись вместе довольно необычно. Голова Устарте была аккуратно выбрита, черные волосы ее собеседницы, в которые седые пряди были почти незаметны, спадали на плечи. Лицо жрицы излучало умиротворение, женщина, сидящая напротив, хранила непроницаемое выражение лица, лишь иногда освещаемое улыбкой. И, конечно, красное жреческое облачение ничем не напоминало черный камзол с кольчужными вставками.
- На этот раз я никого к тебе не привела. В том мире магию Смешения не используют. Там вообще нет Одаренных, как бы странно это ни звучало.
Устарте аккуратно допила свой чай, затем предположила:
- Они заменили магию чем-то другим, еще более смертоносным?
- К сожалению, ты права. Там где нет магии, расцветают ремесла и технологии – а люди перестают думать о своем мире, точь-в-точь как Древние. И почему человек всегда настолько уверен, что будет жить вечно?
- Хочешь сказать, тот мир на краю гибели?
- Не на краю. Но очень, очень близко. А я ничего не могу сделать, - тихо добавила Мириэль.
- Ты так и не смирилась? – мягко спросила Устарте.
- Ядра Шемака, с этим НЕЛЬЗЯ смириться! – огрызнулась Мириэль. Синяя молния с треском проскочила между ее сжатыми кулаками.
Устарте промолчала. Она уже давно привыкла к подобным выходкам своей старой знакомой.

Мириэль еще в ранней юности была своевольной и упрямой, с возрастом эти качества только усугубились. Когда подобный характер сочетается с магической силой, это обычно приводит к чудовищным бедствиям. К счастью, приемный отец, легендарный убийца Нездешний, научил ее не давать воли эмоциям. Лишь иногда Мириэль разряжала свою злость в коротких магических ударах, взрывая ни в чем не повинные камни.
Еще в начале обучения молодая колдунья освоила секрет долголетия и омоложения. Она знала, что когда-нибудь станет сморщенной старухой без единого зуба, но решила позаботиться, чтобы этот «счастливый» миг наступил попозже. В результате, перевалив за пять столетий, Мириэль выглядела лет на тридцать, и даже седые пряди в волосах не делали ее старше. Ее коже могла позавидовать двадцатилетняя, а физической форме – чемпион Гульготирских Игр.
Колдовское обучение Мириэль было довольно узконаправленным. Воительница до мозга костей, она предпочитала те разделы тайных наук, которые можно использовать в бою. Сюда относилось и целительство, в котором куда большие успехи делала Устарте.
Однако все познания Мириэль не могли помочь ей самой.
Это случилось во время одной из первых вылазок колдуньи в другие миры. Молодая и невероятно самоуверенная Мириэль наткнулась на мир, почти опустошенный магическими войнами. Уцелевшей его частью - Долиной Крепостей (кстати, довольно небольшой) управлял могущественный колдун Геррейд. Хорошего о его правлении можно было сказать очень немного. Достаточно упомянуть о том, что Мириэль оказалась преступницей с момента своего появления в Долине – и оружие и магия в руках женщины по закону были почти святотатством. Поэтому Мириэль без колебаний выступила против Геррейда, возглавив почти разбитую повстанческую армию.
Позже, размышляя об этом восстании, Мириэль признавала, что добиться успеха ей помогли скорее удача, чем таланты полководца и магическая сила. Да еще спесивая уверенность помощников Геррейда, что колдунья-женщина не может противопоставить их собственной магии ничего серьезного. Поэтому они гибли (многие - так и не поняв причины поражения), а их Пограничные Крепости были захвачены.
Армия Мириэль росла, как на дрожжах. Армии Геррейда терпели поражение за поражением, их вера в собственную непобедимость была сломлена. Наконец, в день Середины Лета Мириэль штурмовала Главную Цитадель.
Воины Мириэль, которых волшебный плащ перенес за стены вместе с ней, увязли в схватке со Стражами Цитадели. В Зал Управления вступила только молодая колдунья. Победившие повстанцы нашли ее без сознания среди обломков магической машинерии – с обломком вентрийского меча в руке, в оплавленной дырявой кольчуге, роскошные волосы сгорели почти до корней. Геррейд лежал шагах в пяти от нее. Настолько мертвый, насколько это вообще возможно для человека с перерубленной шеей и с ножом в глазу.
Празднование победы и переустройство жизни в Долине омрачилось известием о неожиданном и резком ухудшении климата в пограничных областях. Управление погодой не было сильной стороной Мириэль. В поисках решения она обратилась к уцелевшим книгам Геррейда… и наткнулась на ужасную разгадку.
Крепости, кольцом окружившие Долину, были предназначены для контроля над климатом. Без них Долина стала бы такой же пустыней, как и весь остальной мир. Верховный маг и его ученики, обосновавшиеся в Крепостях, поддерживали эту систему своей магией.
Проходило столетие за столетием, одни маги сменялись другими, Постепенно они забыли о своем долге и стали править теми, кого защищали. Геррейд, если говорить по справедливости, был еще не самым худшим из них.
Своим вмешательством дренайская колдунья невольно обрекла Долину на гибель – она не могла быть во всех Крепостях одновременно, и не было магов, чтобы заменить тех, кого она убила. Самое худшее, что она сама могла переместиться в другой мир, но ее волшебная сила тогда еще не позволяла прихватить кого-то еще. Скрепя сердце, Мириэль вернулась в Дренай, когда ее отчаянные попытки спасти остатки Долины провалились.
Это была первая крупная неудача в ее жизни. Но, увы, не последняя.

Негромкий голос Устарте вырвал Мириэль из плена воспоминаний.
- «Прошлое умерло, будущее не родилось, есть лишь настоящее», помнишь? Тебе нужно перестать грызть себя. Все мы иногда принимаем неправильные решения. Просто последствия ошибки короля или мага гораздо значительнее, чем у крестьянина.
Жрица не без усилия встала и поманила колдунью за собой.
- Пойдем. В нашей галерее появилось несколько новых портретов. Ты знаешь, что послушник Кхазард, которого ты привела из последнего путешествия, оказался великолепным художником?
- Я знала, что он составляет отличные карты и хорошо фехтует, но живопись… Ты умеешь выявлять таланты, а? – Мириэль рывком поднялась с кресла и двинулась следом. Колдунья давно научилась не предаваться печали слишком долго - абсолютно необходимое качество для того, кто постоянно сталкивается со смертью.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Горация >>>
post #12, отправлено 4-12-2006, 14:19


...Искатель философского камня...
*****
Модератор
Сообщений: 625
Пол:женский

год рождения: 1919

Мне очень нравится, как ты пишешь. Но, согласна с Тоги - начало замечательное, а дальше перессказ... Вот если бы ты окончательно отошел от героев Геммела, а оставил лишь фон и антураж - вот это было бы потрясающе!
Но, в любом случае, мне нравится!

Сообщение отредактировал Gorac - 4-12-2006, 20:30


--------------------
И муха имеет селезенку...
литературный портал "Сочинитель.ру"
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #13, отправлено 4-12-2006, 19:51


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Цитата
Вот если бы ты окончательно отошел от героев Геммела, а оставил лишь фон и антураж - вот это было бы потрясающе!

Ты имеешь в виду - мир Дреная, но все персонажи свои? Открою страшную тайну - по большей части, так и будет.

Сообщение отредактировал Gorac - 4-12-2006, 20:36


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Горация >>>
post #14, отправлено 4-12-2006, 20:40


...Искатель философского камня...
*****
Модератор
Сообщений: 625
Пол:женский

год рождения: 1919

Цитата(Кайран @ 4-12-2006, 18:51)
Открою страшную тайну - по большей части, так и будет.
*

А вот это радует. Скажу честно, я не люблю фанфики, точнее, не совсем понимаю, зачем переписывать уже написанное... А у тебя, насколько я заметила по твоим постам, фантазии и таланта хватит на десятерых! В общем, я за полностью индивидуальное творчество, чего и тебе желаю!


--------------------
И муха имеет селезенку...
литературный портал "Сочинитель.ру"
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #15, отправлено 5-12-2006, 20:27


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Перед глазами Эстина как наяву стояло лицо дуна Варгиса. Ветеран, удостоенный множества наград, он был безжалостен, когда вбивал в головы молодых солдат походные премудрости.
«Отвечайте, вы, жалкие недоноски, что может быть хуже, чем сражаться в городе?» – Варгис обвел новобранцев ястребиным взглядом. – «Не знаете? Так я вам скажу. Только одно – сражаться в густом лесу. Если, конечно, ты не сатул, и не помнишь наизусть каждое деревце».
Прослужив почти тридцать лет, Эстин неоднократно убеждался в правоте дуна. Увы, на сей раз избежать сражения в лесу не получится. Более того, на его полусотню придется примерно восемьдесят сатулов.
Будь здесь его старый отряд, приученный к сражениям в Дельнохских горах, бар Эстин вступил бы в бой без колебаний. Сейчас же приходилось уповать на удачу и на десяток-другой проверенных солдат.
В воздухе засвистели стрелы. Но проклятый лес не давал возможности использовать преимущество дренайских луков. По два-три человека с каждой стороны вышло из строя, остальные стрелы угодили в деревья.
- Бей их! Врукопашную! – заорал Эстин, срывая голос.

* * *

Занятый собственным противником, бар Эстин успевал подмечать только обрывки битвы. Воин-дренай выбрасывает вперед руку, и белый бурнус окрашивается кровью. А вот другой солдат, потерявший шлем, - его пронзают сразу две сабли. Четверо горцев с горящими глазами рубят чье-то тело, позабыв о бое. Дренайский лучник встречает врага стрелой в упор, и падает с раскроенным черепом, так и не выпустив оружия.
Слева сопротивление возглавил Грэйг, которого прозвали Кайдорцем – по месту рождения. Солдат-чужеземец сражался с безмятежным лицом. Ни один сатул не мог задержать его надолго. Их ярость сталкивалась с хладнокровным расчетом и мастерством, необычным для солдата. Не в первый раз Эстин спросил себя, кем был Кайдорец раньше.
На правом фланге дела обстояли похуже. Хореб, увидев, что солдаты готовы сломаться, бросился в отчаянную контратаку. Попутно он разворачивал тех, кто дал слабину, руганью, пинками и зуботычинами. Нехитрое лекарство подействовало. Сатулы, потеряв пятерых убитыми против двух солдат Хореба, вынуждены были отступить.
Новый противник появился словно из ниоткуда.
На ладонь выше Хореба и куда сильнее, сатул ожесточенно наступал. Дренайский воин защищался изо всех сил. Он не терял мужества, хотя уже получил пару мелких ран. Неожиданно меч Хореба переломился у самой рукояти.
Сатул хищно усмехнулся. Я не успею, подумал Эстин. Слишком далеко. Он мог только бессильно наблюдать, как умрет его лучший воин. Внезапно глаза сатула остекленели, он выронил саблю и упал лицом вниз. Причина его странного поведения сразу же стала очевидной – в затылке нелепым украшением торчала стрела. Сатулы разразились злобными воплями – видно, убитый не был простым воином.
- В атаку! – хрипло заорал Эстин, не задумываясь, кто так удачно выстрелил. – Добивай их!
Воспрявшие духом дренаи ринулись в бой с удвоенной силой. Лесной лучник быстро сориентировался – одного сатула пригвоздило к дереву, другому стрела вошла в бок. Отступление врага быстро превратилось в беспорядочное бегство.
Когда последние уцелевшие сатулы скрылись, бар Эстин, даже не переведя дух, стал отдавать распоряжения. Угомонив разгоряченных солдат, он выставил дозоры и велел походному лекарю позаботиться о раненых. Затем офицер подошел к двоим разведчикам, которые оживленно о чем-то беседовали. У одного из солдат в руках была стрела с окровавленным наконечником.
- Ну?
- Стрелы, бар Эстин. Это не наш.
Теперь офицер видел это сам. Древко и оперение сделано на заказ – ничего общего с армейской дешевкой. Эстин стер полузасохшую кровь пучком травы. Так и есть – вентрийская сталь.
- Мне бы хотелось получить свои стрелы обратно, если вы не возражаете, - сказал кто-то за их спинами.
У Эстина вырвалось заковыристое ругательство.

Сообщение отредактировал Кайран - 11-03-2007, 13:48


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #16, отправлено 9-12-2006, 1:26


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Послушник Реттамлас вытер пот со лба.
За полдня, проведенные в этих бесплодных горах, на него четырежды нападали. Очевидно, что противник знал о его присутствии, но посылал своих помощников (учеников? слуг?), вместо того, чтобы сразиться самому.
Но тактика изматывания, пригодная против человека, с Реттамласом не срабатывала. Ментальные приемы, изученные в Куанском храме, позволяли противостоять жаре и быстро восстанавливать растраченные силы. Так что послушник получил в боях лишь пару царапин и небольшой синяк на бедре. Сейчас, когда его разум, дух и тело находились в полной гармонии, Реттамлас мог справиться с десятком одержимых. Но он знал, что враг не был человеком.
Как, впрочем, и сам Реттамлас.
Неясная серая тень мелькнула на самой границе восприятия. Очень грамотно придумано. Если бы я замешкался с тем, последним… Немыслимый прыжок со скалы и рубящий удар слились воедино. Припав на одно колено, послушник отразил удар, хотя ему показалось, что по клинку ударили кузнечным молотом. Ложный выпад в лицо оказался отбит почти с такой же силой.
Несколько минут Реттамлас и серый убийца кружили, пробуя чужую защиту, но не пытаясь атаковать всерьез. Послушник знал, что долго так продолжаться не может. Очередной отвлекающий удар внезапно изменил направление. Серый, не ожидавший этого, смог отскочить – меч Реттамласа зацепил только одежду.
И снова Реттамласу пришлось вынести град мощных ударов. В ответ он рубанул Серого поперек груди. Когда мечи столкнулись, послушник пнул врага в коленную чашечку – и попал. Раздалось яростное шипение.
Еще одна удачная атака – и по рукаву Серого потекла кровь. Теперь уж послушник стал наступать на слабеющего противника. Хромота мешала парировать удары, и в конце концов меч Реттамласа перерубил шею врага. Наполовину обезглавленное тело мешком повалилось на камни.
Огромный гранитный валун замерцал и превратился в женский силуэт.
- Оценка «очень хорошо», - проговорила Мириэль, когда ее невидимость полностью исчезла.
- Но не «отлично»?
Колдунья тяжело вздохнула, движением руки убирая иллюзорный труп:
- Я же говорила - ты по-прежнему чересчур надеешься на силу. Да, тебя создали сильнее среднего человека. А если ты столкнешься с другими Смешанными? С полудемоном? С человекоподобной машиной для убийства, вроде той, что ты видел в музее?
Не переставая говорить, колдунья расстелила на земле волшебный плащ, готовясь к обратному пути в Куанский храм.
- Но самое худшее – если ты столкнешься с бойцом-человеком, и проиграешь. Сейчас в мире есть по меньшей мере пять человек, поединка с которыми тебе не выдержать. Например…
Мириэль сделала сложное движение кистью, и в воздухе появился силуэт. Чернобородый воин с обоюдоострым топором. Ледяные глаза, казалось, уставились прямо на Реттамласа.
- Этого я знаю. Твой потомок, дренайский герой Друсс-Легенда. Он что, действительно убивал драконов?
Шутливый тон послушника явно не понравился женщине.
- Жаль, что ты с ним не встречался, - сразу бы расхотелось шутки отпускать.
- А остальные четверо? – извиняющимся тоном спросил послушник.
Рядом с призрачным Друссом появились еще четыре бойца. Один - чернокожий великан, сжимающий копье с широким наконечником, в глазах – ярость едва обузданного зверя. Другой – скорее гибкий, чем сильный, с татуировкой пантеры на груди, волосы зачесаны в виде гребня. И два чернобородых воина – один в богатых одеждах, другой в лохмотьях.
- Гигант – это Катаси, лучший боец в гвардии короля Опала. Татуированный - Маланек, наашанский учитель фехтования. А эти двое - вентрийский полководец Бодасен и Джасин, сатул-изгнанник. Запомни, встреча с любым из них закончится твоей смертью.
- Это что, предсказание?
- Нет, просто предупреждение.
С этими словами Мириэль, уже приказавшая плащу зависнуть в воздухе несколькими Словами Силы, и удобно устроившаяся на нем, взмыла в воздух.
- А как же я? – крикнул послушник.
- Пройдешься пешком – тебе полезно, - расхохоталась Мириэль, улетая.
«Если хочешь учиться у Мириэль – учти, что она абсолютно непредсказуема», вспомнил Реттамлас давние слова Устарте. Сейчас он очень хорошо понимал серьезность предупреждения.

Сообщение отредактировал Кайран - 11-03-2007, 13:46


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Kyona d'ril Chath >>>
post #17, отправлено 11-12-2006, 3:01


Зверек забавный, упавший с неба...
******

Сообщений: 1163
Откуда: Край непохожих...
Пол:женский

Оживших перьев в крыльях: 5345

Привет smile.gif решила вот таки пройтись по двум последним постам.

Пост 15:
Цитата(Кайран @ 5-12-2006, 19:27)
Будь здесь его старый отряд, приученный к сражениям в Дельнохских горах, бар Эстин вступил бы в бой без колебаний. Сейчас же приходилось уповать на удачу и на десяток-другой проверенных солдат.
*

Немного странноватая связочка выходит. ИМХО, конечно, но сюда вроде как просится нечто вроде уточнения:
"...Сейчас же, лишь отсутствие выбора заставляло его начать сражение, и тут уж приходилось уповать на удачу да на десяток-другой проверенных солдат..."
Хм.. ну, или что-то вроде того smile.gif

Кстати, а что, эти Дельнохские горы такие лесистые? Речь-то вроде как о противниках-горцах идет, а сражение в лесу. И у горцев в нем преимущество? confused1.gif
Цитата(Кайран @ 5-12-2006, 19:27)
По два-три человека с каждой стороны вышло из строя, остальные стрелы угодили в деревья.
*

Получается, у горцев тоже особого преимущества в стрельбе не было? Тогда, почему это не упоминается?
Цитата(Кайран @ 5-12-2006, 19:27)
Дренайский лучник встречает врага стрелой в упор, и падает с раскроенным черепом, так и не выпустив оружия.
*

Хм.. у мя создалось полное ощущение, что он тетиву спустить так и не успел и противник на стрелу просто напоролся. А дренаец ее из рук так и не выпустил.
Может все-таки, он не успел выхватить меч *или чем они сражаются?*. Ну, или, хотя бы не успел сменить оружие.. а?
Цитата(Кайран @ 5-12-2006, 19:27)
Новый противник появился словно из ниоткуда.
На ладонь выше Хореба и куда сильнее, сатул ожесточенно наступал.
*

Хм, а судя по дальнейшему тексту это скорее подмога была.. blink.gif
Во втором предложении лучше уточнение добавить, а то по первым словам полное ощущение создается, что речь о местности идет. Типа - чуть выше по склону холма или что-то вроде того. Добавь хотя бы будучи что ли..
"...Будучи на ладонь выше Хореба и куда сильнее..."

Пост 16:
Цитата(Кайран @ 9-12-2006, 0:26)
Серый валун замерцал и превратился в женский силуэт.
*

Сразу после стражения с Серым убийцей не очень удачно вышло.. может камень другого цвета будет? Или просто - ближайший?

Воть. Це - имхо. Можно не учитывать, ибо я - занудо smile.gif А продолжение де?
Мурк, удачи и вдохновения тебе. Так, на всякий случай wink.gif


--------------------
~( >^-.-^)>♥

user posted image
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #18, отправлено 13-12-2006, 2:07


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

* * *

Кайдорец давно привык к своему прозвищу.
Назовись Грэйг вентрийцем или готиром, дорога в армию оказалась бы закрытой. Вполне разумное решение – не набирать солдат из стран, с которыми Дренай воевал. Кайдор же был слишком далеко – половина дренаев даже не подозревало о существовании этой страны. Еще один плюс. Некому подтвердить или опровергнуть твою историю.
Но кайдорский акцент воина тем не менее был безупречен. Грэйг два года прожил в этой странной маленькой стране, и знал о ней почти все. Даже приучил себя поминать святого Шардина (и ни разу не позволил себе высказать вслух отношение к диким историям, ходившим вокруг этого имени).
«Нельзя сказать, что мне повезло» - взгляд скользил по лезвию меча в поисках несуществующих изъянов. «Попал в наспех сформированный отряд, и сразу отправился в рейд против сатулов. Шансов погибнуть гораздо больше, чем отличиться. Потеряли больше десятка в первой же стычке. Подкрепление получить неоткуда, Еще один бой не за горами, а сержант закусил удила…».
- Можно тебя на пару слов, Кайдорец?
- Не слышал, как ты подошла, - на самом деле он слышал, но решил немного польстить. Воин знал по личному опыту, что женщин, невосприимчивых к лести, просто не существует.
- Я и не хотела, чтобы ты слышал, - на лице Карды появилась неуверенная улыбка. Похоже, она не привыкла к тому, чтобы ее хвалили, подумал Грйэг.
- Бар Эстин до сих пор злится?
- Это не первый офицер, который заявляет мне в лицо, что на войне женщинам не место. Думаю, и не последний.
- Но тебе удалось его переубедить? – Грэйг знал, что удалось. Иначе бы она сейчас кипела от злости.
- О нет, только не мне, - рассмеялась Карда. – Тому парню, Хоребу. Хорошо, что он остался в живых, иначе некому было бы вправить бару Эстину мозги.
Грэйг в очередной раз отдал должное способности Хореба убеждать других. Солдаты уже давно привыкли прибегать к его помощи для разрешения споров. Но Эстин, с его-то отношением к женщинам-воинам…
- …не мог бы немного рассказать о своей стране? – воин обнаружил, что, задумавшись, потерял нить разговора.
- О Кайдоре? Откуда такой интерес к географии?
- Я читала «Путешествие в Кайдор» преподобного Вергана. Так что знаю о твоей родине довольно много. И когда я узнала, откуда ты, сразу решила найти время, чтобы поговорить. Все-таки книга – это одно, а рассказ местного уроженца – совсем другое.
Грэйг немного удивился. «Путешествие» было редкой книгой. И ему до сих пор не встречался ни один дренай, знакомый с трудами Вергана. К этой девушке с луком определенно стоило присмотреться.
Последовавший разговор (к тому времени Грэйг вложил меч в ножны и занялся доспехами) заставил воина удивиться еще больше. А еще - сделать кое-какие выводы. Такие разносторонние познания можно было приобрести либо в Большой Дренайской Библиотеке – а Карда вскользь упомянула, что бывала в Дренане лишь однажды – либо в книгохранилище какого-то большого монастыря. «Но если она училась в монастыре…»
- У тебя есть Дар? – вопрос был задан притворно-небрежным тоном.
- Я не могу читать твои мысли, если ты об этом, - столь же небрежно ответила Лучница.
- Это не то, о чем я спрашивал.
- Другого ответа не будет! - Карда круто развернулась и ушла.
Грэйг пожал плечами. Кто же знал, что вопрос о Даре окажется для нее таким болезненным? И продолжил отдраивать доспехи.
В конце концов, он был солдатом…

Сообщение отредактировал Кайран - 10-03-2007, 15:11


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Аксалин >>>
post #19, отправлено 16-12-2006, 22:06


мега-тру-динозаврик
****

Сообщений: 270
Откуда: Saint-Petersburg
Пол:женский

солнечных лучиков: 299

Стиль хороший, читается легко. Мне не все понятно, но это потому, наверно, что Геммела я никогда даже не пролистывала. =)

С пунктуацией недочеты есть.
Цитата
«Нельзя сказать, что мне повезло», взгляд скользил по лезвию меча в поисках несуществующих изъянов.


Фразу в кавычках обычно отделяют тире.
Цитата
женщин, невосприимчивых к похвале, просто не существует.


Если это не по книге, то это стереотип. И он не соответствует действительности.
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #20, отправлено 16-12-2006, 22:50


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Аксалин

1. Спасибо, не обратил внимания.
2. Я же написал "по личному опыту". Т.е. это Грэйг так полагает. Я не утверждаю, что это истина в стопроцентной инстанции.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #21, отправлено 3-02-2007, 16:09


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Мординас, молодой дренайский дворянин, приехавший в Машрапур лишь два месяца назад, нетерпеливо переминался с ноги на ногу, пока Фестиан-Оружейник рылся в своих запасниках.
- Вот, мой господин, взгляните на это, - торговец извлек из-под прилавка изящную шкатулку и подвинул к покупателю. – Лучшее, что я могу предложить. Работа чиадзийского придворного оружейника, изготовлен полтора столетия назад ко дню совершеннолетия старшей дочери Императора, - история этого оружия была очень длинной, но, взглянув на покупателя, Фестиан сильно сократил ее. Подробности явно не интересовали Мординаса. Он пожирал взглядом содержимое шкатулки - тонкий кинжал с изумрудом в рукояти. На вид почти декоративный, он по-прежнему оставался сверхъестественно острым.
- Беру. Сколько с меня?
Торговец назвал цену. Мординас заплатил, не торгуясь, забрал шкатулку и торопливо ушел.
Когда дверь лавки закрылась за последним посетителем, вежливая улыбка сползла с лица Фестиана.
Глупец. Неужели никогда не приходилось слышать, что клинки нельзя дарить просто так? Если твой подарок принесет несчастье… Впрочем, это уже на его совести. Не на моей.
Оружейник недовольно поморщился. Ему вообще не нравились такие покупатели, сколько бы они не переплачивали. Лучше уж иметь дело с вагрийским офицером, который торговался бы до хрипоты, но зато мог отличить работу мастера от дешевой поделки. Вагриец не повесит купленную саблю на стену, не позволит ей заржаветь в ножнах – он будет много месяцев тренироваться, пока рука не сроднится с новым оружием. Иначе и быть не может. Воин знает, что его жизнь зависит от состояния клинка.
А твоя дама сердца, юный олух, может порезаться даже ножиком для фруктов.
Подозвав старшего из своих подмастерьев, оружейник предупредил его о том, что уезжает на несколько дней. Он не стал ничего добавлять – ученики привыкли к частым отлучкам мастера. По сути, они уже давно могли обойтись без Фестиана… если бы он им позволил.

* * *

Бутылка лентрийского красного, стоявшая посреди стола, осталась нераспечатанной.
- Ты уверен, что он придет? – задал вопрос невзрачный человечек с чернильными пятнами на пальцах.
- Должен. Если попытается надуть нас – Принц Воров ему пятки поджарит, - несмотря на недюжинный рост и силу в облике второго просвечивало что-то, не позволявшее относиться к нему всерьез. Может быть, виноват был камзол – создавшему его портному определенно изменило чувство меры при работе с золотым шитьем.
- Вряд ли он… отделается так просто. У этого… человека в ходу более… изысканные развлечения, - этот, в отличие от предыдущих, выглядел солдатом до мозга костей. Кроме чисто выбритой головы в его облике была еще одна запоминающаяся черта - он очень неспешно выражал свои мысли. Со стороны это выглядело, как речь иностранца, хорошо освоившего произношение, но подзабывшего словарь.
В дверь постучали. Два раза подряд, затем один, затем снова два.
- Он. Хвала Истоку! – выдохнул сквозь зубы Чернильные Пятна.
Солдат приоткрыл дверь – ровно настолько, чтобы ночной гость проскользнул внутрь.
- Прошу прощения, что задержался, господа, - окажись здесь Мординас, он бы немедленно узнал голос Фестиана-Оружейника. Но, разумеется, молодого вельможи здесь не было и быть не могло – он безмятежно дремал в женских объятиях. - По дороге из доков за мной увязался какой-то тип, и я заподозрил слежку. К счастью, это был всего лишь грабитель-новичок.
- Он… напал на вас? – Чернильные Пятна по-прежнему нервничал
- Попытался. Когда я укоротил его дубинку и пару раз пустил этому неудачнику кровь, он решил поискать добычу полегче, - Фестиан окинул троицу быстрым взглядом. Никто из них никогда не был в его лавке, но узнавать, кому понадобились его услуги, не было необходимости. Принц Воров и без того знает все, что нужно знать.
Солдат взглянул на оружейника с возросшим уважением.
- Почему, кстати, он «неудачник»? – полюбопытствовал Кафтан. – Парень так плохо знал свое ремесло?
- Не в этом дело. Когда я стал работать на Принца Воров, меня научили некоему условному знаку. Можно сказать, я получил охранную грамоту за его подписью, - объяснил оружейник. – И что же вы думаете? Этот идиот, увидев знак, и бровью не повел. Значит, он не работал на Принца. Так что его карьера закончится прогулкой в тюрьму, или его найдут в Воровском ряду с перерезанным горлом.
- Может быть, перейдем… к делу? – резко заметил Солдат. По какой-то причине упоминание тайного властителя Машрапура его задело.
- Разумеется, - невозмутимо сказал Фестиан. – Я лично проверил всю партию. Никаких изъянов, о которых стоило бы говорить. Но все же позвольте дать совет на будущее – не стоило заказывать тяжелые доспехи. Для того, что вы задумали, кольчуги подходят лучше.
- И что же мы задумали? – в голосе Чернильных Пятен прозвучала явная угроза.
- Переворот, - не моргнув глазом, ответил оружейник. – Иначе нет никаких причин заказывать оружие через контрабандистов, да еще и приплачивать Принцу Воров, чтобы оно без проблем попало в Машрапур. Или назначать встречу посреди ночи, в этой лачуге. Выбранное вами оружие говорит о том же. Оно – только для сражений в стенах города. Тяжелых копий против кавалерии или деталей для постройки осадных машин я что-то не видел, – в комнате нарастало напряжение, но Фестиан, казалось, не замечал этого.
Солдат выдавил из себя смешок и отсалютовал оружейнику вилкой:
- Браво! Твой хозяин… не держит дураков, верно?
- А вы бы стали держать на руках слабые карты, если бы могли их сбросить?
Солдат снова рассмеялся – на этот раз искренне.

* * *

Через два часа с формальностями было покончено, а увесистый кошель с золотом перекочевал к оружейнику. Чернильные Пятна сиял, Камзол довольно улыбался, и даже Солдат распрощался с торговцем вполне дружелюбно.
Фестиан шел обратно другой дорогой. Он бы с удовольствием вернулся домой - приводить в порядок старинный вентрийский клинок, помнивший еще времена Сириоса-Воителя. Но теперь, из-за «отъезда», придется обойтись жилищем поскромнее.
Проходя мимо позеленевшей статуи – единственного украшения маленькой площади – он внезапно остановился.
- На самом деле, - сказал Фестиан невидимому собеседнику, – слабые карты тоже могут сыграть. Иногда. И только если так решит Принц Воров.

Сообщение отредактировал Кайран - 3-02-2007, 16:10


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
amyki >>>
post #22, отправлено 25-02-2007, 15:18


Младший помощник искателя философского камня
***

Сообщений: 184
Пол:женский

найдено камней: 1912

Ну, что я могу сказать… При чтении просто захватывает, правда. Только знаешь, вот эти скачки от одних героев к другим порой немного меня выбивают, теряю цепочку повествования, но ведь это только начало, и я понимаю, что позже все свяжется воедино. Мне нравится, как ты пишешь, я это уже говорила, читается легко, и тем более твое продолжение не сильно большое, поэтому читается еще и быстро. Последнее продолжение так вообще порадовало, настолько заинтриговало. Очень интересно прочитать, что будет дальше. Интересно, что будет с главной героиней, той самой лучницей Кардой, кстати ее образ описанный тобою нахожу наиболее удачным. Но вот последнее продолжение про контрабандистов и про оружейника Фестиана особенно меня заинтриговало.
Теперь немного о плохом. Заметила пару недочетов в пунктуации, но я всегда не особо обращаю на это внимание, а вообще когда читаю, настолько охватывает интерес, что мелких ошибок даже не замечаю. С моей точки зрения, все просто отлично. Мне нравится, и главное хочется читать дальше, интересно… Я жду продолжения….


--------------------

Программист - индивидуум, потерпевший достаточно много неудач в нормальных профессиях, чтобы стать специалистом в области программной инженерии.
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #23, отправлено 14-06-2007, 0:55


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Как все чиадзийские вельможи, Зарин Чоу превыше всего почитал традиции. Именно строгое их соблюдение отличает цивилизованных людей от варваров.
Отбрось плащ цивилизованности в сторону – и тут же превратишься в надира, любил повторять его покойный отец. Истинный чиадзе - и по рождению, и по воспитанию. Тьфу! Даже думать не хочется, что эти грязные дикари-козопасы когда-то были в родстве с величайшим из народов этого мира!
На этот раз традиции обернулись против мага, и теперь, чтобы восстановить утраченное положение, Зарин вынужден был вести омерзительную полуварварскую жизнь. Друзья предпочли позабыть его имя, дворец отошел в императорскую собственность, чтобы достаться какому-нибудь «верному» ничтожеству, слуги – те, что уцелели – быстро найдут себе нового хозяина. Рабы и наложницы проданы с молотка. Золото, прихваченное при бегстве – жалкие крохи по сравнению с прежним богатством. И, в довершение всех бедствий, он, один из талантливейших магов Чиадзе, вынужден блуждать по лесам в обществе бородатого гайина.
Раб-варвар стал живым напоминанием об утраченном величии. Скопище недостатков – непочтительность, нерасторопность, озлобленность, при всего лишь одном достоинстве – мастерстве фехтовальщика. Скрепя сердце, Зарин Чоу вынужден был признать, что ни один из ныне живущих раджни не смог бы победить этого… Джасина.
Впрочем, Орден сильно деградировал со времен Кин Чонга. Забывались вековые традиции, обряды утрачивали смысл, доблесть и самоотречение превратились в корысть. Му Ченг Око Бури и Кисуму Честный стали последними истинными раджни.
И поэтому, когда Зарину потребовался телохранитель, пришлось сначала обращаться за помощью к так называемому Принцу Воров Машрапура, а потом еще потратить уйму сил на магические узы. Теперь сатул не мог ни сбежать, ни напасть на хозяина, ни покончить с собой.
Ну? Где этот проклятый варвар? С утра ушел на разведку, и до сих пор не вернулся? Не поторопить ли его слегка?
Тут магическое чутье колдуна забило тревогу. Он понял, что не один на поляне.
Резко обернувшись, Зарин увидел, как колышущийся в воздухе полупрозрачный силуэт уплотняется, обретая черты. То была сгорбленная старая карга в черном платье, опиравшаяся на длинный посох. Два глаза, полных холодной злобы, смерили чиадзе. Беззубый рот растянулся в усмешке.
Зарина Чоу передернуло. Он слишком хорошо знал, что из себя представляет его «гостья».
- Приветствую тебя, благородный чиадзе, - ведьма говорила на столичном диалекте почти без акцента.
- Приветствую тебя, Старуха, - ответил он, мысленно повторяя мантру полного спокойствия. – Что привело твой дух в эти негостеприимные края?
- Может быть, я просто хотела побеседовать. Знаешь, как это утомляет – находиться среди обычных людей, которые боятся таких, как мы, до полусмерти, - ведьма снова улыбнулась. Оскал голодного оборотня – и то дружелюбнее, подумал Зарин. – А, ты, кажется, злишься, что твой раб еще не вернулся? Скоро он вернется. И с новостями, Зарин Чоу, с такими новостями, которые тебя обрадуют еще меньше, чем моя астральная проекция.
- Ты можешь сэкономить время и рассказать мне об этом сама.
- О, я могу рассказать. Но, может быть, ты захочешь услышать… нечто другое? – Старуха сделала театральную паузу. Чиадзе предпочел промолчать. – Очень хорошо. Ты правильно сделал, что не стал меня перебивать. Может быть, твоя удача и переменится... О чем это я? Вот что значит старость – забываешь, о чем говорила пару минут назад… Вспомнила! В своих поисках ты не одинок, мальчик мой. И я говорю не о сатулах…
- Кто? – прокаркал маг.
- Я же говорила – не надо меня перебивать! – взгляд Старухи потяжелел. – Теперь сам ищи ответ!
Ведьма стукнула по земле призрачным посохом – и исчезла.
Зарин Чоу перевел дух. Только сейчас он обнаружил, что костяшки пальцев побелели от страха.
Он знал, что древняя колдунья легко могла испепелить его – даже не во плоти. Она уже поступала так раньше – из мести, за плату, просто под настроение. На этот раз чиадзе легко отделался.
Где же это крысиное отродье Джасин? Обязательно спущу с него шкуру – пусть только вернется!!!
Сатул появился из-за деревьев, как призрак. При одном взгляде на него у чиадзе вылетели из головы все мысли о наказаниях.
- Карательный отряд. И, похоже, не один, - Джасин тяжело дышал.
- Ты их видел?
Сатул помотал головой:
- Я видел дымовой сигнал. По моим расчетам, они меньше чем в дне пути отсюда.
- Откуда они могли узнать о моих поисках? – Зарин не желал даже думать, что какой-нибудь сатулийский жрец уже опередил его.
- Мой народ не стал бы собирать такие силы ради двоих путников, даже если один из них – колдун. Дренайский отряд, который зашел слишком далеко в наши горы – другое дело. Это прямое оскорбление князя, и…
- Я понял, - маленький чиадзе раздраженно прервал не вовремя разговорившегося Джасина. – Они выслеживают дренаев, но если встретят нас, то пощады все равно не будет.
Проклятые гайины! Их вечные стычки, которые язык не поворачивается назвать «войнами», спутали мне все карты! А тут еще Старуха со своими загадками!
- Найди способ избежать встречи с ними, - велел чиадзе, взяв себя в руки. – Я не собираюсь растрачивать магические силы на маскировку.
Сатул угрюмо кивнул.
- Есть старая охотничья тропа. Она ведет в пещеры, там может спрятаться целая армия.
- Веди, - велел Зарин Чоу.
Я никому не позволю помешать моим поискам. Никому. Даже тебе, Старуха.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Kyona d'ril Chath >>>
post #24, отправлено 15-06-2007, 17:52


Зверек забавный, упавший с неба...
******

Сообщений: 1163
Откуда: Край непохожих...
Пол:женский

Оживших перьев в крыльях: 5345

Привет : ) никак продолженийца дождались?

Вот тут чуть-чуть царапнуло:
Цитата(Кайран @ 14-06-2007, 0:55)
- Кто? – прокаркал маг.
- Я же говорила – не надо меня перебивать! – взгляд Старухи потяжелел. – Теперь сам ищи ответ!
Ведьма стукнула по земле призрачным посохом – и исчезла.
Зарин Чоу перевел дух. Только сейчас он обнаружил, что костяшки пальцев побелели от страха.
*

1. Коротковато. Может, что-то добавить стоит? Нечто вроде:
"Враз севшим голосом почти прокаркал маг.."

2. Ммм.. скорее - он от страха так сжимал кулаки, что костяшки побелели.. как-то просто "побелели от страха" малость странно звучит : )

Воть.. а продолжение скоро планируется?
Удачи.. мряфк! ; ))


--------------------
~( >^-.-^)>♥

user posted image
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #25, отправлено 23-06-2007, 15:34


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Его звали Реттамлас.
Он был Смешанным, созданием, в котором магия соединила человеческую и звериную сущности. Коротко стриженные волосы, слишком жесткие для обычного человека, разрез глаз, сила и быстрота – таким был жестокий подарок юноше, все преступление которого заключалось в излишней смелости. Его легко было принять за человека – тому, кто не знает, на что обращать внимание. Разумеется, Испытующие – маги, которые отвечали за Смешение в родном мире Реттамласа – никогда не совершили бы подобной ошибки.

Когда-то здесь был Летний Дворец. Сюда придворные и послы выезжали, чтобы отдохнуть от дел государственных и поохотиться. Третья Гражданская Война едва не превратила величественное здание в руины. Через восемь лет после ее окончания Верховный Правитель передал эти земли в ведомство Министерства Обороны. Бывший дворец, перестроенный с помощью магии, был переименован в Мандрус, «Место Превращений».
Здесь создавали новые яды и противоядия. Заклинали Пламенные Сердца, каждое из которых могло разрушить крепостную стену. Но главной задачей магов Мандруса было производство армейских Смешанных – Верховные Правители давно сочли войну с участием обычных солдат чересчур расточительной.
Здесь мальчик, лишенный имени, был отобран для особого опыта – маг-Испытующий решил вывести новый вид Смешанных. Из пяти десятков подопытных выжил только один...


Реттамлас глубоко вдохнул, потом выдохнул. Потом попытался очистить свое сознание, заполнив его Пустотой и Спокойствием.
Снова неудача. Обрывки кошмара крутились перед глазами послушника, не желая исчезать.
Это продолжалось уже неделю. Пропустив удар в голову во время учебного боя, Реттамлас потерял сознание. Он быстро пришел в себя и смог закончить тренировку. Но той же ночью проснулся от собственного крика.

«Никогда не забывай, что ты такое», говорит Испытующий Гор’илит’алт, равнодушно наблюдая, как корчится тело, закованное в Цепи Боли. Тени пляшут по его лицу, и кажется, что глаза мерцают. «Ты – оружие. Оружие, которое не может обратиться против владельца. Никогда не забывай об этом!»
Тощий маг не боялся крови. Вопли и проклятия он пропускал мимо ушей. Испытующий не страдал пороком, свойственным кое-кому из его коллег – он не причинял больше боли, чем было необходимо для обучения. Давление на разум и тело маг дозировал с алхимической точностью. И даже самые непокорные Смешанные, озлобленные полузвери-убийцы, после общения с ним становились послушными орудиями.


- Владыка Света, Исток всей жизни, молю, не оставь меня в час тягот… - в словах молитвы не было силы. Исток не услышал его. Или не пожелал ответить.
«А кто ты такой, чтобы удостоиться Его внимания? Извращение естества, созданное только с одной целью – убивать. Настоятельница смогла перебороть свою природу, и твои старшие товарищи – тоже. Разве они получают удовольствие, размахивая мечом, как ты? Будь честным хотя бы с самим собой!»
Такие мысли не приносили желанного спокойствия. И волей-неволей возвращали послушника в прошлое.

Безволосый не сильнее, чем другие Смешанные. Но он куда поворотливее. И, конечно, умнее.
Стаю ведет Клык. Серо-черный гигант с выступающими зубами. Новичок хорошо показывает себя в первом бою. Но он ранен – потому что вожака защищает стая. Клык знает, что новичок обязательно бросит ему вызов. Нужно убить его, пока он ранен и не может сражаться в полную силу. Но Безволосый умнее. Клык напарывается на спрятанный нож…
Поредевшая в боях Стая бредет по незнакомому лесу. Приказ – найти врагов и уничтожить их. Зверолюди принюхиваются, надеясь учуять чужие следы. Но эти люди знают, что против них выпустят Смешанных. Они приготовили ловушку. Стая ничего не подозревает – заклинание старого колдуна не дает им чувствовать запахи. Они видят мясо – и устремляются к нему. Безволосый догадывается о ловушке. Он останавливает стаю – с большим трудом. Смешанные хотят есть, они недовольны. Безволосый приказывает обыскать заросли. Костлявый первым замечает людей. Странные люди, которые совсем не пахнут. Они пытаются сражаться, но Смешанные слишком сильны и проворны. Старик швыряет огненный шар. Шерсть Рыжего загорается, он катается по земле, пытаясь сбить пламя. Длиннорукий убивает старика ударом в спину. Когда тот умирает, к людям возвращается их запах.
Бой закончен. Безволосый и его стая возвращается к мясу. Безволосый осторожен. Он находит спрятанную яму. Попытавшись взять мясо, они бы провалились – прямо на острые колья…


Смешанного по прозвищу Безволосый наградили, дав ему имя. Реттамлас. А затем отправили обратно в Мандрус. Он – единственный ключ к созданию нового вида Смешанных. Потерять его во время стычки с жалкими повстанцами – слишком рискованно.
Новые опыты, новая боль, по сравнению с которой прежняя кажется ничтожной. Гор’илит’алт терпит неудачу за неудачей. Он начинает подозревать, что в прежние опыты вкралась какая-то погрешность, повторить которую невозможно. Если так, Верховный Правитель будет очень недоволен.
Но у Реттамласа появляется друг. Скил. Мальчик, которого не стали Смешивать из-за обнаруженной чахотки. Обычно «бракованный материал» просто убивают, но Испытующий Ка’а’дакс решил заняться исследованием тяжелых болезней, поэтому мальчика оставили в живых. И отправляют в камеру к Смешанному.
Они много разговаривают. Вернее, говорит Скил, когда може побороть кашель, а Реттамлас слушает. Скил рассказывает о своей семье – Реттамлас может рассказать только о Стае, семью он забыл после Смешения.
Мальчик рассказывает Смешанному об Истоке и о том, как в одно мгновение был создан весь мир, с людьми, растениями и животными. Вспоминает сказки – старые сказки, о тех временах, когда еще не было Верховных Правителей, а в битву шли обычные солдаты, а не маги со зверолюдами.

«Тебе не понравилась сказка?» Скил изучающе смотрит на единственного слушателя. «Просто так не бывает. Нельзя отразить мечом две сотни стрел. Даже Смешанные на это не способны». «Ну это же сказка», Скил пытается смеяться, но кашель сгибает его вдвое. «В сказках Добро всегда побеждает. Ах да, ты же никак не поймешь, в чем разница. Прости». Реттамлас смотрит на мальчика немигающими глазами. «Я понял. Еще вчера ночью понял." "Так это же замечательно!" "Но я не был рад, когда понял». «Почему?» удивляется Скил. «Потому что я - Зло». «Неправда!» «Это так. Убивать женщин, детей и стариков, сжигать деревни, есть человеческое мясо. Я все это делал, Скил». «Это не одно и тоже! Они могли выбирать – и выбрали Зло. А ты никого не просил делать тебя Смешанным!» Новый приступ кашля. У мальчика больше нет сил говорить.

Скил умер через два дня. Ка’а’дакс решил магическим путем усилить симптомы чахотки – и ошибся. А Реттамлас обдумал слова мальчика – и решил, впервые в жизни, сделать выбор. Убить Гор’илит’алта, убить Ка’а’дакса и всех, кого сможет, прежде чем убьют его. Реттамлас не рассчитывал сбежать и укрыться в лесах – он знал, что беглые Смешанные долго не живут.
Реттамласу повезло. В тот самый день, когда он решился на противостояние, в Мандрус ворвалась колдунья-воительница. Он стал одним из немногих уцелевших – потому что не проявил слепого повиновения, в отличие от сородичей. Он отыскал Ка’а’дакса – с обонянием Смешанного это просто – и вырвал ему сердце. Потом прошелся по коридорам, с двумя мечами, отнятыми у стражников, убивая всех на своем пути. Они могли выбирать – и выбрали Зло, звучит в его ушах голос Скила.

Запах Гор’илит’алта, слабый, но отчетливый. Он мчится по коридору, сжимая в руках окровавленные мечи. Этого Испытующего трудно застать врасплох. Нужно убить его одним ударом.
Искореженный труп посреди лаборатории. Запах смерти. Незнакомая женщина в черной кольчуге, стоящая над трупом. Она вооружена - меч, перевязь с метательными ножами, но Реттамлас понимает, что не клинок убил ненавистного Испытующего.
Женщина смотрит ему прямо в глаза. «Ты хотел разделаться с ним сам? Понимаю. Но сейчас лучше убраться подальше. Тут скоро не останется камня на камне. Кто-то из здешних магов-недоучек активировал Пламенные Сердца. Весь запас, понимаешь? За мной!»
Ошеломленный Смешанный следует за женщиной. Двое Испытующих преграждают дорогу. Двойной удар молнии – два предсмертных вопля. Колдунья обходит обугленные останки, даже не замедлив шага…


Когда Мириэль рассказала, откуда она, молодой Смешанный почти не удивился. Слишком много чудес он уже повидал к тому времени, чтобы усомниться. Реттамлас лишь надеялся, что за Вратами найдется место для Смешанного, который устал воевать.

«Здесь нет ничего кроме неба и скал», говорит он темноволосой женщине. Он видел ее в бою, кожей чувствовал всесокрушающую силу, и до сих пор не может понять, почему столь могущественной волшебнице вздумалось спасать его. «Не будь таким нетерпеливым», отвечает Мириэль. «Чары скрывают это место от человеческих глаз. Нужно подождать, когда взойдет луна». «Примут ли они меня?» спрашивает Реттамлас. «Ведь я Смешанный». Мириэль загадочно улыбается…

Куанский Храм показался юноше Небесным Дворцом из сказок. Настоятельница Устарте приняла его очень радушно. Оказалось, что здесь тоже поклоняются Истоку, как на родине Скила. Едва научившись читать, Реттамлас отправился в храмовую библиотеку, решив разузнать о Боге Скила побольше. Когда же он узнал достаточно, чтобы принять послушание, а Мириэль покинула храм, отправившись в новое путешествие, Реттамлас начал надеяться, что нить, связывавшая его с темным прошлым, оборвалась.
Но зловещий кошмар, ткнувший его лицом в пролитую кровь, повторялся снова и снова. И ни созерцание, ни физические упражнение, ни молитвы не смогли его прогнать. Зловещие образы кружились в памяти юного Смешанного, играючи сокрушая ментальные преграды. Реттамлас знал, что стал невнимательным.
Смешавшись с отчаянием, страх стал еще сильнее.
Неужели мои надежды напрасны? Неужели мне никогда не стать частью Куанского Храма, как все остальные?
Рука, затянутая в перчатку, легла ему на плечо. Юноша вздрогнул.
- Расскажи мне обо всем, что тебя тревожит, юный Реттамлас, - в голосе Устарте не было и тени беспокойства.
Послушник почувствовал, как гармония и сила, исходящие от верховной жрицы, отгоняют кошмар прочь. Он ничего не забыл, но теперь хотя бы мог говорить об этом.

Сообщение отредактировал Кайран - 25-06-2007, 23:00


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #26, отправлено 3-10-2007, 18:55


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Эстин смотрел, как его солдаты разбивают лагерь. Место было выбрано удачно – с юга и востока неприступные скалы, на севере и западе лес был прорежен давним пожаром, так что незаметно не подберешься. И ничего, что ночь будет холодной – для этого и нужны палатки.
Но дурные предчувствия не оставляли старого вояку. Поход, который так скверно начался, просто не мог окончиться благополучно.
«Ну что? Уже готовитесь устроить попойку по случаю повышения?» - услышал он голос дуна Варгиса. – «Не задирайте носы раньше времени. Для меня ваши новенькие нашивки стоят не больше, чем ленточки, которые так любят дельнохские шлюхи. Столкнетесь пару раз с сатулами – может, чему-нибудь и научитесь. Если уцелеете. А сейчас просто запомните, что я скажу. Командир может быть ранен или убит. Битва – это не учения, всякое случается. Но если командир позволит себе раскиснуть – его отряд тут же окажется по горло в дерьме».
- Спасибо, дун, - сказал Эстин давно погибшему командиру. – Я постараюсь не падать духом. Очень-очень постараюсь. Хотя, видит Исток, это нелегко.
Причин для веселья действительно было немного. Из полусотни Эстина в живых осталось тридцать два человека – оба тяжелораненых скончались еще вчера. Что куда хуже - все его разведчики, кроме Хореба, погибли в той злополучной стычке. А Хореб честно признался, что в этой части Дельнохских гор раньше не бывал.
Возвращаться и доложить о провале карательного похода? И дать начальству законный предлог разжаловать его в кулы*? Или продолжать – и рисковать гибелью всего отряда? Скверный выбор, как не погляди.
Был и другой вариант. От которого старого вояку с души воротило.
… Та девушка, дочь офицера, выслужившего дворянство, была совсем не похожа на Карду. Ни внешностью, ни характером. Роскошная черная коса, изящные брови, глаза, в которых запросто можно утонуть. Любимица родителей, она обожала танцы, пение и езду верхом. В тот злополучный день она тоже уехала покататься… чтобы увидеть издали столб черного дыма, а вернувшись, обнаружить догорающий дом и полдюжины трупов.
Можно ли взглянуть на пепелище, в которое превратился родной дом, и не измениться? Одни просто сходит с ума, другие начинают бояться собственной тени, третьи топят свое горе в выпивке… пока сами не тонут в чаше с вином.
Она хотела одного. Убивать сатулов. Любых сатулов. Пусть они не участвовали в набеге, который отнял жизнь у родителей – они сатулы, и это главное. С боевым луком вместо охотничего, с новеньким мечом у пояса она ушла в Дельнохские горы.
Она искала сатулов – и нашла. Горцы всегда оказывают особые «почести» тем, кто повинен в смерти их соплеменников. Так что двоих или троих девушка убила наверняка.
Бар Эстин хорошо запомнил, как хоронил обезображенный труп – все, что осталось от черноволосой красавицы. И как пообещал себе, что не допустит повторения этого кошмара.

Судьба всегда найдет способ посмеяться. Она выбрала самый подходящий момент, чтобы подбросить эту… лучницу на путь Эстина.
Если бы он мог отправить глупую девчонку в Дельнох, даже ценой собственного разжалования, так и поступил бы. Но сейчас на кону был весь отряд. Трем десяткам усталых, павших духом солдат отчаянно нужно хоть какое-то преимущество перед сатулами. А Карда знает эти места как свои пять пальцев. Действительно знает – это место они бы вряд ли нашли без ее подсказки. Поэтому она может себе позволить такую роскошь, как игры в беспрекословное послушание.
А сама, небось, думает – «никуда ты от меня не денешься, старый дурак».
Окинув взглядом лагерь, Эстин обнаружил, что одна из палаток до сих пор не поставлена, и двинулся туда, чтобы выяснить причину задержки.
Он ничуть не удивился, когда увидел компанию, собравшуюся вокруг ненатянутой палатки. Варад, что почти с самого Дросс-Дельноха находился на неофициальной должности отрядного остряка, и троица таких же молодых оболтусов.
- …Идут надир, вентриец и дренай по лесу. А навстречу им – волшебник…, - похоже, Варад как раз начал очередную историю. Но разговорчивость мигом изменила ему, едва он увидел Эстина.
- Решили сегодня заночевать под открытым небом? – свирепо-ласковым тоном осведомился офицер. – Ночуйте. Хотите стоять, разинув рты, и слушать истории, которые считались старыми еще во времена моего прадеда – пожалуйста. Только вернитесь сначала в Дросс-Дельнох, где нет злобных сатулов, и некому пробраться мимо часовых, чтобы перерезать вам глотки. Не то, чтобы это были невосполнимые потери, - Эстин обвел четверку солдат презрительным взглядом, - но в этом рейде командую я. И пока я командую - никто не умрет из-за собственной глупости и неосторожности. Это вам ясно?
- Так точно!
Бар Эстин сурово вгляделся в лица кулов, словно пытался понять, подействовало ли внушение. Кое-кто, кажется, понял. А вот Варад хоть и стоял с поникшей головой, но в его глазах офицеру почудилась затаенная насмешка.
Эстин повернулся, чтобы уйти.
Он знал – когда палатка будет поставлена, Варад назло ему все равно доскажет свою байку.



* Кул – рядовой дренайской армии. Бар – младший офицер. Дун – старший офицер. Ган – военачальник.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #27, отправлено 19-10-2007, 20:20


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

В северо-западной части Дросс-Дельноха, недалеко от внешней стены города, стоял одноэтажный дом. Единственное, что отличало его от таких же хибар по соседству – искусно сделанные деревянные наличники.
Деревянное здание знало лучшие дни. Как и его хозяин.
Наступающий день только-только прогнал утренний туман с улиц, как дверь дома со скрипом отворилась и наружу выглянул заспанный рыжеволосый мужчина. Ему было за сорок, но он казался старше. Закатанные рукава позволяли видеть старые шрамы на руках. Также бросалось в глаза, что правая нога ниже колена отсутствовала.
Большую часть жизни Эриан был солдатом, а это неизбежно оставляет следы.
Подойдя к бочке с дождевой водой, хозяин дома тщательно умылся. Потом с досадой взглянул на серое небо.
«Солнцем и не пахнет, точь-в-точь как вчера. Благая Матерь Сирис, пусть хоть сегодня дождя не будет!»
Эриан вернулся в дом и тщательно запер дверь.
Подойдя к рабочему столу, он уселся (выругавшись, когда деревянная нога подогнулась) и критически осмотрел заготовку – фигурку вентрийского пехотинца.
«Все неплохо, только щит нужно чуть-чуть подправить…»
Эриан потянулся за ножом поменьше («или лучше взять надфиль?»), когда услышал стук в дверь. Как будто в ответ на стук, обрубок ноги заболел с новой силой.
- Кого еще демоны несут? – крикнул хозяин дома, не желая делать лишний рейс к двери и обратно.
- Я к вам по делу, почтенный, - ответил незнакомый молодой голос. - Можно войти?
Эриан хотел было сказать, куда именно незваный гость может отправиться, но потом передумал. Вдруг этот человек – заказчик, решивший обойтись без посредников. Редко, но такое случалось.
Лишаться возможного заработка солдату совершенно не хотелось.
Молодого щеголя, стоявшего в дверях, бывший солдат видел впервые.
«Ну и хлыщ!» Эриан неприязненно оглядел незваного гостя. «А камзольчик, небось, стоит столько, сколько мне и за год не заработать. И что ему от меня понадобилось?»
Если щеголь и понял, что ему не слишком рады, то не подал виду.
- Добрый день, почтенный Эриан, - нарушил он затянувшееся молчание. - Не уделите ли мне немного своего времени?
- Просто Эриан, - буркнул бывший солдат, - «Почтенным» я никогда не был – и вряд ли стану им теперь, когда обзавелся деревяшкой. И я не помню, чтобы встречался с тобой, парень, - боль в ноге не прекращалась, и он решил не церемониться с посетителем, - Заходи, раз уж пришел.
- Меня зовут Зибен, - сообщил щеголь, когда за ним закрылась дверь.
- Зибен-Сказитель? Тот самый? – Резчик поспешно сел, чтобы не перетруждать ногу, и смерил молодого человека недоверчивым взглядом. – И почему же знаменитый сказитель тратит время на разговоры с калекой, вместо того чтобы укладывать в постель очередную красотку? – Он скрыл недобрую усмешку, глядя на старания поэта найти подходящее сиденье.
«Готов поспорить, тебе никогда не приходилось спать на голой земле…».
Зибен с трудом отыскал в мастерской относительно чистый стул. Усевшись напротив хозяина дома, он без тени смущения ответил:
- Красотки обожают драгоценные безделушки. Да и самому на что-то жить надо. А лучший способ заработать для такого, как я – отыскать свежую историю...
- …и ты решил, что такая история есть у меня? – прервал сказителя Эриан. – С чего бы это? И главное – зачем мне тратить время на чье-то праздное любопытство? Я не богат, знаешь ли. Того, что я выручаю за эти фигурки, едва-едва хватает, чтобы держаться на плаву.
Золотоволосый поэт с любопытством покосился на полки с готовыми изделиями.
- Это ведь солдаты?
- Угу. Самые разные - от вентрийских Бессмертных до надирской легкой конницы. Это мой конек. Потому что я не делаю ошибок в оружии и доспехах. А то находятся дураки, которые вооружают сатулов прямыми мечами, - говоря о том, что было ему хорошо знакомо, Эриан снова почувствовал почву под ногами.
- Ты и сатулов тоже вырезаешь?
- Ты удивишься, но сейчас на них большой спрос. Само собой, не для того, чтобы поставить на комод. Их покупают, а потом торжественно сжигают.
- Символическая месть, - кивнул Зибен. – И мы еще обижаемся, когда вентрийцы или чиадзе называют нас варварами!
- Может, они и правы, - пожал плечами Эриан. – Ладно, поэт, мне надо работать. Если хочешь послушать историю о героических подвигах – походи по тавернам. Там число убитых врагов увеличивается с каждой кружкой.
- Поэтому я и пришел к тебе, - объявил Зибен. – Чтобы послушать рассказ Эриана Правдолюбца, а не чье-то пьяное хвастовство
Эриан поморщился. Поэт, сам того не ведая, снова задел болезненную струну в его душе. Прозвищем он был обязан друзьям-кулам. Беззлобная шутка над парнем с Сентранской равнины, никогда не пытавшимся увильнуть от нарядов и взысканий. Все люди, которые его так называли, уже мертвы.
– Я разговаривал с одним человеком в Дельнохе, и он упомянул, что в недавнем рейде случилось что-то необычное... – осторожно начал Зибен.
Эриан поморщился.
- Случилось то, что нас разгромили, сказитель. Больше ничего. Дали непобедимому дренайскому воинству по носу. Можешь спеть об этом, если хочешь – но вряд ли отыщешь благодарных слушателей. Потому что командовал тупой ублюдок с купленным званием, и в подчинении у него были такие же идиоты. А у старых вояк, которые понимали, что к чему, был паршивый выбор – или слушаться этих мартышек в мундирах, или попасть под трибунал за неподчинение.
- …а потом всю эту историю замяли, потому что у командующего была куча влиятельных родственников, - кивнул поэт. – Но меня сейчас интересует нечто другое. Я разговаривал с Кальваром Сином, врачом. Он сказал, что когда привезли раненых, тебя среди них не было.
- Кальвар Син слишком много болтает.
- Неужели тебя оставили на поле боя?.. – выпустил пробную стрелу поэт.
- Не смей! – глаза ветерана грозно сверкнули. – Дренаи своих не бросают! Меня просто посчитали за мертвеца. Да я и сам бы так решил на их месте – крови из меня вытекла целая лужа.
- Но как же случилось…
- Ты когда-нибудь слышал о Карде-Лучнице?
- Очень немного, - ответил Зибен. – Слухи о женщине, которая не боится ходить по сатулийским землям в одиночку. Дельнохские солдаты не очень-то ее любят. Так это была она?
- Она, - лицо Эриана помрачнело. – Когда сатулы погнались за отступающими, они оставили около десятка позади – позаботиться о своих раненых… и о чужих тоже. Я тогда как раз очнулся и все понял. Притворился, что без сознания – это было легко, я и так еле-еле соображал. И спрятал кинжал. Я знал, что горцы делают с нашими парнями, если удается захватить их живьем. Надеялся убить хоть кого-то – и умереть быстро. Тут на этих ублюдков стрелы и посыпались.
Эстин провел ладонью по шевелюре, уже начинающей редеть, и продолжил:
- Исток знает, как эта Карда умудрилась подобраться к сатулам. Троих она подстрелила, остальные унесли ноги. Решили, что попали в западню, ха! Верно говорят, у страха глаза велики.
Я тогда еще подивился – что за стрелок такой? Знал ведь, что никто из наших парней Серебряную Стрелу не выигрывал. А это оказалась женщина в мужской одежде.
Зибен молча ждал, чем закончится рассказ. За окном прогрохотала чья-то телега.
- Перетянула мне ногу жгутом. А потом стала шарить у мертвых сатулов по карманам. Мне это не слишком понравилось, ясное дело. Так ей и сказал.
- А она?
- Она ответила, что в регулярной армии не служит, Устав соблюдать не обязана, а значит, может поступать с трофеями как ей угодно, - Эстин скривился. - У меня к тому времени так разболелась нога, что спорить не было сил.
Но Карду мне обмануть не удалось. Она достала из своих запасов какие-то корешки и дала мне пожевать. Сказала, будет не так больно. Вкус у тех корешков… лучше и не вспомнинать, - солдат выразительно скривился. – Ну а следующие сутки я провел в полусне. Очнулся уже в госпитале. Кальвар Син мне потом объяснил, мы наткнулись на кавалерийский разъезд из Дельноха. Говорят, вид у меня тогда был – краше в гроб кладут. И Карда выглядела не лучше. Оказывается, все это время она тащила меня на себе. И откуда только силы взялись?.. Так вот, в госпиталь-то я попал, но правая нога уже порядком загноилась, и пришлось ее отрезать.
Вот и все, поэт. Сомневаюсь, что из этого удастся сделать героическую сказочку.
- Большое спасибо, что уделили мне время, - вежливо сказал Зибен. Он потянулся за кошельком. Резчик мотнул головой:
- Я же сказал – эта история ничего не стоит. А милостыню я не приму.
- Тогда разрешите хотя бы пожать вам руку, - глаза поэта весело блеснули.
Резчик неохотно протянул руку. Тонкая ладонь сказителя оказалась неожиданно крепкой.
- Да пребудет с тобой Исток!
- И с тобой, - неохотно ответил хозяин дома.
Эриан проводил уходящего Зибена взглядом и резко захлопнул дверь.
«Кажется, он и был-то у меня с полчаса, не больше. А я теперь уже и не вспомню, что было не так с фигуркой солдата».
Бывший солдат осторожно ощупал фигурку в поисках невидимых заусенцев, и довольно быстро обнаружил, что левый край щита слегка выдается вперед по сравнению с правым.
«Точно! Щит! Сейчас мы его подточим…»
Охлопав карманы фартука в поисках надфиля, Эриан неожиданно обнаружил плоский кругляш монеты, которого – он точно помнил – раньше там не было.
«Вот хитрец! Теперь понятно, зачем ему понадобилось рукопожатие. Повезло мне, что этот парень сказитель, а не карманник», усмехнулся в усы Эриан.
Когда ветеран поднес монету к глазам, она блеснула желтым.
«Хм, золотой раг? Неплохой заработок за час. Непонятно только, с чего такая щедрость», подумал Эриан. «Хотя если кто-то и может превратить этот кровавый кошмар в героическую сказку, то этот человек – Зибен-сказитель».
Запрятав монету, ветеран вернулся к незаконченной фигурке.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #28, отправлено 29-11-2007, 23:57


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Переделал главу "от лица Ровены". Если есть критические замечания по исправленному варианту - буду рад их выслушать.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #29, отправлено 4-12-2007, 23:46


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Устарте знала, что не могла выбрать лучшего места для беседы, чем искусственный водопад. Водопад был одним из маленьких чудес Куанского храма, над ним потрудились и человеческие руки, и волшебство. Голос падающей воды был подобен музыке, он успокаивал и дарил радость.
«Ничто не вечно» , подумала жрица. «Когда Мириэль перестанет подновлять заклинания, наложенные на это место, водопад иссякнет. Хвала Истоку, это произойдет еще очень, очень нескоро».
Послушник сидел рядом с ней и терпеливо ждал, что скажет настоятельница.
- И давно у тебя эти… «кошмары»? – прямо спросила она.
- С того самого дня, когда я ошибся на тренировке, госпожа, - тихо ответил Реттамлас.
- Три ночи подряд, - молодой Смешанный не мог понять, что звучит в голосе настоятельницы – одобрение или упрек. - И ты не обратился за помощью ни к старшим товарищам, ни ко мне. Почему?
- Я надеялся… я хотел справиться с этим сам. Мне хотелось одолеть своих демонов в одиночку, как Дардаллион когда-то… Я ошибался? Во мне говорила гордыня? - выдавил из себя послушник.
- Ты не понимаешь, Ретти. Стремление победить свои страхи – это похвально. Но прежде чем вступать в бой, нужно понять, с чем ты сражаешься. И на этом этапе, - Устарте улыбнулась, - совет наставника необходим. Вопрос в том, готов ли ты его услышать?
- Конечно, госпожа.
- То, с чем ты столкнулся – не кошмар. И не ложное видение, посланное Духом Хаоса, чтобы ослабить тебя. Это твой Дар.
- Но…
- Ты знаешь, что не похож на других Смешанных. Создавая тебя, Гор’илит’алт превзошел самого себя. Подобные нам обычно не обладают врожденным Даром.
- Но я думал, что если Дар есть с рождения,… он обязательно проявится сам.
Настоятельница вздохнула:
- Если только его намеренно не подавлять. Непросто, но для сильного мага вполне осуществимо. Такого мага, как твой создатель. Испытующие были отменными негодяями, но в мастерстве им не откажешь.
Реттамлас выглядел подавленным. В его голове сам собой возник вопрос:
– Госпожа, если он создал преграды, мешающие мне пользоваться Даром, разве ты не могла их устранить?
Устарте бросила на него взгляд, полный грусти и одобрения:
- Барьеры Испытующего были установлены слишком давно, и пустили прочные корни в твоем сознании. Попытавшись взломать их грубой силой, я рисковала уничтожить твой разум. Мириэль подтвердила мои догадки, и предложила действовать косвенными методами. И это сработало – даже лучше, чем я могла надеяться.
Глаза Реттамласа округлились.
Мои тренировки?..
- Верно, - прочитав мысли ученика, Устарте ласково улыбнулась. – Это было необходимо не столько для твоего тела, сколько для разума.
Сознание настоятельницы мягко прикоснулось к памяти Реттамласа, вызывая картины из недавнего прошлого. Его восхищение мастерством колдуньи-воительницы, которая даже в обители мира и исцеления не прекращала упражнений с мечом. Робкая просьба послушника обучать его – и неожиданное согласие Мириэль. А затем - ожесточенные ежедневные упражнения. До седьмого пота. И поединки с фантомными врагами. Чье иллюзорное оружие ранило по-настоящему.
Сам я захотел отточить боевые навыки – или меня к этому мягко подтолкнули? Послушник не был уверен, что хочет знать ответ на этот вопрос.
- Значит, госпожа Мириэль оставалась в храме только ради меня?
- Не только, - ответила жрица. – В Куанский храм приходят, чтобы исцелять не только больные тела, но и раненые души. А Мириэль… я понимаю, тебе она кажется выкованной из стали. Могущественная древняя волшебница, которая разве что с самим Анхаратом не сражалась. Я знаю ее подольше, и всегда чувствую, когда ей нужно отдохнуть от приключений… Но речь сейчас не об этом. Понял ты это или нет, Ретти, но тренировки с Мириэль постепенно изменили тебя. Блоки в твоем сознании истончились, и дремлющий Дар пробудился. Я не предполагала одного - что пробуждение будет столь скорым и болезненным.
- Кошмары…
- Не кошмары, - резко возразила Устарте. - Это - пророческие сновидения. А в кошмары их превращаешь ты сам. Вернее, твой страх и непонимание происходящего.
Послушнику показалось, что невидимая рука схватила его за горло. Изнурив себя бесплодными попытками овладеть Даром, Реттамлас чувствовал себя мухой, бесплодно бьющейся в оконное стекло.
А теперь стекло вдруг исчезло…
Ему следовало догадаться раньше. Гор’илит’алт даже после смерти нашел способ причинить Смешанному боль. Как это на него похоже!
Только успокаивающее журчание фонтана дало юному послушнику силы не вскочить и не убежать куда глаза глядят.
- Но что я должен делать? – беспомощно спросил Реттамлас.
- Мы продвинулись больше, чем я надеялась, - настоятельница едва заметно улыбнулась. – Ты перестал жалеть себя и начал задавать вопросы. Но ответить «что делать» я не могу. Любой мой совет ты воспримешь как приказ. Ты все время забываешь, что я тоже могу совершать ошибки – как ошиблась в отношении твоего Дара.
Лицо молодого послушника было настолько недоумевающим, что Устарте сжалилась над ним:
- Попробуй сформулировать вопрос по-другому, Ретти. Сосредоточься не на том, что ты «должен», а на том, чего хочешь.
Ответ пришел к послушнику почти мгновенно.
- Я хочу найти ее. Найти и удостовериться, что она в безопасности.
Устарте кивнула:
- Очень хорошо.
- И вы… позволите мне уйти?
- Почему бы и нет? Ретти, у нас храм, а не тюрьма, здесь никого силой не держат.
- Но я даже не знаю, где ее искать!
- Так уж случилось, - улыбка Устарте стала еще шире, - что сейчас в Куанском храме гостит колдунья, которая разбирается в магии поиска куда лучше меня.
Реттамлас благоговейно склонил голову перед настоятельницей. Та легонько прикоснулась губами к его лбу, благословляя.
- Иди, Ретти. Да пребудет с тобой Исток!
Когда юный Смешанный ушел, Устарте заставила себя подняться с сиденья. Суставам это не слишком понравилось, но ревматизм казался пчелиным укусом рядом с болью, терзавшей душу старой жрицы.
Как же я устала… Слишком много лет прошло. Слишком много лет – и слишком много смертей…
- Иди, - повторила Устарте, - иди, мальчик мой. Найди свою судьбу. Я знала, что этот момент настанет. Что однажды Куанский храм окажется для тебя тесным. Я лишь надеялась, что судьба даст тебе больше времени…


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
amyki >>>
post #30, отправлено 27-01-2008, 8:39


Младший помощник искателя философского камня
***

Сообщений: 184
Пол:женский

найдено камней: 1912

Прочитала все заново, поскольку уже потеряла нить повествования. Впечатление очень даже не плохое, и если раньше достаточно много было ссылок на предысторию, многое было непонятно, и читать не разбираясь в сути было тяжело, то сейчас есть целостность, уже более или менее сформировано представление о героях, и нет какой-то перегруженности текста.
По поводу переделанной главы о Ровенне, сказать ничего не могу, потому что плохо помню предыдущую, но как уже говорила, в этот раз текст, на мой взгляд, не перегружен, и читаешь уже не как фанфик, а как целое произведение (тем более я - не читающая Геммела, к сожалению).
Все очень точно, верные описания, составляющие общую картину, и мне нравится стиль, в котором ты пишешь.


--------------------

Программист - индивидуум, потерпевший достаточно много неудач в нормальных профессиях, чтобы стать специалистом в области программной инженерии.
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #31, отправлено 14-10-2008, 19:44


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

За тридцать четыре года Грэйг успел сменить много ролей. Внебрачный сын вельможи, беглый преступник, матрос, торговец, охранник караванов, солдат. Но в первую очередь Грэйг все-таки был воином.
Кому-то достаточно взглянуть на полустертые следы копыт, чтобы определить, сколько лет лошади. Кто-то может взять в руки драгоценный камень, и безошибочно назвать его вес, огранку и сколько можно за него выручить в Дренане или Машрапуре. Грэйг гордился тем, что безошибочно оценивал чужие воинские качества. И не мог отказать себе в удовольствии лишний раз проявить наблюдательность. Тем более когда ему попадался такой любопытный объект для изучения.
- Шевелись, Кайдорец! - окликнул его бар Эстин. – Ты что это – стихи на ходу сочинять вздумал? Плетешься как беременная черепаха!
- Да, сэр. Прошу прощения, сэр, - ответил Грэйг. Он шел замыкающим, и действительно немного приотстал.
Догнав колонну дренаев, он вернулся мыслями к девушке-лучнице, которая в этот момент вместе с Хоребом выискивала сатулийские патрули.
Грэйг знал, что даже нумерованные доспехи и шлемы могут кое-что рассказать о своих владельцах. А снаряжение Карды, никогда не служившей в армии, несло на себе неповторимый отпечаток ее личности.
Короткий меч, который кое-кто бы счел невзрачным из-за простой рукояти. Много повидавший, но все еще острый кинжал. Дорогой вагрийский лук. Вороненая кольчуга без единого пятнышка ржавчины. Стрелы с дорогими наконечниками вентрийской работы. Все это хорошо сочеталось с меткостью, хладнокровием и неприхотливостью, которые она продемонстрировала.
Лучница не была сопливой девчонкой или вертихвосткой, решившей поиграть с мечом. Нет. Вместе с ними путешествовала Женщина с большой буквы, сознательно избравшая путь воина. Кайдорец гадал, сколько еще людей в лагере понимали это.
До него донесся чей-то звонкий голос:
- А я слышал, что она приносит несчастье тем, кто с ней связывается. И что заключила союз с демонами, поэтому и выходит невредимой из любых передряг.
Новобранец, подумал Грэйг. Пережил свой первый настоящий бой, но вряд ли поумнел.
- Бабьи сказки, - несмотря на физиономию и коренастую фигуру типичного крестьянина, Риалл был сильным и опытным бойцом. Одним из лучших в отряде, не считая бара Эстина, Хореба и самого Грэйга. - Если бы ты пару десятков лет по три часа в день вгонял стрелы в деревья, то сейчас стрелял бы не хуже. Да только куда тебе! Лень – твое второе имя. И про невредимость – чушь собачья и бред. Ты шрамы у нее на руках видел?
Грэйг незаметно улыбнулся. Не только он сегодня думал о Карде-Лучнице.
Ее храбрость и воинское мастерство были не единственной причиной, по которой лже-кайдорец обратил на нее внимание. Были еще кое-какие мелочи. То, что Карда не пыталась усилить свою привлекательность с помощью обычных женских хитростей. Или тщательно скрываемое раздражение, если бар Эстин давал понять, что видит в ней не только еще один меч. Или то, что единственными мужчинами, которым она полностью доверяла, были Тридцать. Монахи-воины, давшие обет безбрачия. Да еще постаревший герой Шадак.
Детали, которые говорят о многом. Или ни о чем. Но Грэйг был уверен. По какой-то причине Карда стремилась вытравить из себя все женское, и полумеры ее не устраивали.
Бесполезная догадка. Грэйг думал, что знает о женском поле почти все, но сейчас его опыт ничего не стоил. Грэйг не сталкивался раньше с женщинами-воинами, и теперь просто не представлял, как вести себя с ней. Он не мог предсказать, что обрадует Карду, а что она воспримет как смертельное оскорбление.
- Эй, Кайдорец! – это был Варад. С лицом, невинным, как у младенца. Не иначе, задумал какую-то каверзу.
- Что?
- Скажи-ка, а что у вас в Кайдоре думают о женщинах-воительницах?
- У нас таких не бывало, - ответил Грэйг без запинки. – Ну, кроме госпожи Лалитии, но она не была настоящей воительницей.
- И чем она прославилась?
- Когда святой Шардин спал, отслужив молебен за души воинов, убитых згарнскими дикарями, на него набросился человек, одержимый демоном. Лалития спасла его, перерезав одержимому горло.
Варад хотел узнать подробности, но бар Эстин, возникший рядом с ними, как по волшебству, влепил чересчур любопытному солдату наряд вне очереди.
Дальше Грэйг шагал молча, снова позволив своим мыслям свободно блуждать.
Он не смог бы внятно ответить на вопрос, почему для него так важно сохранить хорошие отношения с Лучницей. Возможно, потому что он был такой же белой вороной в отряде, как и она. Или потому, что следующий бой может оказаться для дренаев последним.
Зан Цу в одном из своих трудов писал: Отряд должен быть единым целым, а не сборищем воинов-одиночек. И скрепляют его дисциплина и боевой дух. Командир, который думает, что достаточно только дисциплины, расплатится за свою ошибку жизнями воинов, которыми пренебрегал. Сейчас Грэйг чувствовал правоту древнего чиадзийского полководца, как никогда.
Обычно первый бой сплачивает солдат, даже если они до этого состояли в разных подразделениях. Этого не случилось. И Грэйг знал причину.
Девушка-лучница.
Ее стрелы переломили ход битвы, спасли Хореба – и тяжело ранили гордость остальных бойцов. Мы что же, ни на что не способны без помощи со стороны? Никто не произнесет этого вслух, но невысказанный вопрос будет витать в воздухе.
Другой командир смог бы обратить ее присутствие себе на пользу. Грэйг смог бы – если бы только ангел Истока спустился с небес и передал ему командование. Он в точности знал, что нужно сказать, чтобы глаза солдат повеселели, а поникшие плечи распрямились. Но бар Эстин сам был недоволен появлением Карды. И солдаты это чувствовали.
Вздумай Лучница ляпнуть какую-нибудь глупость вроде «без меня вы бы проиграли», усталые озлобленные солдаты не посмотрели бы, что она женщина. Но Карда молчала. Не жаловалась на трудности пути или стертые ноги. И выполняла все распоряжения Эстина без лишних вопросов и возражений. Формально придраться было не к чему. Но это не мешало той части солдат, у которой не хватало мозгов, злиться на нее.
Хорошо еще, что дренаи выиграли первую стычку, иначе боевой дух отряда, и без того невысокий, оказался бы совсем сломлен.
Когда Грэйг осознал это, он понял, почему хочет остаться в хороших отношениях с Лучницей. У нее есть Дар, или хотя бы зачатки Дара. И если на них обрушится смерть, у девушки больше всего шансов спастись. Как и у того, кто в нужную минуту окажется рядом с ней.
И лучше, чтобы это оказался он, Грэйг.

Сообщение отредактировал Кайран - 22-03-2009, 16:15


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #32, отправлено 14-01-2009, 19:55


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Фестиан знал что здесь, в неприметном подвале, окруженный самыми смертоносными личностями Машрапура, он был в большей безопасности, чем где бы то ни было.
И все равно ему было немного не по себе. Слишком много действующих лиц было в пьесе под названием «Переворот», слишком многое зависело от прихоти Судьбы.
Машрапур никогда не был тихим спокойным городком. Но сегодня он напоминал муравейник, который подожгли сразу с нескольких сторон.
Восстания здесь не были чем-то из ряда вон выходящим. Недовольных всегда хватает, заставить их взяться за оружие ничего не стоит. Другое дело, что история не знала еще ни одного случая успешного мятежа. Среди вожаков никогда не было профессиональных военных, а праведный гнев – плохая замена воинской выучке. Вооруженные толпы, увлекшись грабежами и кровопролитием, разбредались по городу, и личной гвардии регента ничего не стоило их раздавить.
Но в этот раз все должно было быть по-другому. Человек, которого Фестиан звал Солдатом, в свое время посвятил немало времени изучению истории, и твердо решил не повторять ошибки своих предшественников.
Освободительная Армия, как Солдат называл свое разношерстое воинство, помимо настоящих мятежников и присоединившегося по пути сброда, надеявшегося хорошенько пограбить, включала в себя ударный отряд из профессиональных наемников. Знаменитые Демоны Кельвы заломили за свои услуги столько, что дешевле было бы переправить через море еще один караван с оружием. Хорошо еще, что наемники не потребовали выплатить всю сумму сразу.
Еще один ход, довольно рискованный – это выход через контрабандистов на Принца Воров. Неизвестно, что ему пообещали, но тайный правитель Машрапура дал слово пустить в ход свои Шипы, чтобы ослабить оборону.
Переворот был просто обречен на успех.
Освободительная Армия ворвалась в город. Стража, не сразу понявшая, что происходит, отчаянно пыталась их сдержать.
Фестиан приказал Шипам вступить в игру.
Келидор, начальник городской стражи, представлял собой случай, почти неслыханный по машрапурским меркам. Он не был назначен сверху, а выбился из простых стражников. Неудивительно, что он испытывал почти болезненную зависть к дворянам, и от души ненавидел Принца Воров.
Сейчас глаза Келидора расширились от гнева, смешанного со страхом, обрюзгшее лицо побагровело, голос превратился в едва слышный хрип. Он проморгал мятеж. С кого первым делом спросят, когда с этими навозными мухами будет покончено? Единственный шанс – это схватить предводителей мятежа. Только так можно оправдаться перед регентом за промах таких масштабов. Иначе начальником стражи станет какой-нибудь худосочный дворянчик со связями – и это еще если ему, Келидору, повезет.
Келидор отчаянно выкрикивал приказы, когда ему угодила в пах шальная стрела. Наконечник оказался зазубренным, и начальник стражи истек кровью прямо на улице.
Желтоглазый с отвращением отбросил разряженный самострел. Оружие было дешевкой местного производства, ни один уважающий себя Шип не стал бы пользоваться таким. Но приказ есть приказ, а такому мастеру, как Желтоглазый, все равно из чего стрелять.
Кельва и его Демоны пробились через несколько импровизированных заграждений, не потеряв ни одного человека. Они не задерживались, чтобы набить карманы или поразвлечься с горожанками. У Кельвы ушло на это чертовски много времени, но он все-таки вдолбил своим людям – «сперва дело, потом удовольствие».
Кельва считал машрапурский контракт тем самым случаем, который выпадает наемнику раз в жизни. Когда-то он мог войти отправиться в Вентрию вместе с генералом Бодасеном. Но помешала нелепая случайность в лице бородатого дикаря-горца из Скодии. И теперь Кельва то и дело слышал невероятно раздутые россказни о так называемых подвигах Друсса, чувствуя себя при этом так, как будто проглотил что-то несвежее.
Но теперь Кельва собирался ухватить удачу за хвост, и никакой ублюдок с топором ему не помешает. Впервые его Демонам предстоит участвовать не в обычной пограничной стычке – им предстоит сменить власть в Машрапуре. У зачинщиков мятежа хватило ума понять, что это работенка для настоящих воинов, а не для мужичья с мечами.
- Вперед, Демоны! – рычал Кельва. – Не спать! Давите этих гадов! Прикончите их всех!
Гвардия регента, уже узнавшая от напуганных стражников, что происходит, готовилась выступить.
Командующий гвардией Араксис считал себя великим полководцем, а Солдат когда-то был его главным соперником в борьбе за высокий пост. Как обычно бывает в Машрапуре, вожделенная должность досталась Араксису - политические связи в данном случае значили куда больше, чем воинский опыт. Солдат счел это личным оскорблением, что и привело его в ряды повстанцев. Он даже отказался от своего имени «до тех пор, пока справедливость не будет восстановлена».
При всем своем самодовольстве, Араксис был далеко не глупцом. Сопоставив отрывочные сведения о мятежниках, поступившие во дворец, он узнал почерк человека, которого знал еще с тех пор, как оба учились в Военной Академии. И понял, что легкой победы ожидать не приходится. Солдат еще в Академии был мастером устраивать противнику неприятные сюрпризы.
- Выдвигаемся! – приказал он. – И запомните – они могут быть крестьянами, но их командир закончил Академию в Бодакасе с золотой медалью, так что вы не можете позволить себе презрение к врагу. Все поняли?
Если кто-то из офицеров и не понял, вслух об этом никто не говорил.
Ремесленные кварталы, были куда ближе к центру города, чем к городским воротам, так что мятежное войско сюда еще не добралось. Бунтовщиков опередил немолодой уже человек, известный как Парл-Насмешник. Сейчас он стоял на перевернутой бочке и говорил с толпой, то и дело взрывавшейся смехом. Хотя все знали, кому служит Парл, он все равно пользовался любовью и уважением среди простого народа, потому что его остроты частенько жалили министров и самого регента. Если кто-то и мог собрать из машрапурцев ополчение, этим «кто-то» был Парл.
Сейчас он напоминал мастеровым, чем кончались все предыдущие мятежи, и что бывает с теми, кто оказывается на проигравшей стороне. Парл едко высмеивал мятежников, сравнивая их с незадачливым охотником из сказки, поймавшим тигра за хвост.
Камень, выпущенный из пращи, оборвал речь Насмешника на полуслове.
Кто-то хватил шапкой об землю и отправился искать повстанцев, кто-то бросился ловить убийцу Парла, которого, понятное дело, уже не было.
Пращник был Шипом, и героическое самопожертвование в его планы не входило.
Демоны Кельвы расправлялись с группками городской стражи, когда впереди показались конники в форме гвардии регента.
- Наконец-то настоящий противник! – оскалился Кельва. – Эй, парни! Пора пустить кровь этим свиньям в мундирах! – наемники отозвались одобрительным ревом. – Мечи в ножны! Построение «дикобраз»! В атаку!
Ощетинившись копьями, Демоны Кельвы шагнули навстречу новому врагу.
У Солдата было мало конницы, и он выжидал подходящего момента, чтобы пустить ее в ход. И он дождался. Конные гвардейцы увязли в схватке с наемниками, и Солдат решил нанести боковой удар, пока гвардия не опомнилась и не распознала западню.
Гвардейцы регента оказались зажаты с двух сторон – или с трех, если считать отряд наемников, изрядно поубавившийся в численности после столкновения с лучшими в Машрапуре солдатами.
Араксис, понявший, что его провели, приказал развернуться, чтобы встретить нового противника как следует. Благодаря этому потери гвардии оказались меньше, чем надеялся Солдат. Атака захлебнулась. Меньшая численность машрапурцев с лихвой компенсировалась отменной выучкой, а Кельва, потерявший добрую половину своих Демонов, уже не мог воодушевить их нападать с прежней яростью.
Араксис пообещал себе добраться до Солдата, пусть даже это будет последним его деянием в этой жизни. Он не знал, что Солдат дал такую же клятву давным-давно.
Как не знал и о Шипе, притаившемся на одной из крыш с арбалетом наготове.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #33, отправлено 29-08-2010, 19:08


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Чем дальше Мириэль продвигалась вглубь пещеры, тем сильнее в воздухе чувствовался запах плесени, сырого камня и помета летучих мышей. Она даже не поморщилась — годы, проведенные в обучении у Кеса-хана, начисто лишили ее брезгливости.
Эту пещеру нельзя было найти ни на одной карте. Только лихой люд и немногие контрабандисты, что осмеливались пересекать Намибскую пустыню, передавали знание о ней из уст в уста. Мириэль узнала о существовании пещеры только потому, что здесь когда-то останавливался ее отец, убийца Нездешний. В отличие от него, волшебница не нуждалась в убежище от палящего солнца. Негоже было осквернять стены Куанского храма тем, что ей предстояло сделать, потайная пещера для этого подходила куда лучше.
Как и рассчитывала волшебница, в пещере было пусто. Разбойники и контрабандисты не рисковали путешествовать по Намибской пустыне в это время года. Даже для хорошо снаряженного каравана это значило верную смерть.
Мириэль зажгла несколько факелов и стала вручную расчищать пол в центре пещеры. Потом заставила указательный палец засветиться и стала чертить сложную магическую фигуру. Получившуюся усложненную гексаграмму волшебница несколько раз перепроверила, убеждаясь в идеальной правильности линий и углов.
Достав из вещмешка свинцовую шкатулку, покрытую золотом, Мириэль установила ее в середине светящейся гексаграммы, потом вышла за пределы внешнего круга магической фигуры и уселась на пол, скрестив ноги. С губ женщины сорвалась магическая команда, и шкатулка раскрылась. На бархатной подушке лежал нож с серебряным лезвием.
Еще Древние установили, что золото и свинец — идеальный выбор, если приходится иметь дело с вредоносным магическим излучением. Когда шкатулка открылась, видимой стала и грязно-багровая аура, окружавшая нож, даже защитная магия гексаграммы была не в силах сдержать эманации зла полностью.
Серебряный кинжал не был принесен ею из другого мира, как многие другие вещицы, что сейчас пылились в музее Куанского храма. Мириэль обнаружила его, когда последний раз была в Чиадзе. В приграничном городке, где и кошельки-то срезали редко, она услышала об ужасном происшествии. Дочь купца, которой едва исполнилось семнадцать, зарезала служанку, убила своих родителей и смертельно ранила сержанта городской стражи, услышавшего крики о помощи. Городской судья заподозрил, что без колдовства не обошлось. Призванный жрец Сирис испробовал все известные ему заклинания для изгнания злых духов. Ни одно из них не подействовало, девушка продолжала, заливаясь слезами, твердить о своей невиновности. Впрочем, слезы не спасли ее от казни.
Мириэль хватило одного взгляда на орудие убийства, чтобы понять – бедная девушка говорила правду, она была не злодейкой, а всего лишь жертвой. Обладай жрец Сирис мистическим даром, он бы тоже все понял.
С заколдованным оружием Мириэль приходилось сталкиваться чаще, чем хотелось бы. Не с простыми заговорами остроты и прочности, как у ее собственного клинка, сейчас мирно лежащего поверх вещмешка, и не с магией, что заставляла мечи светиться, предупреждая об опасности, или придавала сил и выносливости владельцам. Темные маги, создавая волшебное оружие, шли гораздо дальше. Изделия, вышедшие из их рук, были способны отравлять людям жизнь и через сотни лет после смерти создателей.
Когда Мириэль сталкивалась с проклятым оружием, она не жалела сил и времени, чтобы его уничтожить. Пролетела тысячу лиг на спине крылатого ящера, чтобы швырнуть меч-кровопийцу в жерло вулкана. Трость, похищающую души, она разбила вдребезги священным молотом Миссаэля, еле-еле убедив Верховного жреца, что использовать их реликвию таким образом — богоугодное дело. Дважды сталкивалась с демонами, заключенными в сталь, и изгоняла их обратно в Гирагаст, противопоставив силу воли ярости адских созданий.
Когда Мириэль сплела заклинание, чтобы узнать больше о кинжале, что попал ей в руки, она поняла - на этот раз ей предстояло иметь дело не с демоном. Но дух, поселившийся в серебряном лезвии, мало чем уступал им в злобе и коварстве. Он был убийцей и насильником, приговоренным к смерти, но жестокость, живучесть и тем, что даже другие душегубы боялись его, как огня его, привлекли внимание чиадзийского мага. Старик с длинными седыми усами, бормоча заклинания под аккомпанемент воплей и яростной божбы, вонзил в сердце прикованного убийцы серебряный шип. Магия не позволила темной душе улететь в Пустоту, заперев ее в металле. Оружейник, не подозревавший об этом, превратил металл в оружие.
Благородный юноша, наследник императорского советника, которому через подставное лицо был подарен кинжал, через несколько лет стал картежником, развратником и пьяницей. Отец со скорбью в сердце лишил его наследства, чего колдун и добивался. Когда роковой кинжал был проигран в карты, маг не пытался его вернуть - золото, которым с ним расплатился младший сын советника, с лихвой покрывало расходы. Нож стал переходить из рук в руки, взывая к темным сторонам человеческого сердца, а дух-искуситель, благодаря внутренней злобе владельцев оружие, становился все сильнее и сильнее.
Проще всего было бы запечатать шкатулку и швырнуть ее на дно океана. Но кто может поручиться, что через несколько тысяч лет море не станет сушей, и проклятый кинжал снова не возьмется за губительную работу? Кто-то должен был разорвать порочный круг раз и навсегда, и если не она, то кто?
Отрешившись от всего, сосредоточив свою волю на кинжале, из которого продолжало сочиться зло, волшебница приготовила свой разум и душу к жестокой битве.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #34, отправлено 9-11-2010, 18:42


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Араксис пришпорил коня, торопясь преградить дорогу старому врагу. Его гвардейцы уже скрестили сабли с наемниками Кельвы и немногочисленной конницей, которую успел обучить Солдат.
Солдат пробивался вперед. На вид он не сильно отличался от своих подчиненных - его шлем, кольчуга и рукоять сабли были до крайности просты.
Какой-то дурак попытался остановить Солдата, ухватив под уздцы коня. Серый ударил копытом, расколов неудачливому храбрецу череп.
- Молодец, Серый! – конь покосился на него огненным глазом и тряхнул роскошной гривой, принимая похвалу.
Солдат ранил в бедро попавшегося под руку гвардейца, взмахом сабли рассек от плеча до седла другого. И тут же перед ним возник Араксис – шлем лишился роскошного плюмажа, плащ превратился в лохмотья.
- Вот теперь, Ар, ты похож на воина, а не на хлыща! – крикнул Солдат.
- А ты как был похож на нищего, так и остался! – крикнул в ответ Араксис.
Сабля Солдата взмыла вверх и скрестилась с ловко подставленным клинком машрапурского военачальника. В Военной Академии они часто мерились силами в учебных поединках. Теперь у них была возможность раз и навсегда решить спор, кто сильнее.
Первую кровь пустил Араксис. Низкий выпад обошел защиту вождя повстанцев и легко ранил его в ногу. Потом повезло Солдату. Араксис поднял щит, отражая брошенный дротик, и тут же сабля Солдата полоснула по правой руке, оставив ощутимый порез. Развить успех не удалось – Араксис легко отразил щитом удар в голову, и тут же Солдату самому пришлось защищаться от града ударов. Его спас конь. Серый пустил в ход зубы, разорвав ухо вороному жеребцу Араксиса.
- Будь ты проклят! Он мне стоил целое состояние! – Араксис направил удар в голову офицера-мятежника. Солдат легко уклонился.
- Ты переплатил, Ар! – кольчуга машрапурского гвардейца выдержала удар, но на боку должен был остаться здоровенный синяк.
Чутье подсказало Солдату, что пора было заканчивать. Только в героических поэмах поединок может длиться целый день, и никто не станет в него вмешиваться. Он заблокировал клинок Араксиса, его собственная сабля зло свистнула, и Араксис вскрикнул, раненая рука не удержала щит. Потом удар по плечу сломал уже раненую руку. Еще один тычок в бок прорвал кольчугу, брызнула кровь. Солдат взглянул в расширенные от боли глаза врага и улыбнулся по-волчьи, отвечая контрвыпадом на последнюю отчаянную атаку. Сабля прорезала воздух, и Араксис ткнулся лицом в гриву своего скакуна. Вороной жеребец, не чувствуя больше управляющей руки, помчался куда глаза глядят, сбив с ног нескольких зазевавшихся ополченцев.
- Убили! – во весь голос завопил кто-то. Возглас с трудом донесся до Солдата сквозь гул крови в ушах.
- Командир убит!
- Араксис пал! Они убили господина Араксиса!
- Смерть золоченым ублюдкам!
- Смерть!!!
Солдат высоко воздел окровавленную саблю, хриплый боевой клич призвал всех, кто сражался на его стороне, нанести последний, решающий удар гвардейцам. Он чувствовал, что наступил решающий миг битвы. В такие моменты паника распространяется с быстротой молнии, а воины, что только что рвались вперед, отступают.
Но удача, только что благосклонно смотревшая с небес на предводителя повстанцев, отвернулась от него. В бок Серому вонзилось копье, боевой конь заржал, пытаясь сохранить равновесие - и не смог.
Солдат забарахтался, пытаясь освободить из стремени придавленную ногу. Рядом не было никого, чтобы помочь ему – все увязли по уши в битве с гвардейцами. Собрав все силы, чтобы не заорать от боли в ноге, Солдат заставил себя подняться на ноги, и увидел, что окружен стальным кольцом.
Вот и все…
Гвардейцы изрубили его на куски, даже не вспомнив о приказе регента «взять живым» – так велика была их ярость после потери Араксиса.
Шип, что притаился на крыше, убрал оружие. Ему придется докладывать, что на этот раз воля Принца Воров не была исполнена. Ее опередил слепой случай.
Обе враждующие стороны лишились своих военачальников. Но, битва, теперь уже больше похожая на свалку, продолжалась. Гвардейцы, охваченные лихорадкой боя, рубили направо и налево. Мятежники не оставались в долгу. Они орудовали копьями, осыпали всадников дротиками и камнями из пращей. Те, кто лишился коней, могли считать себя покойниками.
Единственным, кто в этой мясорубке сохранил подобие здравого рассудка, был Кельва. Командир Демонов наскоро подсчитал, что под его командованием осталось больше местного сброда, чем наемников. С таким воинством машрапурскую гвардию, даже похудевшую почти вдвое и обезглавленную, не одолеть.
Солдат погиб. Кельва искренне жалел об этом. Этот офицер был одним из немногих благородных, кого он не презирал.
Если бы он только выбрал более подходящее время, чтобы покинуть мир живых! На то, что его дружки закончат жизнь свиданием с палачом, мне плевать. Но то, что я положил своих людей ни за что, никуда не годится. Кто теперь заплатит вторую половину денег, что нам обещали? Ангел Истока?
По всему выходило, что в Машрапуре ему больше делать нечего, и Кельва передал своим сержантам приказ об отступлении.
Предстояла непростая задача - выбраться из города, не растеряв остатки отряда, потом - переправиться через Вентрийское море. А там можно предложить свой меч тантрийцам или датианам. Восточные королевства вечно воюют друг с другом, а теперь, когда Горбен расправился с мятежниками, а заодно разделал под орех наашанитов, отряд наемных воинов без работы не останется.
Он уже прикидывал, кто из контрабандистов сколько запросит за срочную доставку в Вентрию. Но никакие планы и расчеты не могли смыть досаду и горечь поражения. Дважды ему давался шанс стать чем-то большим, и оба раза все сорвалось из-за нелепой случайности.
Проклятье, неужели он слишком многого хотел от этой жизни? Ведь не о королевском же троне он мечтал! Набить кошель золотом так, чтобы хватило на собственный дом в Дренане, купить дворянское звание, чтобы его детям не пришлось ломать шапку, когда мимо проезжает какой-нибудь титулованный пустозвон. И еще - слава самого удачливого капитана наемников, чтобы песни сочиняли о нем, Кельве, а не о крестьянине с топором.
«И я еще добьюсь своего!» свирепо обещал себе Кельва. «Еще не знаю как, но обязательно добьюсь!»
На него кинулся гвардеец. Отразив удар кавалерийской сабли мечом, Кельва размозжил лицо врага ударом щита, потом полоснул его по ногам, добил точным ударом в горло и зашагал дальше. Звон оружия и крики повстанцев, слишком поздно обнаруживших, что задумали наемники, становились все тише, пока не остались позади.
Пусть умирают, как хотят. Их участь меня больше не касается, сказал он себе.
И все же Кельва не оборачивался назад, пока не оказался в порту.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #35, отправлено 6-12-2010, 3:00


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

Пламя, вспыхнувшее в городе, догорало. Улицы опустели, то здесь, то там валялись трупы – повстанцы, стража, немногие ополченцы, и множество простых машрапурцев, оказавшихся между молотом и наковальней. Солнце потихоньку закатывалось за горизонт, придавая небу зловеще-багровый окрас, длинные тени погребальным саваном скрыли последствия жестокой резни.
Волна кровавого хаоса, охватившая весь город, не затронула неприметный подвал, где, как паук в центре паутины, сидел Фестиан.
- Вернулся? – такими словами встретил он Шипа по прозвищу Желтоглазый. – Отлично. У Принца для тебя есть еще одно поручение.
- На этот раз я могу взять свой арбалет?
- Да хоть всю коллекцию! - Фестиан скрыл улыбку. Желтоглазый был готов сидеть на хлебе и воде, лишь бы не расставаться со своей коллекцией луков и дротиков. Это было его единственной слабостью, и Фестиан, как знаток старинного оружия, не мог не посочувствовать такому увлечению Шипа.
А тем временем на другом конце города немолодой вельможа торопил слуг, чтобы поскорее несли парадное облачение. Ему нужно было попасть во дворец, так чтобы главный казначей его не опередил.
Первый министр Машрапура был очень осторожным человеком. Он никогда не выходил из дома без вооруженного эскорта. Охране и доверенным слугам он платил полуторное жалование, но не потому, что был щедр; он просто не хотел, чтобы у кого-то из них появился повод желать ему безвременной кончины. Фестиану пришлось нелегко, прежде чем он нашел в окружении министра человека, который бы ненавидел его лютой ненавистью. Его жену Эвейорду.
Молодая аристократка, вышедшая замуж за человека вдвое старше, к тому же вечно находившегося в разъездах, изнывала от скуки, пока не повстречалась с поэтом Зибеном. У золотоволосого красавчика уже тогда была репутация повесы, но Эвейордой поэт увлекся всерьез. Настолько, что совсем утратил осторожность, и о его похождениях узнал весь город. Вернувшись из поездки в Вагрию и узнав о своем позоре, министр послал шайку наемников убить Зибена. Тому еле-еле удалось унести ноги. Прошло много лет, но женщина так и не простила мужу попытки убить своего любовника. Фестиан, дождавшись дня рождения Эвейорды, преподнес ей в дар шкатулку с изящной шпилькой-кинжалом, а потом сделал несколько осторожных намеков. Женщина поняла оружейника с полуслова, и теперь каждый вздох ее мужа немедленно становился известным Принцу Воров.
Первый министр дождался, пока ему сообщат о провале мятежа, собрался и отправился во дворец, дабы лично засвидетельствовать регенту свое почтение. По дороге вельможу подкараулили полсотни хорошо вооруженных оборванцев. Они смели конную охрану, вытащили министра из портшеза и забили его до смерти. Эвейорда, узнав об этом от чудом уцелевшего слуги, закрыла лицо руками и безмолвно удалилась в свои покои. Только оставшись одна и скрыв лицо под траурно-черным покрывалом, она позволила себе широко улыбнуться и шепотом поблагодарить Принца Воров за то, что он сдержал слово.
Первый министр был не единственным в списках, которые лежали на столе у Фестиана. Были и другие – дворяне, купцы, несколько богатых иностранцев. Шипы орудовали по всему Машрапуру. Вряд ли в ближайшие десять лет им представилась бы настолько благоприятная обстановка для «работы».
Глаза Фестиана лихорадочно блестели, когда он выслушал последние доклады Шипов. Бои уже практически прекратились, но порядок в городе еще не навели – гвардейцы слишком измождены.
«Осталось совсем немного. Еще чуть-чуть прибраться», подумал он, и усталым голосом отдал последние распоряжения:
- Желтоглазый, Паленый, Трехрукий, Болтун, Дикарь – за мной! Остальные — по домам!
Эскорт из пятерых Шипов оказался не лишним. Дважды их пытались остановить гвардейцы, один раз из переулка выскочил отряд мятежников.
Найдя знакомый дом, Фестиан подал Шипам знак «исчезните», а сам забарабанил в дверь, нарочито громко дыша, как будто ему пришлось бежать.
- Это я, господа! У меня скверные новости! Откройте скорее!
Он подождал, потом снова постучал.
- Откройте, господа, умоляю, это очень важно!
Дверь приоткрылась. Фестиан поспешно продемонстрировал солдату, стоявшему у входа, пустые руки.
- Это всего лишь оружейник. Впустите его, - приказал заговорщик. Фестиан перешагнул через порог.
- В чем дело, оружейник? – надменно спросил Камзол.
Вместо ответа Фестиан бросился на пол, а на солдат, не ожидавших подвоха, посыпались стрелы Шипов. Кто-то оказался осторожнее или опытнее других, и вскинул к плечу арбалет. Дротики Трехрукого пригвоздили охранника к стене.
Шипы ворвались в дом, и началась резня. Оставшись без охраны, ошеломленные и испуганные заговорщики стали легкой добычей. Только Камзол успел выхватить меч – такой же позолоченный и бесполезный, как и его владелец. Дикарь легко ушел от неуклюжего выпада дворянина и свалил его тычком в висок.
Чернильные Пятна, забившийся под стол, жалко скулил. Болтун резко ударил мечом сверху вниз.
- Все равно у этого гуся совсем не было вкуса, - высказался Паленый, и вытер окровавленное лезвие плащом убитого Камзола.
Раздав Шипам по мешочку с золотом, Фестиан велел:
- Теперь можете расходиться по домам. На сегодня все. Можете считать, что Принц вами доволен.
Он не испытывал жалости ни к кому из погибших. Заключать сделки с Принцем Воров было почти так же опасно, как с Князем Тьмы. Тот, кто на такое решался, должен был быть готов, что цена окажется выше, чем он ожидал.
Да, мятеж мог увенчаться успехом. Мог. Но в планы Принца это не входило. Поэтому, выполнив в точности все, о чем он договаривался с Солдатом, дальше ночной король Машрапура стал действовать по своему усмотрению.
А регент, если верить «глазам и ушам» во дворце, уже распорядился устроить грандиозный бал в честь победы над мятежниками. О черни тоже не забыли – для них выкатили на рыночную площадь бочки с дешевым вином. Пускай напьются как свиньи и думать забудут о мятеже.
Пусть регент радуется, пока может. Рано или поздно ему придется подсчитать свои потери, понять, что он лишился в пламени мятежа почти всех влиятельных друзей – и надолго оставить мысли о том, чтобы лезть в дела Принца Воров.

Сообщение отредактировал Кайран - 6-12-2010, 3:03


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Одиночка >>>
post #36, отправлено 25-12-2010, 14:08


Рыцарь
***

Сообщений: 109
Пол:нас много!

Кавайность: 51

Очень интерестно. Хотя я не читала Дэвида Геммела, многое из прочитанного поняла. Надеюсь, будет продолжение)))
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Дени де Сен-Дени >>>
post #37, отправлено 25-12-2010, 17:45


Ce pa naklonijo Smrt bohovi...
*****

Сообщений: 721
Откуда: Totenturm
Пол:мужской

Maledictia: 953

Почитай, Геммел - хороший писатель с очень живыми персонажами. Его книги - одни из немногих, где сочувствуешь борьбе и радуешься победе добра над злом. Однако всего персонажи идут по грани.

Из 2-х интервью:
Цитата(Дэвид Геммел)
Есть три вещи, которые повлияли на мое творчество. Ребенком я прочел «Властелина Колец» и написал Толкиену. Его ответ я помню до сих пор. Во-вторых, меня захватили работы Луиса Ламура. Его повествование затягивает, а его персонажи, особенно в ранних работах, просто потрясают. Он вводит персонажа, описывает его парой фраз, и ты чувствуешь, что знал этого человека всю жизнь. Друг мой называет таких персонажей «Люди из паба Рикка». Они выходят из паба и сразу появляются на страницах, достигая завершенности. Автору ничего не требуется, чтобы оживить их. Талант Ламура в этой области величественен. Третьим влиянием стал Стен Ли из «Марвел Комикс». Никогда не видел его, не говорил с ним, но люблю этого человека. Зрелость Марвела в 60-е – открытие. Герои и злодеи становятся рвными друг другу. Каждые совершают ошибки, каждые наделены героическими качествами. Это взрывает мозг.

Когда я начинал писать истории, Я представлял, что им требуется топливо. Я его брал из трех источников: Толкиен привил мне любовь к фэнтези, [Луис] Ламур обучил меня вдыхать жизнь в персонажи, а Стен Ли создавать потаенные связи между героями и злодеями.

Я списывал персонажей с реальных людей, и я доволен жизни за то, что в ней нашлось столько великолепных и интересных людей. Я родился в Восточном Лондоне, в жестоком месте, откуда вышли многие криминальные авторитеты. Немного воров, остальные – бандиты. Эту породу я знаю. Но независимо от этого, они также были людьми контраста. Жизнь никогда не была простой. Мы сажаем юношу в поезд и отправляем на войну. Мы учим его убивать без пощады. Затем он возвращается героем. Однако если «дома» он применит свои способности, которым его обучили, он перейдет в стан злодеев и станет опасен для общества. Это чистейший абсурд. Однажды я брал интервью у человека, который мотал срок за рэкет. Я спросил его, как он оправдывает свое поведение. Он улыбнулся и сказал: «Я не отличаюсь от политиков, сынок. Они говорят поделиться с ними процентами от дела, иначе тебя посадят в тюрьму. Что это, если не тот же самый рэкет?».

Герой фэнтези-романов не обязан быть красивым, добрым, заботливым или - прости Господи – политически корректным. Все, что ему нужно – это отвага, готовность сражаться со злом за меньшую цену, чем стоит сам. Его предубеждения, по большому счету, к делу не относятся.
...
Как-то ночью, когда в пятнадцать лет перечитал «Властелина Колец», я стоял на платформе метро. Подъехал поезд и я увидел, как трое мужчин избивают парня. Инстинкт говорил мне, держаться подальше, но в голове у меня был Толкиен. Держался бы в стороне Арагорн, или Боромир, или Сэм Гэмжи? Ответ – нет, так что я ввязался и остановил драку. В тот момент я узнал, что такое чувство самоуважения. Это был подарок Толкиена мне, и то же самое я стараюсь подарить остальным.
...
Великой вещи научила меня мать – ценности самоуважения. Когда смотришь в зеркало, ты должен гордиться тем, кого видишь. Поступая каждый раз трусливо, гнусно или мелочно, мы себя недооцениваем. Когда люди видят совершаемую несправедливость и, следуя страху, остаются безучастными, они от самоуважения приходят к самоунижению. Этот разрушительный эффект пронизывает каждую область их жизни. Но когда они борются со страхом, прыгают в проблему, они начинают чувствовать себя намного лучше, более уверенно в способности влиять на жизнь, решать проблемы.

Пару лет назад я получил письмо от фаната. Он писал, что гулял с собакой, когда заметил, что двое мужчин нападают на женщину. Он только что закончил читать мой роман, и подумал, что «герои» еще в нем; и он побежал на помощь женщине. Мужчины струсили. Он сказал, что почувствовал себя великаном, когда женщина поблагодарила его. Теперь он благодарил меня за поддержку решительности. Несколько лет назад я прочел, что женщинам, на которых нападают, советуют кричать «Пожар!» (Fire!), потому что это заставляет людей бежать. Если они кричат «Насилуют!» (Rape!), никто не двигается. Возможно, я старый романтик, но свято надеюсь, что один из моих поклонников все-таки окажется поблизости, когда женщина закричит «Пожар!».


--------------------
"We'll soon learn all we need to know"
ST: TNG - 6x14 "the face of enemy"

user posted image
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Одиночка >>>
post #38, отправлено 26-12-2010, 16:23


Рыцарь
***

Сообщений: 109
Пол:нас много!

Кавайность: 51

Дени де Сен-Дени, это ты мне, или как?


Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #39, отправлено 5-06-2011, 20:28


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

20.

Риалл добрался до палатки, когда заходящее солнце исчезло за деревьями, напоследок окрасив верхушки в красный цвет. Впервые за две недели он чувствовал приятную тяжесть в желудке после ужина.
Лишь одно угнетает новобранцев больше, чем бесконечная чистка доспехов и ходьба строем — это армейский паек. Хорошо, когда можно как-то разнообразить скудный рацион из вяленого мяса и овсяной каши, но в походе такая возможность выпадает нечасто, особенно если находишься на вражеской территории. Сегодня отряду повезло - на тропу выскочила испуганная косуля, и Карда тут же ее подстрелила. Ужин приготовил Хореб, который радовался любой возможности продемонстрировать свои поварские таланты. Его детство прошло в трактире. В отдаленном будущем ему грезилось такое же заведение, и он сам, стоящий за стойкой. Хореб уже и дом подходящий подыскал, и теперь старательно копил серебряные монеты, пренебрегая немудреными солдатскими развлечениями.
Риалл протянул руку к вещмешку, достал фляжку и в три глотка уничтожил остаток дневной порции воды. Вытерев рот рукавом и сыто рыгнув, солдат забросил пустую флягу обратно в мешок.
Петраса назначили в караул, Дегану досталось дежурство по кухне, так что до поры до времени палатка была в полном распоряжении Риалла. Забросив один сапог в угол палатки и с трудом избавившись от второго, солдат принялся растирать усталые ноги, как вдруг входной полог откинулся и в палатку просунулась взъерошенная голова Варада.
- Можно с тобой поговорить?
- Если это один из твоих розыгрышей… - густые брови Риалла сошлись на переносице.
В любом отряде непременно найдется человек, который думает, что у него есть чувство юмора. Варад был еще сравнительно безобидным. Риалл слышал об одном малом из Дросс-Пурдола, который решил, что верх остроумия — подрезать кому-нибудь подпругу. Увы, солдат, упавший с коня, не смог оценить шутку по достоинству – он сломал шею. Незадачливого остряка исполосовали плетьми и вышибли со службы, не заплатив жалования, и все считали, что он еще легко отделался.
- Нет-нет-нет, на сегодня больше никаких розыгрышей, - как-то слишком поспешно даже на неискушенный взгляд Риалла, запротестовал Варад.
- «Больше»? - Только теперь Риалл разглядел, что под правым глазом отрядного шутника наливался сочной синевой роскошный синяк. - Что, уже от кого-то досталось?
- У парней совсем нет чувства юмора, - пожаловался Варад.
- А ты как думал? Смерть смотрит в глаза, сатулы сидят за каждым кустом, а тебе все шуточки шутить? - уже беззлобно ответил бывший крестьянин. – Скажи спасибо, что отделался только синяком.
- Ох уж эти парни в доспехах и шлемах! – посетовал Варад. - У них даже слова утешения звучат, как угроза.
- «У них»? А ты тогда кто, чудо в перьях?
- Я не то имел в виду! – покраснел Варад.
- «Не то»! Эх, Варад, Варад, вечно с тобой беда – языком треплешь ловко, а мозги не поспевают, - сказал Риалл. – Ты не ходи вокруг да около, говори, зачем пришел. Или сразу проваливай. Потому как если я пойму, что тебе на ночь глядя нечем заняться... - Риалл недвусмысленным жестом взвесил на ладони только что снятый сапог.
Варад заторопился:
- Я вот о чем хотел спросить. Почему ты решил пойти в солдаты?
Риалл оцепенел от неожиданности.
«Почему ты решил пойти в солдаты, Ри?»
Всякий раз, когда какая-нибудь мелочь напоминала ему об отце, в голове назойливой мухой звучал этот вопрос.
Отец Риалла всю жизнь работал как вол. Будь мир устроен по справедливости, он непременно разбогател бы, но жизнь такова, что работают одни, а богатеют другие. Все, чем он располагал - это старый дом и небольшой клочок земли. Дохода с земли едва хватало, чтобы прокормить его самого с женой и двух сыновей, старший из которых уже успел жениться. Не помогало и то обстоятельство, что сыновья друг с другом не ладили. Риалл презирал старшего брата, при каждом удобном случае обзывая его слабаком. Тиллан отвечал полной взаимностью, видя в Риалле забияку, от которого только и жди неприятностей. Как отец не бился, пытаясь все исправить, заставить их помириться или хотя бы вызнать подноготную их давней ссоры, его старания были напрасны. Братья молчали, как немые.
А когда отцу было пятьдесят с лишним лет, жизнь нанесла ему еще один удар исподтишка — он тяжело заболел. Сначала показалось, что это обычная простуда, но с каждым днем становилось все хуже. Он исхудал и осунулся, щеки ввалились, вокруг глаз появились темные круги. Больно и страшно было смотреть на этого еще недавно сильного и крепкого человека, которому никто больше сорока пяти не давал. За каких-то две недели хворь изглодала его так, что он превратился в изможденную тень. Лекарь, приехавший из соседней деревни, осмотрев больного, только руками развел и сказал, что его познания здесь бессильны. Он даже не стал брать плату за визит.
Чувствуя приближение смерти, старый крестьянин позвал к себе сыновей, чтобы проститься с ними. Никто не слышал, о чем они говорили за закрытыми дверями, но после похорон соседи стали замечать перемены. Раньше братья часто ругались, орали друг на друга так, что на соседней улице было слышно, а теперь даже голос друг на друга никогда не повышали. Все восприняли это как должное – смерть близких примиряет даже врагов. Только их мать, разом постаревшая после ухода мужа, словно болезнь сказалась и на ней, знала правду. Она не была обманута напускным спокойствием братьев, кожей чувствуя волны враждебности, поднимавшиеся всякий раз, стоило Тиллану с Риаллом оказаться в одной комнате, понимала, чего им стоит общаться друг с другом, как ни в чем не бывало. Но сор из избы выносить не стала. Даже ее невестка, молодая жена Тиллана, оставалась в полном неведении.
Дела в хозяйстве при таком разладе в семье лучше не становились. А тут еще два года подряд были неурожайными, не иначе как сам враг рода человеческого удружил. Сначала посевы побило градом, а через год большую часть урожая уничтожила саранча. Перед деревенскими недвусмысленно замаячила угроза голода. И когда в селение приехал офицер-вербовщик из Дросс-Дельноха, объезжавший Скодию в поисках крепких парней. Риалл пришел в зал собраний и при свидетелях поставил крестик на листке пергамента.
Он был не единственным в селе, кто решил попытать счастья, записавшись в армию, но остальные, отслужив положенные два года, поспешили вернуться домой, а Риалл остался. Солдатское ремесло оказалось не хуже и не лучше других. С парнями из своего десятка он ладил куда лучше, чем со старшим братом, армейский паек, хоть и однообразный, оказался вполне сносным, а муштра – не тяжелее, чем ежедневный рабский труд на клочке земли.
- Риалл?
Голос Варада вернул его к настоящему.
- Извини, я просто задумался. Так о чем ты спрашивал?
- Почему ты решил стать солдатом?
Риалл уклончиво спросил:
- Зачем тебе это? – Объяснять ему совсем не хотелось.
Разве может мальчишка вроде Варада понять, что за груз лежит у тебя на душе? Где ему понять, что такое застарелая ненависть двадцатилетней выдержки? Или клятва, не позволяет выяснить отношения с братом раз и навсегда?
Варад снова покраснел – теперь он был совсем не похож на отрядного шутника. И стал сбивчиво объяснять. Как оказалось, Варад, выходец из зажиточной семьи, записался в армию, чтобы произвести впечатление на девушку.
- Она всегда считала, что у меня ветер в голове. А я хотел, чтобы она увидела, чего я стою на самом деле, без отцовских денег.
Риалл усмехнулся:
- И поэтому сбежал в армию?
- Теперь и ты надо мной смеешься, - обиделся Варад.
Риалл покачал головой:
- Вовсе нет. Солдатское ремесло выбирают по разным причинам, большинство – по куда менее веским, чем у тебя.
- Не знаю, стал я солдатом или еще нет, - вздохнул Варад. - На моем счету пока что нет ни одного сатула.
- Одного ты ранил, я сам видел.
- Ранил – не убил.
- Ты просто не успел, - утешил его Риалл. - Кайдорец оказался рядом с ним раньше.
- Ага, и перерезал ему горло, как курице. Вжик, и готово. Риалл, он что, ничего не чувствует?
- Все опытные вояки так могут. Они как бы отстраняются от битвы, их руки и ноги работают сами. Они не обращают внимания на боль и не замечают крови и ран. А после боя могут чертыхаться, порезавшись во время бритья. Так что никакие они не берсерки, а такие же люди, как я и ты.
- Я так никогда не смогу, правда?
- Когда я в первый раз убил, меня чуть наизнанку не вывернуло, - легко солгал бывший крестьянин. - Я привык, и ты привыкнешь. А на Кайдорца с Лучницей не оглядывайся. Они не такие, как мы. - Риалл положил руку на плечо молодому солдату: - Я знаю, ты не боишься смерти. Но, оставшись в деревне, от смерти не спрячешься. Бури, наводнения и чума не разбирают, крестьянин ты или солдат, они косят всех без разбора. И про разбойников не забудь – чем они лучше сатулов? Нет, если уж рисковать жизнью, лучше делать это, когда на тебе доспехи, а вокруг - товарищи, готовые прикрыть тебе спину.
Варад ушел, немного успокоившись, с благодарной улыбкой на лице, но Риаллу было неспокойно. Ему очень некстати вспомнился четвертый обитатель палатки, мальчишка, который был не старше Варада. Риалл помотал головой, как вол, отмахивающийся от мух, чтобы избавиться от непрошеного и неприятного воспоминания, и вознес короткую молитву, чтобы Вараду повезло больше.
Присмотри за этим молодым дуралеем, Исток. Не дай ему пропасть. Мир уж как-нибудь не рухнет от парочки плохих шуток.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #40, отправлено 20-03-2012, 2:41


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

21.

Гнилостно-зеленое свечение вокруг полупрозрачной фигуры злого духа соприкоснулось с сияющими линиями магической решетки, и немедленно отпрянуло. Лицо, искаженное от ненависти и боли, заколыхалось в воздухе.
- Я вырву тебе глаза, ведьма, и заставлю съесть их!
Мириэль знала, что пытается сделать ее противник. Испытывает защиту на прочность, ищет слабые точки, чтобы ударить по ним. Вот почему все наставления о магии твердят, что магические фигуры должны быть идеальными.
Волшебница произнесла несколько слов на языке давно исчезнувшего племени, и защитное поле уплотнилось, отбросив духа назад.
- Сначала доберись до меня!
- Ты не сможешь удерживать меня вечно, ведьма! - изрыгая проклятия, призрак снова врезался в магическую стену, но проломить защиту ему было не под силу.
- Что ты знаешь о власти, жалкая тень демона? Я сражалась со слугами Хаоса, когда ты еще не родился! – говорят, что неразумно вступать в спор с порождениями зла. Но Мириэль была слишком стара, чтобы такой пустяк мог нарушить ее концентрацию. - Не пытайся противостоять мне! Ты мертв, тебе нет места в этом мире!
Костлявые пальцы духа обратились в скрюченные когти. Призрак усилил нажим – и длинный коготь преодолел внешнюю границу защитного поля.
- Я говорил тебе, ведьма! У тебя нет власти надо мной! - Мириэль нахмурилась и снова усилила защиту.
Еще до ритуала она представляла, сколько времени может потребоваться, чтобы нащупать тонкие, но очень прочные магические нити, связавшие проклятое оружие и темного духа. Попробуешь просто уничтожить клинок – и призрак вырвется на свободу. Но Мириэль недооценила противника. Прощупывая кинжал заклятиями познания, она обнаружила, что узел чиадзийской магии был запутан до полной неразборчивости. Да и призрак оказался на удивление сильным и зловредным. Он продолжал тянуть к ней мертвенно-бледные пальцы, его когти вязли в защитном поле, но упрямо продвигались все дальше.
- Ты меня не остановишь! – зарычал призрак.
Мириэль испытывала одно заклинание за другим, словно подбирала ключ к замку. Метод проб и ошибок был долгим и утомительным, и все же он оказался более результативным, чем предыдущие. Мириэль удалось завершить анализ структуры заклинания. Впрочем, результат ее не слишком обрадовал. Основа заклинания, впечатанного в кинжал, была до гениальности проста и практически неуязвима для контрчар, как те узоры, которые использовали шаманы Вечного Льда, чтобы воздвигать снежные крепости. В тот раз ей пришлось обрушивать стены с помощью грубой силы. Теперь все будет еще сложнее – шаманы не прибегали к помощи темных духов.
Сгусток концентрированной воли обрушился на серебряный кинжал, как таран. За первым ударом последовал второй и третий; серебристое лезвие покрылось сеткой трещин, задымилась и вспыхнула рукоять. Вторым зрением Мириэль видела, как одна за другой лопаются нити, связывающие темный дух с кинжалом. Еще удар - и кинжал разбился на куски, как стеклянный, металлические осколки забарабанили по защитному полю. Последняя колдовская нить натянулась и лопнула, призрак вырвался на свободу, протягивая к Мириэль скрюченные пальцы. Но сработало скрытое заклинание-трамплин, и он с леденящим кровь воплем унесся в Пустоту.
Это — лишь половина победы. Мне предстоит еще одно сражение. На этот раз - на чужой территории.
Мириэль зажмурила глаза и позволила своей душе покинуть тело. Пещера, факелы и магическая фигура исчезли, сменившись свинцово-серым небом и безжизненными скалами Пустоты.

* * *

«Пустота негостеприимна к смертным», говорил Кеса-хан, первый наставник юной Мириэль в искусстве волшебства. «Это обитель пропащих душ. Груз грехов не позволяет им достичь рая, они полны бессильной ненависти и готовы разорвать любого, кто попадется им на серых тропах».
За пятьсот лет духовные путешествия стали для нее привычными, и какие бы опасности не ждали ее на этот раз, Мириэль была готова встретить их во всеоружии. Черные с проседью волосы скрылись под шлемом, на плечи легла серебряная кольчуга, на поясе материализовались обоюдоострый меч и кинжал.
У призрака хватило ума не дожидаться ее, а раствориться в сером тумане. Мириэль соткала поисковое заклинание, отправив его по астральному следу сбежавшего. И ждала, пока мягкая пульсация в висках не подсказала ей, что незримый соглядатай добился своего.
Странным было это преследование – Мириэль шла по дорогам, не нанесенным ни на одну карту, по следу, который существовал только у нее в голове. Во время пути на нее несколько раз нападали. Трое пустоглазых воинов с кривыми саблями, что при жизни были наашанскими пиратами, затаились у перекрестка двух бесконечных дорог. По пути через мертвый лес Мириэль пришлось уничтожить нескольких крыс-переростков и гигантских пауков, а у разрушенной башни она столкнулась с призраком палача.
Мириэль чувствовала, что дистанция между ней и бывшим узником кинжала сокращается, когда хлопки огромных крыльев возвестили о появлении куда более опасной твари. На тропинке, преградив ей дорогу, приземлился серый дракон.
Демон, порожденный пустотой. Проклятие магов и мистиков. Многоопытная Мириэль читала об этих созданиях, но встречаться с ними ей еще не приходилось.
От плевка темного пламени, выпущенного драконом Пустоты, Мириэль увернулась не без труда, пожертвовав затлевшим плащом. Ответный удар оставил на плече дракона лишь глубокую царапину. Он зарычал, хлестнув хвостом, и снова волшебница чудом успела пригнуться.
Короткое заклинание окутало меч голубым пламенем, и Мириэль скользнула вперед. Раз за разом она уворачивалась от острых, как серпы, когтей, готовых разорвать ее на части, а когда дракон Пустоты вновь выдохнул огонь, создала магический щит прямо у него в пасти, заставив монстра поперхнуться. Лапы и бока чудовища покрылись болезненными ранами, дракон лишился нескольких когтей и потерял кончик хвоста. Но и сама Мириэль была вымотана до предела. Дракон был очень, очень быстр, и первый же пропущенный удар мог стать для нее последним.
Пора изменить тактику…
Мириэль подбросила меч в воздух. Подчиняясь магической команде, он начал вращаться вокруг своей оси, а потом разделился на двадцать одинаковых клинков. Светящиеся мечи закрутились, как крылья мельницы, разрубая все на своем пути, пока хлопок гигантских крыльев не смел их, как рой назойливых насекомых. Мечи-двойники исчезли, а оригинал находился между драконьих лап, вне пределов досягаемости волшебницы.
Когда дракон присел для прыжка, чтобы покончить с дерзкой добычей, в левой руке Мириэль материализовалось копье с белым древком и наконечником из вороненой стали. Увернувшись от двойного удара передних лап, она вогнала копье прямо в открытую пасть дракона. Тут же с ее рук сорвалась белая молния, которая пробежала по древку и взорвалась. Во все стороны полетели кровавые ошметки, обломки черепа и выбитые зубы. С драконом Пустоты было покончено.
Отдышавшись и подобрав меч, Мириэль возобновила поисковое заклинание.
Даже если он спрячется в Аду, я до него доберусь!


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #41, отправлено 31-03-2012, 21:21


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

22.

Поглощенные разговором, Варад и Эстин не обратили внимания на высокую фигуру, что притаилась за деревом недалеко от палатки и слышала каждое слово.
Бар Эстин мог бы устроить им разнос, напомнить, что в походе нужно быть бдительнее, нельзя полагаться только на часовых. Но его мысли были далеки от поддержания дисциплины и порядка. Офицера грызла досада, что он не заметил проблем Варада, обманутый маской отрядного остряка.
Он еще помнил время, когда все было по-другому.

* * *

Риалл, кул с простоватым лицом крестьянина, обратил на себя внимание Эстина, как только прибыл из учебного лагеря с последним пополнением. Офицер несколько раз ловил на себе его взгляд. Кул словно хотел о чем-то заговорить, но не решался. Потеряв терпение, Эстин припер его к стенке и не отставал, пока новобранец не выложил ему, в чем дело.
Выяснилось, что не все в родной деревне Риалла приветствовали его решение податься в армию. Особенно усердствовал деревенский кузнец.
- Рассказал, что у него был брат, который тоже когда-то пошел в солдаты. Ну и погиб в первом же бою, - лицо Риалла потемнело при воспоминании о неприятном разговоре. - Замахнулся мечом, да так и застыл на месте. А сатул медлить не стал. Так он и погиб.
- Кузнец думал, с тобой случится то же, что с его братом? - Устав четко регламентировал, что полагается за паникерство и подрыв боевого духа. Эстин пожалел, что эти пункты нельзя было применить к гражданским.
- Он сказал, рубить деревянные колоды – это одно, а живого человека – совсем даже другое.
Риалл не спраздновал труса, он все равно подписал контракт, но рассказ кузнеца все-таки оказал ему медвежью услугу - заставил сомневаться, хватит ли у него духу убить, если дойдет до дела. Думая, что товарищи его засмеют, Риалл решил обратиться к старшему офицеру.
Бар Эстин отнесся к сомнениям кула с пониманием и сочувствием.
- Каждому из нас приходится пройти испытание кровью, солдат. Я рад, что ты сам заговорил об этом.
Офицер понимал, что одним подбадриванием тут не обойтись. Страх, который кузнец поселил в душе солдата, лучше задушить сразу, пока он не пустил корни.
Дун Варгис советовал отправлять новобранцев-горожан на бойню и заставить каждого зарезать свинью, чтобы проверить, не боятся ли они крови. Но Риалл – крестьянин, для него такая проверка не годится. Зарежет и глазом не моргнет.
Когда пришел приказ выследить и уничтожить шайку бандитов, которая бесчинствовала в предгорьях, Эстин вопреки здравому смыслу взял зеленого новичка с собой. Уже на третий день разведчикам повезло - они схватили невезучего разбойника, отставшего от шайки, когда его лошадь сломала ногу. Побои и угрозы пустить в ход каленое железо довольно быстро вытащили из пленника все, что тот знал. Тогда Эстин подозвал к себе Риалла.
- Ты, верно, слышал, что пленных положено тащить в расположение ближайшего гарнизона, и там уже пускай их судят?
- Ну да.
- А хочешь знать, почему в рейдах на это правило смотрят сквозь пальцы? – спросил Эстин, и тут же сам ответил на этот вопрос: – Пленный – это обуза. Провозишься с ним — упустишь остальных.
Эстин ушел, оставив Риалла наедине со связанным разбойником и предупредив, что отряд выступает через четверть часа. Когда он вернулся, Риалл уже успел очистить свой меч от крови.
Рейд закончился. Потрепанный, но непобежденный отряд вернулся в Дросс-Дельнох. Бар Эстин нашел Риалла в трактире.
- Ну что, воин, сомнения больше не мучают? – спросил он, подсев к бывшему крестьянину. Вместо ответа тот спросил невпопад:
- Бар Эстин, я ведь не говорил вам, что жена моего брата родом из сожженной деревни?
- Нет. Что случилось, разбойники?
- Они самые. Кавалерийский разъезд увидел дым. Они пришли вовремя, чтобы отогнать налетчиков, но деревню было уже не спасти.
Офицер скривился:
- Обычное дело. Эти стервецы мастерски выбирают время, а мы приходим к шапочному разбору.
- Знаю, но я не о том хотел поговорить. В наших горах жить нелегко – бури, засухи, град, неурожай. Мы учим детей, что в Скодийских горах живут стойкие, закаленные люди, горожанам до нас далеко! – Риалл поднял голову от кружки с пивом, его глаза горели. – Где была эта сила, когда пришли разбойники? Почему деревенские не дали им отпор? Почему они только и могли, что бестолково метаться среди горящих домов, пытаясь найти убежище?
Эстин ничего не сказал. Он знал, что самое лучшее сейчас – дать кулу выговориться.
- Когда я представил себе, что разбойники явились в мою деревню, прикончить эту мразь оказалось не сложнее, чем свернуть шею курице.

* * *

Да, хорошее было время. Когда погиб его прежний отряд, все изменилось. И теперь кул-новобранец пришел со своими сомнениями к Риаллу, а не к нему.
Неужели я настолько сдал?
Бар Эстин вернулся к своей палатке, где ждал Хореб. Выслушав доклад разведчика, офицер ждал, что тот отсалютует и уйдет, но Хореб медлил.
- Ну? Что еще?
- Это насчет Карды.
- Что она натворила?
- Ничего. Об этом-то я и хотел поговорить. Бар Эстин, скажите честно, за те дни, что Карда путешествовала с нами, сделала она хоть что-нибудь, за что солдату положены взыскания или наряды вне очереди?
Эстин с неохотой был вынужден признать, что по большому счету ни к чему не придерешься.
- Вы несправедливы к Лучнице, бар Эстин, - горячо сказал разведчик. - Вы цепляетесь к ней без причин, только потому, что она женщина. Я не раз слышал, что вы думаете о женщинах-воительницах, и смолчал бы. Но вы же ставите под удар весь отряд! У нас и так недостает сплоченности, а ваше недоверие к Лучнице делает все только хуже. Кайдорец уже на ее стороне, а не на вашей. Он помалкивает, но я-то не слепой.
- Ты тоже на ее стороне? - вспылил Эстин.
- Нет, командир. Я на вашей стороне, - ответил Хореб таким тоном, что гнев ветерана сразу испарился. - Помните, вы сами просили говорить вам, если опять начнете вести себя глупо?
- Помню, - Эстин перевел дух, стараясь успокоиться. - Извиняться перед ней я не буду.
- Не думаю, что Карде нужны извинения. Просто относитесь к ней, как к одному из нас. Солдаты это сразу почувствуют.
- Как к одному из вас? – проворчал офицер уже более добродушным тоном. - Что, и на дежурство по кухне ее ставить?
Глаза Хореба озорно блеснули:
- А вы попробуйте! Вот увидите, бар Эстин, она вас еще удивит!


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #42, отправлено 19-04-2012, 1:13


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

23.

Ловко перескакивая с одного камня на другой, Мириэль обследовала одинокую скалу, куда ее привело заклятье поиска. Чутье подсказывало, что долгая погоня заканчивается.
Зная, что сбежавший призрак был где-то неподалеку, она ждала удара из засады, но нападения так и не последовало. Тогда, усилив голос простеньким заклинанием, Мириэль выкрикнула:
- Если ты думал, что можешь спрятаться от меня в горах, то заблуждался!
Молчишь? Хорошо. Посмотрим, долго ли ты продержишься!
На скальный выступ обрушился удар молнии, во все стороны полетели камни.
- Я сотру эту скалу в порошок, если понадобится. Выходи!
Высокий воин выступил из тени высохшего дерева, наконец-то позволив себя рассмотреть. Лишь теперь Мириэль открылась вся глубина его падения. Право носить серые кафтаны с черными кушаками и кривые мечи было дано только одному из чиадзийских воинских кланов, всем прочим это строго-настрого запрещалось.
- Не стоило выслеживать меня в Пустоте, ведьма! - глумливо крикнул призрак, - Ты слишком долго бродила по Тропам Мертвых. Я чувствую, что твои силы на исходе.
- У меня появились бы причины беспокоиться, будь передо мной истинный раджни, - отрезала волшебница. - Но ты был слишком слаб духом, чтобы противостоять злу.
Раджни. Да, это многое объясняло - почему у нее ушло столько сил на поддержание магического барьера, или уверенность, с которой призрак ориентировался в Пустоте. Как же все-таки случилось, что один из раджни настолько опустился? Что заставило его предать все, чему учили в Ри-ашоне? Мириэль знала, что нынешним раджни далеко до героев, сражавшихся в Войне Демонов, но ей горько было осознавать, что древний орден мог до такой степени деградировать.
- Вздор! Я был достаточно силен, чтобы отринуть запреты заплесневелых стариков-монахов! Каждый удар моего меча оплачивался звонким золотом, и я ни в чем себе не отказывал.
- И куда тебя завел этот «славный» путь? В камеру смертников? У тебя даже право на смерть отняли, не так ли? Чиадзе лишил тебя посмертия, превратив в инструмент, живое орудие Хаоса. Подходящая судьба для такого, как ты.
- Довольно болтать, ведьма! – призрак выхватил кривой меч. Лезвие было черным.
- А что случилось с клинком, который выковали для тебя в Ри-ашоне? - насмешливо спросила Мириэль, парировав первый удар. - Переломился пополам, когда сломался ты сам?
Потом ей пришлось замолчать, отражая удары. К сожалению, бывший раджни был прав – она слишком долго бродила по Пустоте, слишком много растратило сил, и теперь это сказывалось. Отдав инициативу врагу, Мириэль изучала его стиль, подмечая слабые стороны в атаке и защите. У ренегата-раджни были хорошие учителя. Но Путь Клинка, высшую ступень мастерства мечника, он так и не освоил.
И уже никогда не освоит.
Обманув противника серией ложных выпадов, волшебница резко шагнула вперед, отвела черный клинок в сторону, а потом рукоять ее меча врезалась ему в лицо, ломая зубы. Дух отшатнулся, попытался отбить следующий удар, но неумолимая Мириэль вогнала меч в грудь бывшего раджни, даря ему вторую, окончательную гибель.
Вернувшись в свое тело, Мириэль открыла глаза и тут же почувствовала сильную жажду. Сделав два глотка из фляги, она прижала ладонь к ушибленному плечу, нашептывая исцеляющие заклинания, пока свежий синяк не побледнел.
Ты могла сжечь его, поразить молнией, придумать сотню других способов прикончить его. Но нет, ты решила устроить поединок! Отец бы не одобрил.
Без злого духа, заключенного в сталь, кинжал был не так опасен, и можно было просто захлопнуть золотую шкатулку, но Мириэль привыкла не откладывать важные дела на потом. Перебарывая усталость, она сотворила на ладони клубок белого пламени, потом властным жестом выбросила руку вперед. Там, где стояла шкатулка с обломками кинжала, расцвел ослепительный огненный шар. Взвилось пламя, пещера наполнилась дымом. Когда огонь погас, от шкатулки осталась лишь лужица расплавленного золота и выжженный круг на полу. Светящиеся линии исчезли; Пламя Эмшараса уничтожало заклинания так же верно, как гранит и металл.
Плечи волшебницы обмякли, все тело гудело от переутомления.
Я даже не прикасалась к кинжалу, но все равно чувствую себя испачканной. Когда вернусь в храм, нужно будет попросить Устарте провести обряд очищения. Зачем самой возиться с подготовительными церемониями, когда есть подруга-настоятельница?

* * *

- Ничего не забыл? – спросила волшебница.
- Карты Дельнохских гор, котелок, компас, кремень и кресало, бинты, фляга… - перечислял Реттамлас.
- И это, - Мириэль протянула ему кривой меч в черных лакированных ножнах. - Он принадлежал Железнорукому.
Послушник принял старинный меч и с благодарностью поклонился:
- Клянусь, я сделаю все, чтобы не посрамить это оружие, - он знал, какую честь ему оказали. Железнорукий был из тех Смешанных, что помогли Устарте победить в Последней Войне с Куан-Хадором и основать Храм.
- В это мне охотно верится, - улыбнулась Мириэль. – Теперь о моем обещании доставить тебя в Дельнохские горы. Послезавтра я открою Врата, ты пройдешь через них и окажешься примерно в трех днях пути от дренайского отряда, с которым путешествует Карда. Дальше можно будет найти их по запаху или по следам. Не пользуйся Даром без крайней необходимости. Он у тебя неотшлифован, можешь попасть в беду.
Реттамласа немного обеспокоила непредвиденная задержка. Мириэль пришлось объяснить ему:
- Я не хочу, чтобы ты привлек к себе внимание раньше времени. Сам посуди, что будет, если ты вывалишься из Врат прямо им под ноги? Что они подумают? Ты и так странновато выглядишь, даже для монаха, - Реттамлас был одет в плащ с капюшоном, сшитый таким образом, чтобы замаскировать нечеловеческую природу послушника. Короткую шерсть на руках скрывали перчатки. Устарте и ее первые последователи-Смешанные облачались подобным образом, когда им приходилось путешествовать инкогнито.
- Вам открылось что-то новое в будущем Карды? – спросил послушник.
- Нет, все по-прежнему в тумане. Но мне не нужен пророческий дар, чтобы понять, что поиски угрожают ее жизни, а если Лучница добьется успеха, то в опасности окажется ее душа.
Ни одна девушка в здравом уме не полюбит Смешанного, мысль, перехваченная у Реттамласа, ярко полыхнула в ее сознании. Я мечтаю о невозможном.
Мириэль с неженской силой развернула послушника лицом к себя.
- Послушай меня, дурень! В одном из будущих я видела надирского воина, который полюбит девушку, зная, что она – наполовину пантера. Может быть, такое чудо случится и с тобой. Никогда не теряй надежды, - видя, что ее слова не производят впечатления, колдунья решила зайти с другой стороны. – Конечно, страх остаться с разбитым сердцем – более чем веская причина, чтобы опустить руки, остаться в стороне и позволить ей умереть, - с деланным равнодушием пожала плечами колдунья.
Ругательство, вырвавшееся у послушника, ничуть не смутило Мириэль.
- Это что еще за выражения? Да еще из уст служителя Истока! Кажется, я делаю Устарте большую услугу, забирая тебя отсюда.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #43, отправлено 25-06-2012, 2:45


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

24.

Отстояв в карауле свою смену, Грэйг отправился спать. Он надеялся, что соседи по палатке уже уснули - постоянные расспросы о Кайдоре выводили его из себя.
На полпути к палатке он неожиданно для себя наткнулся на Карду. Лучница сидела на поваленном стволе дерева и критически осматривала обломки стрелы в неверном свете бездымного костерка.
- Жаль, мы не в Дельнохе, - сказала она с досадой. - Я бы бороду выдрала старому Перрину, чтобы больше не доверял такую работу ученику!
Грэйг подсел к ней и спросил:
- И как ты определяешь, кто сделал стрелу? - На мечах и доспехах всегда стоит знак оружейника, но он не слышал, чтобы кто-то тратил время, клеймя стрелы. - Тут есть какие-то обозначения, о которых я не знаю?
- Его подмастерье недавно выдержал экзамен на звание мастера и переехал в Кортсвейн. Сам Перрин не испортит оперение, даже если будет мертвецки пьян. Остается только новый ученик.
- Я все равно не вижу причин переживать. Это всего лишь стрела, - пожал плечами Грэйг.
- «Всего лишь стрела», - передразнила его Карда. - А что будет, когда мой колчан опустеет? Я скажу тебе, что. Если только сатулы не поделятся со мной стрелами, придется довольствоваться армейской дешевкой.
Кайдорец заметил, пряча улыбку:
- Для женщины, которая выбрала меч и лук вместо прялки, ты не слишком-то высокого мнения об армии.
- Если бы командовали Эгель и Карнак, ты не услышал бы от меня ни одного дурного слова. Они понимали, на чем можно экономить, а на чем нельзя. И солдат они кому попало не доверяли. А сейчас? Великий Исток, и где только Абалаин выкапывает этих позолоченных ослов? Нужно было создать для них отдельную армию, чтобы только чистила доспехи до блеска, маршировала и устраивала парады. А воюют пускай те, кто умеет.
- Ты говоришь о последней кампании против сатулов?
- Шадак предсказывал, она провалится. И как раз из-за разложения среди командного состава.
- Не он один.
- Шадак предупреждал об этом, когда о вылазке в горы еще никто не помышлял.
- Он ясновидящий?
- Нет, просто очень опытный и прозорливый человек. Мистического дара у него нет.
Грэйг снова призадумался, нет ли Дара у самой Карды. Или она узнала то, что знает, от монахов из Ордена Мечей?
- Я много слышал о Шадаке-Охотнике, но все через вторые и третьи руки. Он и вправду был так хорош, как о нем говорили?
Карда вызвала в памяти угловатое лицо Шадака. В тот день она уговорила дать ей урок фехтования. Он пять раз «убил» ее, четыре раза выбил у нее из рук учебный меч. А когда она упомянула, что его считают непревзойденным бойцом, Шадак с легкой усмешкой покачал головой,
«Каждый человек должен знать свои пределы. Понимать, на что он способен, чего может добиться, если хорошенько постарается, и чего ему никогда не достичь. Я силен в первую очередь потому, что всегда осознавал, в чем мои слабости. Только особые люди способны выйти за рамки, которые им установила природа, удивляя и себя и других. Но они появляются слишком редко, может быть, раз-другой в поколение».
«А вам попадались такие?»
«Только один. Молодой лесоруб из Скодии. Он в одиночку напал на лагерь, где было сорок разбойников, и заставил их обратиться в бегство. Теперь его все знают под именем Друсс-Легенда».

Грэйга пробрал озноб от того, как завибрировал голос Лучницы, когда она повторяла слова своего наставника.
Так вот что тебя грызет. Ты достигла потолка во всем, к чему стремилась, и теперь мечтаешь добиться большего. Стать живой легендой, как Шадак или Друсс. Но как…?

* * *

Хореб лежал на спине, его лицо было освещено неверным светом маленького светильника под потолком палатки. Он вспоминал прошлый раз, когда их отряд забрался так далеко в Дельнохские горы. Это было во время злополучной последней кампании.
Когда передовые отряды дренаев встретились с сатулами и рассеяли их, дун Пардис, ободренный первыми успехами, повел своих подчиненных дальше. Он игнорировал предупреждения старых солдат, а при малейших признаках неподчинения он угрожал поркой и даже трибуналом. Триумфальное шествие Пардиса по Дельнохским горам закончилось так, как и следовало ожидать - он угодил в засаду. Огромные валуны, сброшенные с высоты, убили и перекалечили множество солдат. За камнями последовал дождь из стрел. Будь на месте Пардиса другой командир, он смог бы удержать солдат от бегства. Но другой командир никогда не попался бы в ловушку.
Дренаи отступали, истекая кровью, а горбоносые воины в белых бурнусах следовали за ними по пятам, вырезая всех отстающих. Контратака Магнуса Хитроплета остановила продвижение сатулов и спасла много жизней, но куда больше навсегда остались в Дельнохских горах.
Дун Пардис предстал перед трибуналом по обвинению преступной халатности, повлекшей гибель солдат, и в трусости перед лицом врага. Благодаря влиятельным родственникам он отделался очень легко. Однако затрещина, полученная от одного из пожилых заслуженных офицеров, стерла улыбку с его лица. Вызов был сделан публично; Пардис не смог бы увильнуть от поединка, не ославив себя трусом. Впрочем, его успокоили тем, что старый ветеран уже давно собирался в отставку, и к тому же был дважды ранен.
Поединок был долгим и изнурительным. К двум незажившим ранам старого служаки прибавилась третья. Пардис уже думал, что победа у него в кармане, когда ветеран, который выдохся меньше, чем показывал, отвел вражеский клинок в сторону и следующим ударом отсек противнику кисть руки. Прежде чем кто-нибудь успел прекратить поединок, офицер подсек Пардису ноги, заставив его рухнуть на колени, схватил за волосы и перерезал горло.
«Это был не поединок, а резня», сказал потом кто-то из придворных. Ветеран только оскалился по-волчьи, «Он привел солдат на бойню, вот я и поступил с ним, как со свиньей».
Хорошо все-таки, что бар Эстин выжил во время той кампании. Слишком много хороших ребят тогда полегло.
Хореб зевнул и погасил маленький светильник под потолком палатки. Он надеялся, что сегодня ночью ему снова приснится Несса.
Белокурая дочь мельника слыла первой красавицей и первой гордячкой в округе. Тем женихам, которым не давал от ворот поворот ее отец, отказывала она сама. Хореба ее репутация не отпугнула, и он ждал подходящего момента, чтобы заговорить с ней. Случай представился раньше, чем солдат мог надеяться. Маленький брат Нессы исчез, страшно всех напугав. Говорили уже о том, чтобы послать за известным охотником, у которого были собаки, способные найти след даже на голых камнях. Но Хореб показал, что армейская разведка тоже кое на что годится, отыскав мальчика, который оказался на дне высохшего колодца. Пока отец Нессы устраивал мальчишке заслуженную трепку, у Хореба появилась возможность перекинуться парой слов с неприступной красавицей.
Будущее виделось ему в самых радужных красках. Впереди его ждала отставка, как только накопится достаточно денег, чтобы мельник не считал его безответственным голодранцем и дал благословение на брак с Нессой. Веселая свадьба, с танцами и угощением. Двое сыновей — одному можно оставить трактир, другой наверняка станет солдатом. И дочка, такая же красавица, как Несса. Может, конечно, получиться, как у невезучего дворянина из сказки, который мечтал о наследнике-сыне, а жена исправно рожала ему дочерей. Когда их стало семь, все состояние дворянина ушло на приданое для них. Хореб помолился Истоку, чтобы его миновала такая участь.
Завернувшись в одеяло, разведчик прикрыл глаза и прибег к испытанному средству против бессонницы — вспомнил храм Истока, куда родители водили его по праздникам. У старенького священника было доброе сердце, но его проповеди были способны усыпить даже ангела. От одного воспоминания о дребезжащем голосе старичка, вещавшего о добре и мире, Хореб начал сладко зевать и вскоре заснул.
Ему приснился замечательный сон. Белые облака, зеленая поляна возле ручья и сияющая улыбка Нессы.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #44, отправлено 6-08-2012, 1:05


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

25.

Фестиана сильно встревожило письмо, доставленное с севера по голубиной почте. «Чиадзийский колдун осквернил мои владения своим гнусным присутствием», писал князь сатулов, «и я желаю увидеть его мертвым». Князь не назвал имени мага, но Фестиан и без того знал, кто решился на безумный поход в Дельнохские горы.
Оружейник поднес клочок бумаги к свече и подождал, пока послание обуглится. Ситуация была не из приятных. С одной стороны - могущественный маг-изгнанник, с другой - князь сатулов. Фестиан в таких случаях предпочитал залезть на дерево, подобно мудрой обезьяне из чиадзийской сказки, и смотреть, как тигр и медведь терзают друг друга.
В тот вечер Фестиан закрыл лавку раньше обычного. Нужно было хорошенько поразмыслить, а думалось ему лучше всего дома, в окружении коллекции старинного оружия.
Вечерние улицы опустели, редкие прохожие не обращали на него никакого внимания, всецело занятые своими делами. Только позеленевшая древняя статуя со стершимся названием, знак того, что Машрапур знавал лучшие времена, проводила спешившего домой оружейника безучастным взглядом.
Пока Фестиан добрался до дома, уже почти стемнело. Отперев дверь и войдя внутрь, он хотел зажечь свечи... и замер, почувствовав острый предмет между лопаток.
- Не шевелись, - раздался в темноте громкий шепот. – Вот так, хорошо. А теперь медленно, очень медленно заложи руки за голову.
Фестиан почувствовал, как его избавили от кинжала и от перевязи с мечом. Потом лезвие, приставленное к спине, исчезло.
- Ты стал неосторожен, Фестиан. А если бы тебе решил нанести визит кто-то другой?
Оружейник рассмеялся:
- Я был бы уже мертв. Но «кто-то другой» не обладает твоим искусством, - он знал, о чем говорит. По машрапурским меркам Фестиан был неплохим бойцом, но против Ирены не устоял бы.
- Льстец, - в голосе Ирены не было ни тени упрека или недовольства. – Ты не представляешь, как я соскучилась по тебе!
- Мы не виделись всего неделю.
- А мне показалось, что прошла вечность. И я намерена наверстать упущенное! - Ирена притянула оружейника к себе, длинные сильные ноги обвились вокруг его талии, горячие губы прижались к его губам.
Сумерки за окном сменились глубокой ночью. Ирена и Фестиан лежали, лишь частично прикрытые скомканной простыней - усталые, довольные, насытившиеся друг другом. Оружейник лениво потянулся к прикроватному столику, чтобы зажечь свечу. Ему хотелось видеть лицо Ирены.
- Фестиан? – она всегда называла его полным именем. Ему это нравилось.
- М-м?
- Я говорила тебе, что ты странный?
- Почему? - спросил он, любуясь при свете свечи красотой Ирены. Ее черные вьющиеся волосы слиплись от пота, чуть раскосые зеленые глаза были полуприкрыты, как у сытой кошки.
- Я никогда не могла понять, что ты за человек, что тебе нужно от этой жизни.
- Думаю, того же, что и всем.
Ирена энергично покачала головой:
- Нет. У остальных простые, понятные желания. Больше денег, больше земли, больше власти. А ты вечно всем доволен. Я могла бы даже заподозрить тебя в отсутствии воображения, но, - в ее голосе проскользнули игривые нотки, - я на личном опыте убедилась, что это не так.
- И я готов снова это продемонстрировать, - Фестиан поцеловал ее в шею, его пальцы протанцевали по ее коже, спускаясь все ниже.
Ирена отстранилась:
- Подожди.
- Что-нибудь не так?
- Все не так. Скажи, скольким Принц Воров разрешает говорить от своего имени?
- Четверым, включая меня, - постельная болтовня вдруг приняла серьезный оборот, и Фестиану это совсем не нравилось.
- Четверым! Один из них – слабоумный, другой – немой, а у третьего вместо мозгов «тантрийская пыльца». Тебе нравится быть в такой компании?
- Нет, но что я могу поделать?
- А мне пришлось вдвое тяжелее остальных, когда я добивалась звания Шипа. Только потому, что я женщина. Разве это справедливо?
Фестиан рассмеялся:
- Хочешь знать мое мнение? Убийца, рассуждающий о справедливости – такой же верх нелепости, как торговец, проповедующий честность.
Попытка отшутиться не возымела действия.
- Фестиан, тебе не нужна тень Принца Воров за плечами. Все только и говорят о том, как ты проявил себя во время мятежа. Даже Шипы.
- И поэтому ты хочешь устранить Принца, а на его место посадить меня? А сама командовать Шипами? – оружейник печально покачал головой. - Ирена, милая, ты знаешь, сколько было попыток устранить Принца Воров?
- Тех, что я знаю? Четыре.
- И что случилось с теми, кто пытался это провернуть? – чуть надавил Фестиан. - Я надеюсь, ты больше ни с кем о своих планах не говорила.
- Что я, по-твоему, дура?
- Нет. Но ты слишком торопишься. У тебя не хватит авторитета, чтобы подчинить себе других Шипов. Но я знаю, как этому помочь. Если ты, конечно, не против прогулки в Дельнохские горы.
Ее зеленые глаза вспыхнули тем особенным светом, какой бывает у охотника, увидевшего на опушке леса кабана невиданных размеров.
- Контракт? У тебя есть для меня кто-то на примете?
- Это — особая дичь, очень опасная. Колдунов тебе убивать еще не приходилось. Зарин Чоу — настоящий мастер, не какой-нибудь торговец приворотными зельями, а его телохранитель-сатул – просто дьявол. Но если убьешь их — ты превзойдешь всех Шипов, и никто не будет сомневаться в твоей компетентности.
- Кто назначил за него цену?
- Это не секрет. Князь сатулов, - ответил Фестиан. - С тех пор, как старый плут Калларк стал нашептывать князю на ухо, он переменился. И все чаще пользуется услугами наемных клинков, чтобы устранять врагов.
Ирена повела обнаженными плечами:
- Пока князь готов оплачивать наши услуги звонким золотом — что с того?
- Еще одно. Я подумал, что тебе стоит об этом знать. Зарин Чоу раньше сотрудничал с Принцем. Так что он осведомлен о методах, которыми пользуются Шипы.
- Я придумаю что-нибудь новое, специально для него.
- Вот и замечательно. Завтра я дам тебе карту, где обозначено, по какому пути пойдет Зарин Чоу. Чиадзе был слишком занят, «убеждая» раба-сатула помочь ему в составлении маршрута, и не подумал, что его могут подслушивать, - объяснил Фестиан. Потом нежно коснулся иссиня-черных прядей и пообещал: - А когда ты вернешься в Машрапур, мы обязательно поговорим о необходимости перемен.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #45, отправлено 6-09-2013, 16:05


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

26.

- Стать Храмовым Стражем — это большая честь, и величайшая ответственность. Поэтому, согласно древнему закону, прежде чем вы будете допущены в храм, вам предстоит выдержать еще одно, последнее испытание. Вы должны прийти на земли, захваченные дренаями, встретиться с врагами лицом к лицу, и пусть ваши клинки узнают вкус крови неверных. Только тогда вам будет даровано право охранять святыни нашего народа.
Калларк обвел суровым взглядом благоговейно замерших молодых воинов:
- Вечная слава тем, кто сложит голову, но успеет перед этим напоить свою саблю дренайской кровью. И вечный позор тем, кто позволит дренаям захватить себя в плен. Запомните это!
К сожалению, когда бросали жребий, решая, кто будет вести отряд, выбор пал на Бродду, дальнего родича князя и непревзойденного стрелка из лука. Джасин его недолюбливал – то, что при Бродде неотлучно находился Ионан Хромой, который был скорее палачом, чем воином, подтверждало, что дурная репутация Бродды возникла не на пустом месте.
После многодневного путешествия по горным тропам отряд смог обойти стороной дренайские заставы и выйти к приграничному селению, на которое случайно наткнулись высланные вперед разведчики. Оно было построено сравнительно недавно, потому что во время прошлого рейда его еще не было. Для сатулов, которые считали предгорья своей территорией, чтобы на этот счет не думали дренаи, было делом чести сравнять селение с землей.
Но когда сатулы с гиканьем ворвались в деревню, они с изумлением обнаружили, что она пуста.
- Прочешите все дома, загляните в каждый подвал! - приказал Бродда. - Не могли же они все сквозь землю провалиться!
Поиски были безуспешными, пока кому-то не пришло в голову заглянуть в маленькую церковь. У алтаря стоял пожилой священник в синих одеждах, его губы шевелились, шепча молитвы. Воины выволокли старика из церкви и бросили к ногам Бродды.
- Куда все пропали? Отвечай! - рявкнул сатул.
- Исток открыл мне, что предстоит набег, и я смог предупредить односельчан, - с достоинством ответил священник, глядя на воинов в белых бурнусах без малейшего страха. Бродда развернулся к разведчикам, но старик упредил его тираду: - Не наказывай их, сатул Бродда. Твои разведчики видели то, что я хотел.
- ЧТО?!
- Я не наделен властью колдуна Калларка, которого вы почитаете за святого, но у меня хватило сил отвести глаза твоим воинам. Думаю, что Исток простит меня за этот маленький обман.
- ЛЖЕЦ! Если ты на такое способен, как же ты допустил, чтобы тебя схватили?
За священника ответил Налар, который вечно отирался возле Калларка и потому считался самым сведущим в отряде, когда дело касалось, мистических знаний:
- Он должен был оставаться в деревне. Иначе не вышло бы поддерживать иллюзию так долго,
Бродда стоял как оплеванный, его лицо медленно наливалось темной кровью. До него наконец дошло, что его обвели вокруг пальца! И не вражеский военачальник, что простительно, а жрец жалкого Истока!
- Скажи, где они сейчас, и я подарю тебе быструю смерть.
Священник качнул головой:
- Нет.
Бродда вздернул его на ноги и ударил по лицу тыльной стороной ладони:
- Я даю тебе слово. Ты смеешь сомневаться в нем, дренайская собака?
Окровавленные губы старика скривились:
- Разве слово, данное «дренайской собаке», стоит хоть что-то для высокородного сатула?
- Ты горько пожалеешь о своей дерзости, старик! - Бродда подозвал Ионана Хромого: - Он твой. Заставь его говорить.
Палач улыбнулся щербатой улыбкой и стал аккуратно раскладывать свои зловещие инструменты.
- Чего стоите, как пни? – прикрикнул он на своих подручных. – Привяжите его к дереву, чтобы мне было удобнее работать, и разожгите жаровню.
Пока Ионан огнем и железом пытался вытащить из священника, куда делись его односельчане, Бродда разослал вокруг несколько летучих отрядов, на случай если старик солгал, и пропавшие крестьяне прячутся где-нибудь в овраге.
- Я потерял терпение, старик, - процедил Бродда сквозь зубы, когда все, кого он послал, вернулись с пустыми руками. - Твоих людей все равно найдут. Ты только ухудшаешь их участь своим запирательством.
Странно было видеть улыбку на обезображенном лице распятого священника:
- Не найдут… Я трижды… сбивал твоих ищеек… со следа. Ты... проиграл... - Бродда громко закричал, и вонзил саблю в грудь старика. Изо рта священника плеснула кровь, он обмяк в путах, смерть медленно стирала с его лица гримасу боли.
- Слишком быстрая смерть, - бурчал Ионан, протирая свои инструменты ветошью, чтобы избавиться от засохшей крови. – У меня бы он промучился еще несколько часов, и только потом я дал бы ему сдохнуть.
- Это все, о чем ты можешь думать? – взорвался обычно спокойный Налар. - Если эти деревенские грязееды добрались до заставы, сюда уже мчится дренайская кавалерия.
- Надо возвращаться, - сказал кто-то еще. - Мы проехали много дней, чтобы убить одного-единственного старика. Это плохое предзнаменование, запомните мои слова.
Безымянный пророк оказался прав. Когда сатулы возвращались в горы, им на пятки наступали разъяренные дренайские уланы. Несколько человек выбили из седел конные лучники. Джасину, едущему в арьергарде, пришлось скрестить саблю с молодым кавалеристом, который слишком вырвался вперед, забыв об осторожности. Дренай рубился отчаянно, но будущий Страж обманул его финтом и ранил в живот.
После возвращения в столицу даже Бродда был вынужден признать, что Джасин выдержал испытание, хоть поход и оказался неудачным. Но заветная должность Храмового Стража, не принесла Джасину радости. Судьба священника пошатнула фундамент, на котором держался мир юного воина. Старик купил жизни односельчан ценой мучительной смерти.
Нас учили, что вера в Исток – религия слабых, но кто из воинов моего народа может похвастаться, что встретил смерть достойнее?
Он подолгу проводил в раздумьях, стал задавать опасные вопросы. И когда костлявый палец Калларка ткнул в него, изобличив в хранении запрещенных книг и в мыслях, неподобающих храмовому служителю, никто из бывших боевых товарищей не высказался в его защиту.

* * *

Джасин проснулся; Калларк, обвинявший его в вероотступничестве, медленно превратился в Зарина Чоу, разгневанного, что раб смеет спать, когда он, Зарин Чоу, голоден.
Оставив чиадзе наедине с завтраком, сатул отошел к ручью, чтобы отскрести котелок травой и песком. Монотонная работа помогала не думать о том, что ему приснилось.
С тех пор, как они с Зарином Чоу пересекли дренайскую границу и углубились в Дельнохские горы, сны превратились в пытку. Джасин заново переживал самые болезненные моменты прошлого, события, которые привели к тому, что появление в родных горах стало равносильно смертному приговору.
Так зачем мне продолжать цепляться за жизнь? Проще было бы оставить следы для пограничных патрулей, чтобы они могли найти нас. Даже колдун не сможет отбиться от целого отряда.
Чудовищная боль скрутила мускулы Джасина в тугой узел. Так напоминали о своем существовании магические узы, невидимые, но сковавшие его душу прочнее стальных цепей. Боль наносила удар каждый раз, когда Джасин давал волю жажде убить колдуна. Изгнанник вцепился зубами в рукав, чтобы не закричать.
Только смерть могла дать ему свободу. Смерть колдуна-чиадзе — или его собственная. Но предусмотрительный колдун заблаговременно лишил Джасина возможности покончить с собой.
Сатул-изгнанник мог надеяться лишь на то, что клинок или стрела оборвут его безрадостное существование.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #46, отправлено 28-12-2014, 20:22


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

27.

Высокий сутулый старик со снежно-белой бородой сидел в глубоком кресле перед камином, закутавшись в клетчатый плед. Служка подбросил в камин дров, снял нагар со свечей и удалился на цыпочках, чтобы отвлекать достопочтенного Калларка от благочестивых размышлений.
Мысли старца, вопреки его безмятежному выражению лица, были далеки от возвышенных. Зная, что зашатавшийся трон всегда привлекает стервятников, Калларк прикидывал, что выгоднее – помочь расхворавшемуся князю перейти в лучший мир, или устроить ему временное улучшение с помощью магии, заодно подтвердив свою репутацию святого. Кроме того, нужно было срочно решать, что делать с Иоахимом и Броддой.
Дальние родичи князя, которых непосвященный легко мог бы принять за братьев, были вечными соперниками за место в сердцах своего народа. Князь, любя обоих, больше благоволил к Иоахиму, видя в нем себя в молодости. Калларка такое положение дел не слишком устраивало. Он осознавал, что в отличие от прямодушного мастера меча, Броддой будет сравнительно просто управлять. Такие химеры, как «честь» и «долг», были для него пустым звуком, и подчиненных он подбирал себе под стать. Нынешний князь, к сожалению, косо смотрел на кровавые жертвоприношения, и мигом утратил бы веру в святость своего советника, поймай он его с жертвенным ножом; но если у власти окажется Бродда, убедить его в необходимости некоторых ритуалов будет не так уж сложно.
К сожалению, репутация Бродды с некоторых пор оказалась запятнанной. И винить в этом военачальнику было некого – только себя и свой болтливый язык.
Калларк, не обладая даром истинного провидца, регулярно принимал экстракт из листьев лорассия, чтобы заглядывать в будущее. Во время летнего солнцестояния три года назад ему привиделся Иоахим с княжеской короной на голове, и стоящий по правую руку от нового князя Храмовый Страж по имени Джасин. Мистик, который уже в те времена задумывался о том, кто сменит старого князя, не хотел, чтобы какой-то Страж спутал ему все карты. Калларк решил избавиться от Джасина; он был готов состряпать ложное обвинение в ереси, и даже прибегнуть к колдовству, чтобы все выглядело убедительным. Но к радости Калларка, молодой Страж подставился сам. Оставалось только преисполнившись священного гнева, изобличить Джасина как тайного последователя Истока, и отправить безотказного Бродду по следу, как охотничьего пса.
Недолгая погоня завершилась тем, что стрела с черным оперением нашла цель, а тело Джасина унес стремительный горный поток. Бродда клялся и божился, что стрела попала вероотступнику прямо в сердце. Калларк не стал проверять, так ли это. А потом из Машрапура пришло известие, что изгнанника там видели. И он был ничуть не похож на ожившего мертвеца. Одной из причин, по которой Бродда так охотно согласился возглавить один из летучих отрядов, созданных для отражения возможных дренайских прорывов, было желание смыть пятно с репутации.
Калларк, погруженный в воспоминания, не сразу почувствовал, что его кожу стало покалывать холодом, несмотря на близость к камину.
Опасаясь худшего, он обратил свой мысленный взор к опочивальне князя, и увидел бесформенный и расплывчатый дух, паривший над быстро остывающим телом. Князь умер во сне, не дожидаясь, какое решение примет Калларк. И магия была бессильна что-то изменить; надирский шаман, возможно, и смог бы заставить душу вернуться в тело, но Калларк никогда не был силен в некромантии.
Позвонив в колокольчик, старый маг призвал к себе младших жрецов и сообщил им о смерти князя. Он был доволен тем, как вымуштровал их — никто не стал задавать лишних вопросов.
Когда жрецы удалились, отправились готовить тело князя к похоронам, Калларк зашевелил губами, активизируя чары от подслушивания. Затем, сняв с шеи рубиновые четки, он стал их медленно перебирать. В отличие от монахов и жрецов, четки для Калларка не были помощниками при чтении молитв или способом сосредоточиться. Это был неповторимый шедевр его магического искусства. У Калларка ушли годы, чтобы собрать и зачаровать самоцветы, но теперь он всегда мог связаться на расстоянии с обладателями рубинов-двойников.

Бродда ответил на его зов не сразу:
«Что-то с моим родичем? Ему стало хуже?»
«Нет», - легко солгал старый маг. – «Но и лучше ему не становится».
«И долго ему еще осталось?»
«Все в руках богов».
«То есть в твоих руках?»
Калларк прошипел:
«Думай, о чем говоришь!»
«Знаю, ты обожаешь убеждать других в своей святости. Но не надо пытаться сделать дурака из меня», - отрубил Бродда. – «Богам на нас плевать. Можно возносить им молитвы или проклинать их, никакой разницы не будет».
Калларк проглотил гневный ответ, так и просившийся на язык. От другого он бы не потерпел такого пренебрежения к своей роли религиозного лидера сатулов. К сожалению, именно цинизм Бродды делал из него кандидата в правители.
Скрыть новость о смерти князя оказалось мудрым решением; прочитав мысли воина, Калларк узнал, что Бродде уже поднадоело выслеживать неуловимый дренайский отряд, у него заканчивались припасы, и он решил повернуть обратно.
«Если ты сейчас вернешься ни с чем, то распишешься в своей беспомощности, и тем самым отдашь трон Иоахиму», - предупредил мистик.
«А что ему мешает захватить трон, пока я буду гоняться за дренаями?» – парировал Бродда.
«Я присмотрю за Иоахимом», - пообещал Калларк. На этот раз он не лгал. – «Все, что тебе остается, это вернуться с победой».
Старый маг ломал голову, как удержать Бродду от преждевременного возвращения в столицу; смерть его главного соперника в борьбе за трон должна произойти таким образом, чтобы избежать обвинений в политическом убийстве. Но Бродде такие тонкости были недоступны.
«Тебе будет небезынтересно узнать, что князь воспринял появление в горах чиадзийского мага, как личное оскорбление. Незадолго до того, как его свалила болезнь, он обратился за помощью к Принцу Воров и потребовал смерти чиадзе. Принц послушался и послал за ним женщину-убийцу, весьма искусную в своем ремесле», - Калларк, следивший за Иреной через Пустоту, знал, что она уже покинула Дросс-Дельнох, и скоро перейдет условную границу между землями дренаев и сатулов. Он уже решил позволить ей найти чиадзе и отработать полученный аванс. После этого можно будет избавиться и от женщины-Шипа. Нельзя оставлять в живых того, кто думает, что может безнаказанно убивать магов.
«Да ты просто кладезь хороших новостей, старик!» – расхохотался Бродда. Мистик видел, что его маленькая уловка сработала, и о возвращении в столицу военачальник уже не помышляет. – «Когда я покидал столицу, я думал, предстоит обычная охота на дренаев. А тут такие деликатесы! Чиадзийские колдуны нечасто удостаивают наши горы визитом, а тут еще женщина-убийца на закуску! Я не припомню такого первоклассного развлечения с тех пор, как дренаи угодили в нашу засаду!»
Калларк увидел в памяти собеседника образ черноволосой дренайки, стоявшей на коленях, с руками, скрученными за спиной и охотничьим камзолом, разорванным на груди; воспоминание вызвало в чреслах Бродды волну возбуждения.
«Только не торопись бахвалиться, что лично перебил всех дренаев», - одернул Калларк Бродду, размечтавшегося о том, как будет «укрощать» женщину-Шипа. Вот безмозглый олух! Нашел на кого облизываться! Как бы она тебя самого не охолостила! Он прекрасно знал, по каким принципам Принц отбирал будущих Шипов. Если Шипом стала женщина, значит, она в два раза опаснее и коварнее коллег-мужчин.
«И не забудь прихватить их головы, как доказательство, что ты действительно кого-то убил», - ехидное напоминание заставило лицо Бродды покрыться пунцовыми пятнами. В столице еще не скоро забудут о его неудачной охоте на Отступника.
Что, не нравится, когда тебя тыкают носом в старые ошибки, как нашкодившего щенка в лужу? Ничего, переживешь, тебе будет полезно.

Разговор оставил неприятный осадок. Калларк очень дорожил своей репутацией святого; она служила ему надежной защитой там, где магии было недостаточно. Но для Бродды его святость – пустой звук. И если он однажды решит, что Калларк ему больше не нужен...
Еще не поздно передумать и поддержать Иоахима. Он может мне не доверять, но никогда не забывает тех, кто ему помог.
Калларк решил дождаться похорон. Если он увидит в глазах Иоахима прежнюю холодную враждебность… что ж, строптивый мастер меча был не первым и не последним человеком, который подписал себе смертный приговор, решив сделать старого мага своим врагом.

Сообщение отредактировал Кайран - 28-12-2014, 21:47


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
catfeli
post #47, отправлено 3-01-2015, 20:44


Unregistered






Красиво написано! smile.gif
---------------
http://brandpad.ru/
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #48, отправлено 6-03-2015, 2:55


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

28.

- Ты не слишком сильно его приложил? - осведомился Зарин Чоу, критически оглядывая сатула-дозорного, которого Джасин оглушил ударом плоского камня по затылку и связал. Изгнанник пустил бы в ход кинжал, но колдун приказал взять дозорного живьем.
- Он уже пришел в себя. Просто притворяется.
- Вот как? – чиадзе подошел к пленнику и, ткнув носком ботинка в бок, перевернул его с живота на спину.
Пленник, поняв, что притворяться дальше бессмысленно, разлепил заплывшие глаза. Его лицо исказилось, став гримасой злобы и презрения, и Джасин понял, что дозорный его узнал.
- Грязный предатель!
На лице Джасина не дрогнул ни один мускул. Когда открылось, что Храмовый Страж втайне поклоняется Истоку, его называли и похуже.
- Значит, машрапурскому владыке не удалось удержать тебя в заточении? Прав был Бродда, когда сказал, что навозным червям с равнины ничего нельзя доверить.
Сперва Джасин не понял, о чем говорил пленник. «Машрапурскому владыке?» Но я никогда не был в плену у регента.
Потом его посетило непрошеное воспоминание.

* * *

План Джасина был простым и бесхитростным. Добраться до Машрапура, сесть на корабль, идущий в Вентрию, а оттуда — в одно из карликовых восточных царств, где даже не слышали о существовании сатулов. Изгнанник не очень твердо представлял, чем там займется, уповая на то, что хорошие бойцы повсюду в цене.
Он не подумал, что, даже сменив одежду, не смог бы сойти в Машрапуре за местного.
- Вы, сатулы, я погляжу, совсем обнищали у себя в горах, - голос щеголя на сером жеребце звонким эхом разнесся по улице. – Я слышал даже, что они вынуждены продавать своих жен и дочерей надирам, только бы не умереть с голоду, - сопровождающие щеголя в мундире угодливо захихикали. – Эй, бродяга! Купи себе лохмотья получше этих! - и насмешник швырнул ему под ноги мелкую монетку.
Сабля Джасина, действуя словно по собственной воле, вонзилась дворянчику в пах под кирасу.
Потом была безумная гонка через весь Машрапур, со стражей, наступавшей изгнаннику на пятки. Он бы легко оторвался от этих раскормленных сторожевых псов, но у них было преимущество – они хорошо знали город, а он был здесь впервые.
Исток учит терпению и смирению. Ты всегда вспоминал об этом слишком поздно, когда твои руки уже по локоть в крови. Пришло время платить.
Когда его, наконец, загнали в угол где-то в порту, сатул приготовился дорого продать свою жизнь, как вдруг он почувствовал, как глухая стена у него за спиной сдвинулась в сторону, и сильная рука втащила его в открывшийся проход. Опомнившаяся стража ринулась было за ним, но потайная дверь захлопнулась у них перед носом.
- Не радуйся раньше времени, приятель, - сказал незнакомец тяжело дышавшему сатулу. - Они ни за что не отступятся. Тот, кого ты убил — дальний родич самого регента.
В пазы лег тяжелый засов, надежно отгородив Джасина и его спасителя от преследователей.
- Не бойся, я знаю отличное местечко, куда увальни из стражи заглянуть не догадаются.
Джасин недоверчиво спросил:
- И ты готов пойти против регента ради человека, которого впервые видишь?
Тот осклабился:
- Подданные Принца всегда рады натянуть нос регенту и его цепным псам.
До сатула доходили смутные слухи о человеке, подчинившем себе городское дно Машрапура. Но его спасителя трудно было представить себе в роли подданного Принца Воров - ни тебе шрамов, ни отсутствующих зубов, ни татуировок. Скорее он походил на процветающего ремесленника. Впечатление только усилилось, когда Джасин разглядел на правой руке машрапурца кольцо Гильдии Оружейников.
- Надо идти, – повернув кольцо от факела, оружейник открыл еще один потайной ход, спускавшийся вниз. – Через два часа нам нужно быть на другом конце города. Постарайся от меня не отстать.
Джасину, который уже успел столкнуться с предательством соотечественников, следовало было быть осторожнее, но радушие, которое излучал незнакомец, было неподдельным, и сатул на это купился.
Они спустились под землю и долго шли по узкому каменному тоннелю. Остро пахло сырой землей и гнилью. Лампа в руке машрапурца была единственным источником света. Несколько раз Джасин чуть не упал, споткнувшись об невидимые камни. Потом и сам оружейник потерял равновесие. Он крепко ухватился за руку Джасина, чтобы не упасть. Сатул почувствовал укол боли, словно его ужалил шершень, в его глазах тут же потемнело, и он потерял сознание.
Когда изгнанник пришел в себя, то не сразу сориентировался, куда он попал, из-за головной боли и тошноты.
Он попытался встать, но ему помешала тяжелая железная цепь, которой его приковали к стене. Не без труда извернувшись, так чтобы было можно сесть на корточки, Джасин понял, что пока он валялся без сознания, его старательно обыскали, освободив от сабли, кинжала и потайных ножей. Забрали даже пояс и обувь. Попытки расшатать и выдернуть из стены кольцо, на котором держалась цепь, не увенчались успехом. Оставалось сидеть и думать о том, как бесславно закончилось его путешествие.
Когда открылось отверстие в двери и перед Джасином поставили плошку с жидким супом и кусок чёрствого хлеба, он сначала хотел выплеснуть содержимое плошки на пол, но спохватился. Зачем травить того, кто и так оказался в твоей власти? С трудом дотянувшись до плошки и подвинув ее к себе, он начал есть.
Только через трое суток дверь в камеру распахнулась.
- Хорошо спалось? Прошу меня извинить за качество еды, но тут уж ничего не поделаешь, чем богаты, тем и рады.
Сатул рванулся вперед с твердым намерением вцепиться своему «благодетелю» в горло. Его остановила натянувшаяся цепь.
- Разве так приветствуют человека, который спас тебе жизнь?
Джасин ответил прицельным плевком; машрапурец ловко увернулся.
- Подумай хорошенько, сатул, что мешало мне заковать тебя в цепи и отдать на суд регента? - голос оружейника был все таким же обманчиво дружелюбным; он откровенно наслаждался ситуацией. – Или отправить князю сатулов твою голову? – Джасин замер. Он знает! - Да, Отступник, когда я спас твою задницу от последствий твоей собственной дурости, я уже знал, кто ты и от кого прячешься. К нам в Машрапур, знаешь ли, нечасто заглядывают горцы, и мне стало любопытно. Нужно отдать тебе должное; мне еще не попадались люди с такой фантастической способностью обзаводиться врагами на пустом месте.
Сатул ничего не ответил; он стиснул зубы, не позволяя чувствам овладеть собой.
- Считай, что тебе сказочно повезло; Принц Воров решил, что ты не достанешься ни регенту, ни князю, - сатулу стоило большого труда сохранить невозмутимость; он был уверен, что ослышался. - Поэтому князь скоро получит достоверные сведения, что тебя сцапали люди регента. А регент будет убежден, что князь сатулов дотянулся до тебя даже в Машрапуре. - оружейник хитро подмигнул Джасину. - Это не значит, что я не найду способ извлечь прибыль из нашей встречи.

* * *

- Вам не уйти, - говорил пленник чиадзийскому магу. – Князь отправил по вашим следам поисковые отряды. Они перевернут каждый камень, заглянут под каждую травинку, но найдут вас. Особенно тебя, Отступник. Тебе мало было опозорить Храмовую Стражу. Ты посмел привести в наши горы дренайских дикарей, которые убили княжеского сына.
Наследник князя погиб? Только этого не хватало.
Джасин помнил рассказы о том, как старый князь долго не мог обзавестись наследником, и как он был вне себя от счастья, когда это все-таки случилось. Нужно ли удивляться тому, что княжич дожил до двадцати пяти, ни разу не приняв участие в настоящей битве?
Неопытному мальчишке пообещали, что горстка дренаев станет легкой добычей. Задурили ему голову словами о почестях и славе для того, кто первым обагрит свою саблю кровью неверных. Но дренаям нет дела до юнцов, мечтающих о славе, и жизни свои они дешево не отдают.
Была ли смерть княжича несчастным случаем или целенаправленной попыткой избавиться от наследника? Если да, то кто мог за этим стоять - сторонники Бродды или Иоахима? Джасин мог только строить предположения на этот счет. Но в одном он был уверен - старый князь не удержит слабеющими руками бразды правления, и его родина быстро скатится в пучину гражданской войны.
Если так, то лучше, чтобы поскорее появился новый князь. Даже если это будет Бродда.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #49, отправлено 9-06-2015, 2:55


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

29.

Бродда с отвращением посмотрел на потускневший рубин и спрятал серебряную цепочку под кафтан. Он так и не смог привыкнуть к рези в глазах и тошноте после каждого разговора на расстоянии с Калларком.
К сожалению, старый хрыч прав – возвращаться в столицу нужно с победой, или не возвращаться вовсе.
Бродда проклинал день и час, когда он решил бросить все и присоединиться к злополучной охоте на Отступника, и скуку, толкнувшую его на опрометчивый поступок.
Те, кто знал Бродду с детства, были согласны в одном — злейшим врагом молодого сатула всегда была скука. Ему быстро приелись немудреные забавы сверстников; его глаза горели, когда он слышал разговоры вполголоса о больших городах, в которых можно найти все, что только пожелаешь, если у тебя в кармане звенят монеты.
Поворотным в жизни Бродды стал день, когда он присоединился к делегации, отправленной в Гульготир, чтобы поздравить нового Короля-Бога с коронацией. К сожалению, вместо развлечений, о которых он мечтал, его встретили бесконечные церемонии. Бродда чуть не вывихнул челюсть от зевоты, выслушивая цветистые славословия в честь Бога-Короля. Его спасло только знакомство с кружком молодых вельмож, которые, как и он, считали придворные церемонии безвкусной скучищей, и охотно подсказали сатулу, где в столице можно хорошо провести время.
При первой же возможности Бродда улизнул из дворца, чтобы поближе познакомиться с менее респектабельными кварталами города. На этот раз его ожидания оправдались с лихвой. Он перепробовал все, что могла предложить готирская столица – карты и кости, вино и дурманный порошок, скачки и кулачные бои. Но Бродде повезло больше, чем другим искателям острых ощущений, которые пали жертвой тяги к выпивке и прекрасному полу, или были зарезаны в темном переулке, потому что содержимое их карманов приглянулось обитателям городского дна. Бродда, который прошел жесткую школу выживания в горах, никогда не позволял себе полностью расслабиться. Он слишком гордился титулом первого стрелка, чтобы утопить свои таланты в вине, а ласки доступных женщин очень скоро утратили для него всякую притягательность. Сатул чувствовал возбуждение, только когда брал то, что ему нужно, силой; страх в глазах жертвы обострял его ощущения лучше, чем любой наркотик.
Что до гульготирского отребья, Бродде оказалось сравнительно нетрудно выучить их держаться подальше. Не прошло и трех дней с момента его приезда, как по городу пошли пересуды о мнимом торговце, пойманном на игре утяжеленными костями. Бродда пригвоздил правую руку мошенника кинжалом к столу, сгреб выигрыш, бросил одну монетку хозяину, чтобы заплатить за попорченный стол, и ушел, не оборачиваясь на вопли покалеченного шулера. На полпути обратно к особняку сатула догнали вооруженные оборванцы, решившие помочь удачливому иноземцу расстаться с выигрышем. Когда утром в переулке обнаружили зверски изрубленные тела неудачливых налетчиков, даже самым отъявленным подонкам стало ясно, что с кровожадным воителем лучше не связываться.
Возвратившись домой с самыми теплыми воспоминаниями о неделях, проведенных в Гульготире, Бродда быстро заскучал. К сожалению, родство с князем вынуждало его поддерживать хотя бы иллюзию респектабельного поведения, а значит, отказываться от развлечений, которые легко бы сошли бы с рук молодому дворянину из Кайдора или Вентрии. Был, правда, Калларк и его туманные обещания, но Бродда не желал залезать в кабалу к колдуну ради сиюминутных удовольствий.
Он все еще мечтал о повторной поездке в Гульготир, но осуществление этого замысла все время откладывалось. На границе зашевелились дренаи; Бродда с головой окунулся в войну, быстро прославившись своей меткостью и безжалостностью к врагам. После нескольких месяцев бесконечных сражений дренаям крепко дали по зубам, заманив их авангард в ловушку, и оттеснив врага обратно на равнину. Когда война закончилась, Бродда вздохнул с облегчением; он придумал отличный повод снова отправиться в готирскую столицу, и знал, что князь ему не откажет. Он уже собирался в дорогу, когда его угораздило вляпаться в историю с Отступником и потерять лицо.
Вот почему когда пришло сообщение об отряде дренаев, который не смогла остановить приграничная стража, Бродда был одним из первых, кто вызвался добровольцем. Он рассчитывал, что с помощью Калларка сможет опередить остальных и первым добраться до нарушителей границы. Возвращение домой со свежеотрубленными головами дренаев – лучший способ избавиться от пятна на репутации.

* * *

Иоахим поклонился хозяину дома, сдержав гримасу, когда напомнила о себе раненая рука. Сабля наставника пустила ему кровь во время учебного поединка, и рана оказался серьезнее, чем он предполагал, поэтому Иоахим до сих пор вынужден был ходить с рукой на перевязи.
- Я слышал, перед похоронами Калларк предложил исцелить тебя, а ты отказался? – поинтересовался Халид. Внушительных размеров живот и блестящая от пота лысина легко забыть о том, что он был когда-то прославленным воином.
- Я скорее стану глотать расплавленный свинец, чем обращусь за исцелением к Калларку. Князь преподал нам всем хороший урок. За помощь колдунов всегда приходится расплачиваться, и не обязательно золотом.
- Ты думаешь, князю помогли отправиться в обитель Шалли раньше времени? – осторожно спросил Халид.
- Достаточно было простого бездействия, когда его хватил удар, - отрезал Иоахим. - Этот позер прославился своими «чудесными» исцелениями; что же он упустил такой роскошный повод упрочить свою репутацию?
Пожилой сатул тонко улыбнулся:
- Ты тоже упустил шанс улучшить свою репутацию, когда не пустился в погоню за дренаями.
- Я остался в столице, потому что залечивал руку, ты об этом знаешь.
- И кто об этом вспомнит, если Калларк решит настроить людей против тебя? Помяни мое слово, все будут спрашивать: «почему Иоахим отсиживался за городскими стенами, когда Бродда рисковал жизнью, выслеживая дренайских собак…?»
Иоахим сумрачно кивнул, признавая правоту собеседника; подобное было вполне в духе Калларка.
- А почему ты так уверен, что Бродда с ними справится? – поинтересовался Иоахим. - Пока что дренаям удавалось уходить от наших отрядов.
- Я не питаю любви к Бродде, но даже я готов признать, что в умении убивать ему нет равных. И не будем забывать, что Калларк помогает ему колдовством.
Лицо Иоахима потемнело. Калларк. Все всегда сводится к нему. Когда этот седобородый паук успел забрать себе слишком много власти? Даже на похоронах я видел, как эти трусливые душонки, эти овцы, читали прощальные речи, а сами косились на Калларка!
Халид, легко догадывавшийся по выражению лица, о чем думает его гость, сказал:
- Не будем играть словами, Иоахим. Ты хочешь, чтобы я поддержал тебя против Бродды, когда зайдет речь о новом князе.
- А ты предпочел бы поддержать его? – вспылил тот. - Бешеного пса, который убивает ради забавы? Возглавь он нас, и сатулы станут хуже надиров.
- Я получше твоего знаю, что собой представляет Бродда. Меня заботит не он, а Калларк. Я и пальцем не пошевелю, пока ты не предложишь приемлемый план, как избавиться от колдуна. Желательно таким способом, чтобы не превратить из этого прохвоста в мученика и не получить клеймо вероотступника за нападение на него. И лучше тебе поторопиться. Когда Бродда вернется с отрубленными головами дренаев, и насадит трофеи на колья при въезде в столицу, будет уже слишком поздно.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #50, отправлено 2-12-2015, 0:46


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

30.

Зарин Чоу не разбирался в нюансах сатулийской политики. Ему было наплевать, кто станет следующим князем. Но если княжеский сын убит дренаями, за этим неизбежно последует война. В Дельнохских горах шагу нельзя будет ступить, чтобы не наткнуться на чернобородых воинов, жаждущих крови. Да и дренаи вряд ли будут сидеть, сложа руки, и смотреть, как сатулы копят силы на пограничных перевалах; за разведчиками скоро последуют регулярные войска.
Чиадзе разразился цветистыми проклятиями на родном языке в адрес «дренайских собак», осознав, насколько усложнилась его задача пробраться тайком в столицу. Когда у него иссяк запас ругательств, он вытер платком пот со лба и уже спокойным голосом спросил Джасина:
- Сколько нам еще осталось до столицы?
Тот осторожно ответил:
- Если никуда не сворачивать, неделя пути. Но в горах прямого пути нет.
- Вполне достаточно для того, что я задумал, - принял решение чиадзе, подсчитав что-то в уме. - Я устрою роскошный подарок для всех, кто будет стоять на пути. Дренаи, сатулы – какая разница? – и он зашелся визгливым смехом. - А самое замечательное, что даже если Калларк пронюхает, ему меня не остановить.
Джасину было не по себе; недоброе веселье в голосе мага пугало больше, чем его гнев.
- Мне нужно кое-что подготовить, а ты присматривай за пленником. Шкуру живьем спущу, если с ним что-то случится! - отдав приказ, Зарин Чоу тут же забыл о своем телохранителе. Он обшаривал взглядом окрестные скалы, отыскивая подходящую ровную площадку для расчистки.
Пленный сатул окинул Джасина презрительным взглядом с головы до ног:
- Так ты сделался рабом? Достойная участь для предателя, который забыл истинную веру! Что же твой драгоценный Исток не защитил тебя, если он так могуществен?
Возможно, я не заслужил Его защиты, мрачно подумал Джасин. Я стоял и смотрел, как Ионан Хромой пытает беззащитного старика. А теперь колдун хочет использовать одного из моих соплеменников в каком-то гнусном ритуале, и я ничего не могу сделать, чтобы его спасти. Я не в силах даже даровать ему быструю смерть.
Зарин Чоу тем временем проверял и перепроверял с помощью циркуля прочерченные меловые линии. Пришлось потратить заклинание на то, чтобы расчистить скалу, уничтожив высохшую траву и мох. Если чертить пентаграмму на земле, а не на камне, возрастает риск допустить ошибку. Один-единственный чуть покривившийся луч - и демон вырвется на свободу.
Убедившись, что в пентаграмме нет изъянов, Зарин Чоу стал извлекать из котомки приспособления для волшебства. Флакон с кровью оборотня. Указательный палец самоубийцы. Обсидиановый ритуальный нож с черной рукоятью. Сосуд с заспиртованным сердцем нерожденного младенца. И невзрачный на вид диск из тусклого золота, найденный в развалинах Куан-Хадора. У реликвии была темная история — каждый из прежних владельцев диска лишался его вместе с жизнью.
- Будь ты проклят, вонючий сын шелудивой собаки! – подал голос пленник, догадавшийся, какая участь его ждет. - Да проклянет Шалли всех твоих родственников и их потомство до десятого колена! Пусть твоя душа вечно горит адским огнем! ...
Зарин Чоу хихикнул:
- Хочешь поскорее расстаться с жизнью, и поэтому пытаешься вывести меня из себя? Зря стараешься, варвар. Для благородного чиадзе оскорбления дикаря - всего лишь сотрясение воздуха. Ты умрешь, когда я тебе разрешу, и ни минутой раньше.
Затверженные формулы, выведенные демонологами Куан-Хадора, одна за другой срывались с языка Зарина Чоу. Засветились линии, обозначающие границы пентаграммы. Маг продолжал твердить заклинания, пока в центре пентаграммы не взвихрился разноцветный дым и не материализовался багровокожий клыкастый демон с длинными, как у гориллы, мускулистыми лапами.
- Кто взывает ко мне?
Вопрос демона был добрым знаком, как и то, что он не пытался сразу же прорваться через пентаграмму. Еще одна из прописных истин демонологии – договориться можно далеко не со всеми, кто ответил на твой призыв. Есть демоны, которые считают ниже своего достоинства связывать себя договорами с людьми, или просто слишком тупы.
- Я прошу о твоей услуге, о воин Анхарата! – маг был не настолько глуп, чтобы назвать демону свое имя.
- Готов ли ты заплатить цену? - еще один признак того, что ритуал пройдет без неприятных осложнений. Обговорив условия и обезопасив себя от возможной мести демона, Зарин Чоу повернулся к пленному сатулу, который, с побелевшим от страха лицом, пытался освободиться от пут. Обсидиановый нож легко выскользнул из ножен.
- Ну что, варвар, помогли тебе твои боги?
Каждый, кто когда-либо имел дело с обитателями Ада, знает – эти создания ценят кровь и боль ничуть не меньше, чем души, предлагаемые им в обмен на услуги, и Зарин Чоу не собирался разочаровывать демона, позволив жертве умереть слишком рано. Обсидиановому ножу пришлось изрядно потрудиться, прежде чем маг довел ритуал до конца и вырезал пленнику сердце.
Жадно проглотив еще теплое сердце, багровокожий демон расхохотался.
- Цена уплачена, договор заключен. Теперь освободи меня, колдун!
Маг прочертил кончиком кинжала огненный символ, освобождая призванного. Демон снова захохотал и растворился в воздухе, как только пентаграмма перестала его удерживать. Вместе с ним исчезло тело пленника, даже следы крови на камнях пропали.
- Дело сделано, - хрипло прошептал маг. - Дело сделано.
Общение с демоном опустошило его и физически, и духовно. Руки постыдно дрожали – он сам не знал, от слабости или от страха. Он не становился моложе, а секреты долголетия и восстановления плоти упорно ему не давались. Чиадзе подозревал, что тот, кто вписывал рецепты в магические книги, мог намеренно утаить часть ингредиентов или пропустить несколько строчек в заклинаниях.
Скоро все изменится, пообещал себе маг, вытирая лезвие кинжала от крови. Знания и власть, ради которых я пустился в это безумное путешествие, будут моими. И никто меня не остановит – ни дренаи, ни седобородый лис Калларк с его ручными сатулами, ни даже Старуха.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #51, отправлено 20-05-2016, 4:17


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

31.

Преступное сообщество Дренана никогда не отличалось сплоченностью. Грызня за территорию шла постоянно, хотя ни у кого из местных вожаков не хватило бы силы и хитрости, чтобы избавиться от соперников. Неписаное правило было только одно - не привлекать к себе внимания. Если в сточных канавах будет плавать слишком много трупов, это может навести городские власти на мысль, что пора устроить очередную облаву.
Ирена рассчитывала воспользоваться вооруженным нейтралитетом между дренанскими преступными вожаками и Принцем Воров, чтобы сократить путь, а заодно избежать встречи с разбойниками, которые пошаливали на окружных дорогах.
Хороший план. К сожалению, из всех местных вожаков мне попался надутый индюк, которому никто и ничто не указ.
Ограничься он обычными сальными шутками в ее адрес, Ирена бы и глазом не моргнула — при ее круге общения приходится выслушивать и кое-что похуже. Но разжиревший дренай перегнул палку, поставив под сомнение профессиональные качества Ирены. Прозрачный намек, что она стала Шипом только потому, что Принца потянуло на сладенькое, стал последней каплей. Дома она за такое резала глотки; здесь пришлось удовольствоваться стрелой в коленную чашечку.
Потом пришлось спасаться бегством через весь город, прячась в тенях и ныряя в глухие проулки, с головорезами, наступающими на пятки.
С какой радостью она бы осталась и продемонстрировала преследователям, за какие заслуги получила звание Шипа! Но приходилось одергивать себя. Дренан — не Машрапур, где она знала каждый закоулок. Когда играешь на чужой территории, всегда есть риск получить серьезную рану и тем самым провалить задание. Ирена не простила бы себе контракт, сорванный из-за ложной гордости.
Самого назойливого из убийц ей удалось подстеречь и вывести из строя уколом в живот. Еще двое преследователей исключительно удачно напоролись на мечи городской стражи.
Вот что бывает, когда стражников набирают сплошь из ветеранов. Не то, что пьяницы и разжиревшие увальни у нас в Машрапуре.
Воспользовавшись тем, что погоня приотстала, Ирена заняла удобное место на чердаке заброшенного дома, откуда хорошо просматривался переулок.
Ну, где же они?..
Еще один ночной убийца оказался расторопнее, чем его предшественники. Ему почти удалось незаметно прокрасться мимо Ирены, но его выдал вопль бродячей кошки. Прежде чем он успел нырнуть в укрытие, в его шею вонзилась арбалетная стрела.
Ночной город быстро становился похож на разворошенный муравейник; стража прочесывала улицы, кого-то уже скрутили и повели в кутузку. В таких условиях даже самые упорные и бесшабашные головорезы подумали бы дважды, прежде чем продолжать преследование.
Больше никого? Кажется, этот был последним. Теперь можно и выбираться из города.
Ей не составило труда обмануть патрули; те, кто живут в городах, редко смотрят вверх, и она этим беззастенчиво пользовалась. Ирена передвигалась по крышам, и спустилась вниз, только когда впереди не замаячили городские ворота.
И тут Ирена поняла, что удача ей изменила. Караул у городских ворот оказался удвоен, а сами ворота Дренана – заперты, хотя уже наступало утро.
Неужели придется дожидаться следующей ночи, чтобы перелезть через стену? Лучше бы я попытала счастья с лесными разбойниками!..

* * *

В преданиях сатулов не упоминалось, из-за чего был принят закон, запрещавший князю покидать столицу. Вероятно, какая-нибудь вопиющая глупость, стоившая тогдашнему правителю жизни. Для Бродды такой закон, конечно, был как кость в горле.
Кому охота стать почетным пленником в собственной столице? Стоит мне вступить в права наследования, и об отлучках можно будет забыть. Если только не начнется война. Единственное исключение в этом дурацком законе, чтоб его мыши съели.
Нельзя сказать, что мечты о войне с дренаями никогда не посещала сатулийского военачальника. Бродда много раз представлял, как он врывается на Сентранскую равнину во главе войска, вырезая и сжигая все на своем пути. Он видел себя въезжающим в Дренан на белом жеребце, давя копытами разжиревших горожан. Он смаковал картины того, как его воины врываются в богатые дома и выволакивают за волосы дренайских красоток, чтобы, позабавившись на славу, отдать рыдающих пленниц на потеху товарищам — пусть тоже развлекутся, они это заслужили.
Вопреки сладостным мечтам, Бродде хватало здравомыслия понять, что он не создан для больших войн. Вот набеги, засады, стычки с дренайской кавалерией – тут он был бы в своей стихии. Но нужен особый склад ума, чтобы дирижировать целой армией. У него просто не хватило бы на это терпения - подсчитывать запасы провизии, разбирать донесения разведки, прокладывать маршруты, поддерживать дисциплину и решать еще миллион вопросов, которые бы непременно возникли во время кампании.
Вот почему Бродда не торопился примерить княжескую корону и старательно не обращал внимания на прозрачные намеки Калларка. Да, с возрастом его родич-князь порядком размяк и потерял хватку, а прямой наследник был полнейшим ничтожеством. Но зачем спешить? Бродда здраво рассудил, что мальчишка и без посторонней помощи свернет себе шею.
Он не мог предвидеть только одного - что смерть наследника случится настолько не вовремя.
Забери Шемак этого молокососа! Не мог потерпеть, пока я вернусь в столицу? Правильно про таких говорят – кто не в срок родился, тот и в могилу прыгнет не вовремя!
Конь Бродды стал волноваться и прядать ушами. Оглядевшись по сторонам, он увидел, что другие лошади ведут себя так же. Бродда погладил коня по крупу. Жеребец почувствовал знакомую руку, фыркнул, и, кажется, немного успокоился.
- Они что-то почувствовали, - сказал подъехавший Ягунда, немолодой разведчик с окладистой бородой. – Там впереди в роще что-то есть. Или кто-то.
- Проверь, что там, и сразу возвращайся, - велел Бродда, натянув повод.
Разведчик спешился, передав поводья коня другому сатулу, и исчез между деревьями.
Может быть, лошади учуяли горного медведя? Или труп, который не успели объесть до костей падальщики?
Шло время. Ягунда не возвращался и не подавал сигналов. Нервозность лошадей стала передаваться их всадникам.
Потеряв терпение, Бродда приказал перестроиться в боевой порядок и медленно выдвигаться вперед.
Человек это или зверь, живым ему от нас не уйти!..

Сообщение отредактировал Кайран - 20-05-2016, 18:22


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #52, отправлено 29-07-2016, 4:55


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

32.

Миновав редколесье, отряд сатулов вышел к склону холма... и остановился без команды, пораженный открывшейся картиной. На холме расположился уродливый демон с багровой кожей. Окровавленные лохмотья, разбросанные вокруг, красноречиво свидетельствовали об участи пропавшего разведчика.
Бродда видел в жизни многое - людей с целиком содранной кожей, отрубленные головы, насаженных на пики. Он пролил больше крови, что иные профессиональные убийцы позавидовали бы, и не без оснований считал, что его уже ничем на свете нельзя пронять. Но когда крылатое чудовище вперило в них взгляд, полный нечеловеческой злобы, упорядоченная картина мира разлетелась вдребезги. Бродда снова стал мальчиком, который сидел ночью у костра и, затаив дыхание, слушал рассказы старого учителя о проклятых сокровищах и заброшенных домах с привидениями.
Чувство нереальности происходящего не помешало ему натянуть лук. Одна стрела с черным оперением ударила демона в бочкообразную грудь, другая попала в кожистое крыло. Отбросив полуобглоданную кость, он встал на задние лапы и зарычал, как разъяренный медведь.
Воодушевленные примером командира, другие сатулы стали метать в монстра стрелы и дротики. Демон, раздраженный попытками атаковать его, издал низкий вибрирующий рев и шагнул вперед, развернув крылья. Лошади, взбесившиеся от страха, дико ржали, вставали на дыбы и сбрасывали наездников. Бродда, громко бранясь, пытался совладать со своим вороным скакуном. Но после пришедшегося вскользь удара исполинским крылом конь завалился на бок. Сатул, не успев вытащить ноги из стремян, оказался придавлен умирающей лошадью, и на какое-то время отключился от нестерпимой боли.
Когда к Бродде вернулось сознание, он смог повернуться с боку на бок и попытаться встать. Но безжизненная туша коня придавила его к земле, и оставалось только смотреть с бессильной злобой на храбрые и бесплодные попытки остановить демона. Он не зря лично отбирал каждого солдата; несмотря на ужас, внушаемый выходцем из бездны, никто не побежал. Даже Ионан Хромой, умирая, пытался полоснуть демона свежевальным ножом. Тем горше было видеть их смерть.
Вот же тварь! На шкуре ни единой царапины!
Демон приближался к Бродде нарочито медленно, как сытый кот, увидевший мышь, застрявшую в мышеловке. Тяжелая лапа подцепила тушу коня и отбросила в сторону. Бродда не без труда смог подняться на ноги, уцепившись за выступающий древесный корень.
Багровый монстр навис над Броддой, исполинские крылья закрыли солнце. Сатул ждал, сжимая в руке бесполезную саблю. Когтистая лапа рассекла воздух… и отдернулась назад, зашипев как от прикосновения к раскаленной плите.
Рядом с несостоявшейся жертвой стоял престарелый мистик в белых одеждах, который плел паутину из магических слов и жестов, удерживая демона на расстоянии. Бродда моргнул, все еще в плену у страха. Он не мог понять, как Калларк, который годами не покидал столицу, мог оказаться здесь. Потом он смог разглядеть, что ноги мистика не касаются земли.
Значит, я еще не схожу с ума. Это просто какой-то магический трюк.
Калларк извлек из кармана невзрачно выглядящий золотой медальон и начал новое заклинание. Демон не успел опомниться, как его сковала незримая магическая сеть.
- Так-то лучше, - с усталой улыбкой проговорил мистик.
- Это и есть легкая охота, которую ты мне обещал? – облегчение, что немедленная смерть ему не грозит, быстро сменилось гневом.
Старик пожал плечами:
- Ритуал вызова демона требует тщательнейших приготовлений. Я и представить не мог, что у чиадзе хватит безумия заняться этим в полевых условиях.
- Может, он не чокнутый, а просто сильнее тебя? - оскалился Бродда. - Ты что-то не торопишься отправить треклятого демона в Ад? Скрутить ты его скрутил, а что толку? Я же вижу, что он того и гляди вырвется.
Багровый демон действительно пробовал свои путы на прочность. Ячейки невидимой сети трещали, но не поддавались.
- Я мог бы легко изгнать это адское создание, если бы колдун, вызвавший его, решил напасть на столицу. Но чем дальше я от храма, тем слабее становится моя власть.
Бродда огрызнулся:
- Тогда на что ты вообще годен?
- Прикуси язык, неблагодарный болван! – прикрикнул на него Калларк. Оставшись наедине с Броддой, он не тратил сил на то, чтобы поддерживать личину благообразного старца. - Я спас твою жизнь, разве не так? Или мне исчезнуть и дать великому охотнику Бродде еще один шанс сразиться с демоном? – ядовито добавил он.
Бродду передернуло от гнева, но он смолчал, зная, что бывают в жизни моменты, когда лучше проглотить гордость.
Калларк тем временем приложил кружок тусклого желтого металла к голове плененного демона и начал новый речитатив. Пленник рвался изо всех сил, но магические путы держали крепко. Глаза демона стали бесцветно-белыми, их заволокло пленкой. Калларк возвысил голос и закончил заклинание: взвихрился разноцветный дым, и демон исчез.
- Ты его отпустил?!
- Не совсем. Я убедил демона, что для него есть более привлекательная добыча, чем ты, - глаза старика загорелись опасным блеском. - Чужеземец вызвал демона, чтобы убивать сатулов. Разве не будет забавным направить его ярость на других чужеземцев? Что бы ты ни приготовил для дренаев, разве это может сравниться с ослепляющим ужасом, который внушит им демон?
- Клянусь бородой Мехмета, ты прав! Из этого выйдет недурное развлечение! – смех помог изгнать из памяти страх и унижение.
- А вот с развлечениями тебе пора заканчивать, - сухо сказал Калларк. – Возвращайся в столицу…, и попытайся смириться с тем, что шанс заполучить головы дренаев упущен.
Вместе с тупой болью в ноге вернулось болезненное понимание, что его охота подошла к концу. Не будет победного въезда в столицу, с развернутым знаменем и с головами дренаев, притороченными к луке седла. Возвращаться придется ночью, как вору, чтобы не поползли слухи, что Бродда впустую погубил своих людей.
Если только не повезет найти и возглавить другой отряд...
- Забудь об этом, - прочитал его мысли старик. – Других отрядов нет. Демон нашел их все; твоих людей он оставил на закуску.
Проклятье!
- Хочешь, чтобы у тебя были хоть какие-то трофеи? Тогда учти, что чиадзе ни за что не откажется от своего безумного плана. Если уж ему хватило безумия вызвать демона… - Калларк без слов дал понять, что он думает о безрассудстве своего коллеги-мага. – Зарин Чоу непременно объявится в столице, прихватив с собой отступника. Я сообщу, когда это случится, а дальше дело за тобой.
- Это уже кое-что, - лицо Бродды прояснилось.
- Еще раз тебя предупреждаю - в этот раз никаких игр, никакой травли, просто прикончи их. Твоя репутация не выдержит еще одного провала.
Об этом мог бы и не напоминать…
- Несколько слов напоследок. Королям и князьям часто приходится иметь дело с угрозами, против которых копья и стрелы бессильны. Вспомни об этом в следующий раз, когда тебе начнет мерещиться, что ты сможешь без меня обойтись, - сказал старик менторским тоном, прежде чем раствориться в воздухе.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #53, отправлено 3-12-2018, 1:05


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

33.

Ирене было не по себе. Неяркий свет факела в руке проводника был единственным ориентиром в окружившей их удушливой темноте, а звук шагов гулко отдавался от каменных стен. Каменный потолок угрожающе нависал над головой, и Ирене то и дело приходилось нагибаться. А приземистый проводник даже не пытался сбавить ход. Поэтому молодая женщина сверлила спину своего спутника тяжелым взглядом, от всей души желая ему споткнуться.
Ишь ты, как ногами перебирает. Понятно, почему его прозвали Жуком.
Три года назад Принц Воров отправил этого человека в Дренан, чтобы присматривать за местными преступными вожаками. Бывший Шип позаботился о маскировке; для городского отребья он был просто осторожным, но удачливым скупщиком краденого. А воры и бандиты, приходившие к нему, чтобы скинуть краденое барахло, сами того не замечали, как выбалтывали ценную информацию.
Услышав через кого-то из осведомителей об устроенной на нее охоте, Жук сумел перехватить Ирену недалеко от городской стены. Прежде чем она успела выстрелить, он подал условный знак Шипов, и предложил вывести ее из Дренана через потайной ход.
Пока они шли по темным коридорам, Жук успел рассказать ей, что подземный ход был очень старым. Не исключено, что он остался еще со времени постройки города. Но когда после землетрясения проход оказался отчасти засыпан, городские власти не сочли нужным выделять деньги на его восстановление. А со временем о туннеле и вовсе забыли. Никто не пользовался им до тех пор, пока на подземный ход случайно не наткнулись контрабандисты. Они расчистили проход, укрепили свод и с тех пор пользовались тайным путем для переправки товара в Дренан, минуя стражу.
Ирена продолжала сверлить спину спутника взглядом; ей была неприятна легкость, с которой Жук сумел застать ее врасплох. Молодая женщина была уверена, что где-нибудь в лесу у него этот фокус не получился бы. Она бы наверняка сумела бы пришпилить рыжеусого Шипа арбалетным болтом, прежде чем он окажет ей ответную любезность. Но в Дренане, который он знал, как свои пять пальцев, а тем более в городских подземельях, Жук был хозяином положения.
— Побереги голову, тут впереди выступающий камень, — бросил ей через плечо проводник, прервав красочный рассказ о последней облаве стражи на контрабандистов. Наверное, Ирене следовало бы сказать «спасибо», но ее выводил из себя снисходительный тон Жука.
Я уже не ребенок, и слепотой, хвала Истоку, не страдаю!
Проводник сделал еще несколько поворотов, ориентируясь по одному ему ведомым приметам, и остановился посреди небольшого зала, в конце которого виднелась массивная железная решетка.
— Зальчика этого не было, когда ход рыли, — сообщил ей Жук, ловко достав связку ключей.
— Контрабандисты постарались?
— Они самые. Спускали барахлишко на веревках вниз, и складывали тут. А просигналит нужный человечек в Дренане, мол, все спокойно, стража смотрит в другую сторону — тут можно и в город все протаскивать. Потихоньку, по частям, чтобы даже если схватят кого, не потерять весь груз.
Жук стал возиться со старым замком, который никак не хотел открываться. Ирена подсвечивала ему факелом.
— Далековато ты забралась от Машрапура, — заметил он. — Имя ты, понятно, назвать не можешь, тайна заказа — это святое. Но хоть намекни, куда тебя отправили.
— Почему бы и нет? — с наигранным равнодушием отозвалась Ирена. — Ты мне помог, а долги я стараюсь платить.
Лицо рыжеволосого Шипа просветлело, когда он узнал, что ее цель находится в землях сатулов:
— Тогда никаких разговоров о долгах. Шлепнешь там парочку чернобородых мартышек в бурнусах, и мы квиты.
Хорошо, он не знает, что мне заказали убить колдуна-чиадзе, а заказчиком был князь «мартышек».
Ирена осторожно поинтересовалась:
— Ты, похоже, не слишком высокого мнения о сатулах?
— А за что их уважать? Народишко — тьфу, одно название. Копошатся там на перевалах, как блохи в шкуре горного козла, а гонору у каждого, как у чиадзийского вельможи, — Жук смачно сплюнул. — Пусть молятся своему шелудивому пророку, чтобы у дренаев не нашлось второго Карнака. Он бы им живо носы пообломал.
Было совсем несложно догадаться о причинах его внезапной словоохотливости. Рыжеусый Шип был явно не прочь поговорить о политике, а в роли скупщика краденого трудно найти подходящего собеседника.
— А еще сатулы по дурости своей упускают верную выгоду. Не хотят, видите ли, иметь дело с «неверными», — Жук возмущенно встопорщил усы. — Князь, видно, запамятовал, что негоже складывать все яйца в одну корзину. Если кто-нибудь нападет на Готир и перекроет торговые пути, сатулам солоно придется.
— Откуда такие подробности? — Ирена не удержалась от искушения его поддеть. — Сам что ли хотел в контрабандисты податься?
— Подумывал когда-то пойти по этой части, — не стал скрывать Жук. — В молодости, еще до Машрапура и присяги Принцу Воров. Но когда стал вызнавать, что да как, уперся в тупик. Уж на что отчаянные ребята в Дросс-Пурдоле, даже они не рискнули пробираться через земли сатулов — сказали, что овчинка выделки не стоит... Да, не стоит, так они и сказали, … — неподатливый замок наконец-то щелкнул. — Ага, готово.
Тихо пройдя под поднятой решеткой, они очутились на дне каменного колодца, в стену которого были вмонтированы сильно проржавевшие ступеньки.
— Ступеньки не трогай, — предупредил он, — их тут оставили для виду. Наступишь — провалишься. Видишь веревку? Я полезу первым. Когда окажусь наверху — дерну веревку три раза. Это значит, что можно подниматься.
Ирена смотрела, как Шип, ловко перебирая руками, карабкается вверх, пока он не исчез из виду. Дождавшись условного знака, она последовала за ним.
Оказавшись на поверхности, Ирена вздохнула с облегчением. Низкие своды больше не давили на нее, да и наполнить легкие свежим воздухом после затхлой атмосферы подземелий было истинным наслаждением.
— Небось, лучше, чем лезть через стену? — ухмыльнулся Жук, после того, как тщательно замаскировал выход.
Она заставила себя улыбнуться. Мне не пришлось бы перебираться через стену, если бы не этот жирный ублюдок.
— У меня все же одна маленькая просьба, — сказало он неожиданно и без всякой связи с предыдущим разговором. — Когда закончишь с делами и соберешься обратно ко двору Принца, ты в Дренан лучше не суйся. Валяй в объезд, на дорогах сейчас спокойно. А то не ровен час, кто-то из шайки Джезиора укажет на тебя. Зачем тебе еще и со стражей наперегонки бегать?
— Почему ты так уверен, что я буду возвращаться через Дренан? — именно так она и собиралась поступить, но говорить об этом рыжему Шипу не стала.
— Ты ведь хочешь поквитаться с Джезиором Жирным, я по глазам вижу. Знаешь что? Этой надутой жабе и так долго не протянуть. Здесь не Гульготир, городская стража даром хлеб не ест. Кто-нибудь из его людишек обязательно расколется, когда прижмут, тут и к гадалке ходить не надо, — заверил ее Жук. — Или местные сами с Жирдяем управятся, не дожидаясь облавы. Особенно теперь, когда он так опростоволосился. Это ж надо — отправить за тобой в погоню половину своих людей, и все равно упустить. Так что можешь со спокойной совестью о нем забыть. Этим, — он мотнул головой в сторону городской стены, — дай только почуять слабину, они его мигом пустят плавать вниз головой.
Ирена не могла не задать вопрос:
— А в чем твоя корысть? Какое тебе дело, что станет с Джезиором?
— Мое дело маленькое — сидеть тихо, да смотреть, как делят джезиорово наследство, — Жук потеребил рыжий ус. — Опасное это времечко, когда начинают территорию делить. Прибыльное, да, но опасное. И так будет трудно за всеми уследить, а если еще начнется заварушка по поводу твоего возвращения…
- Понятно, — и она со спокойной совестью пообещала ему на обратном пути объехать Дренан стороной. Тем более что это обещание ей ничего не стоило.
На прощание он торжественно сказал, как было заведено у Шипов:
— Пусть тебе всегда сопутствует удача — и во мраке ночи, и при свете дня.
— Пусть твоя стрела летит прямо, а кинжал разит насмерть, — ответила Ирена.

Сообщение отредактировал Кайран - 3-12-2018, 20:13


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
Кайран >>>
post #54, отправлено 21-07-2019, 20:35


Выбравший Тьму
*******

Сообщений: 3348
Откуда: Москва
Пол:мужской

Могущество: 4585

34.

Грэйг-Кайдорец давно привык к неудобствам жизни в походе, но невозможность смыть с себя грязь и пот оставалась истинной пыткой для бывшего отпрыска герцога.
К сожалению, разжиться водой в Дельнохских горах не так-то просто; следовало благодарить Исток за каждый ручей. Ну а горное озерцо с кристально чистой водой, на которое они наткнулись сегодня, и вовсе было поводом для праздника. Но долгожданное купание откладывалось на неопределенный срок; так уж случилось, что именно сегодня Грэйга назначили караульным в первую смену.
Прав был тот философ, который говорил, что люди со своими планами – вечный источник веселья для богов.
Минуты до конца смены тянулись мучительно медленно, а вожделенное озеро дразнило своей недоступностью. Наконец со стороны походной кухни появился Риалл, его сменщик.
– Пост сдал.
– Пост принял, – произнес бывший крестьянин уже в спину удаляющемуся Кайдорцу.
Когда Грэйг заглянул в палатку, Варад уже спал без задних ног, и храпел, как ржавая пила. Прихватив мыло и кусок пемзы, Кайдорец направился к озеру.
Прибрежные кусты разрослись и надежно скрывали кромку берега от посторонних взглядов. Он разделся, сложил одежду стопкой, и осторожно, нащупывая ногами дно, погрузился в прохладную воду.
Хорошо-то как! подумал Грэйг. Вода приятно обтекала его тело, даруя ноющим мышцам долгожданный покой. Немного поплавав, он
выбрался на берег. Немного попрыгал на одной ноге, вытрясая воду из уха, после чего вооружился пемзой и стал счищать с себя многодневный слой походной пыли.
Может священники Истока не так уж и неправы, когда учат довольствоваться малым? Вроде бы такой пустяк – помыться, и даже без горячей воды, а чувствуешь себя по-настоящему счастливым.
Вдруг он услышал всплеск, словно крупная рыба ударила хвостом.
Грэйг осторожно развел руками ветки – и остолбенел. На противоположном берегу озерца устроилась Карда-Лучница. Она тщательно, как кошка, умывалась. Грэйг облизнул губы, глядя на девушку во все глаза. Ее мокрые волосы прилипли к голове, а одежда была аккуратно сложена в стопку и придавлена сверху плоским камнем, так что на Карде оставался только нож, примотанный ремешком к запястью.
Фигуру лучницы трудно было назвать идеальной – у нее было больше мускулов, чем нужно, чтобы считаться женственной по меркам его родины. А несколько шрамов, которые она не скрывала, привели бы в ужас изнеженных придворных дам из отцовского дворца. И все же было в этой коротко стриженной воительнице нечто неизъяснимо привлекательное.
Поглощенный открывшимся перед ним зрелищем, солдат не сразу заметил, как серые глаза Карды сузились, и она метнулась к валуну, на котором лежала одежда. Поняв, что он каким-то образом выдал свое присутствие, Грэйг осторожно попятился.
Надеюсь, я успею улизнуть, пока она будет наспех одеваться.
Но девушка даже не притронулась к одежде; она схватилась за лук, мгновенно натянула тетиву и нацелилась на кусты, за которыми прятался Кайдорец.
– Я знаю, что ты здесь! Выходи!

* * *

Кайдорец перевернулся с боку на бок, чувствуя смесь возбуждения и раздражения от навязчивых воспоминаний.
Судя по пению птиц, скоро рассвет. Он бы давно заснул, но громкий храп Варада сегодня беспокоил его больше, чем обычно.
К его изумлению, Карда поверила сбивчивому объяснению, что он просто хотел искупаться, а на нее наткнулся случайно. Девяносто девять женщин из ста уже обвинили бы его во всех смертных грехах.
Но как же она все-таки хороша, подумал Грэйг, вспомнив блестящие капли воды на ее коже и напряженные мускулы. Не женщина, а просто вентрийская богиня охоты!
Грэйг молча вознес благодарственную молитву, что у их встречи на берегу озера не было свидетелей. Тот же Варад, пронюхай он что-нибудь, пристал бы как клещ, требуя пикантных подробностей. А на следующий день весь отряд узнал бы об их бурном свидании. То, что их романчик существовал лишь в распаленном воображении Варада, не помешало бы ему болтать. И тогда Карда точно пустила бы в ход лук и стрелы.
Если к тебе прилипла репутация дамского угодника, тут уж никуда не денешься – от тебя будут ждать все новых и новых побед над женщинами.
Грэйгу никогда была свойственна ложная скромность; он не отрицал, что в юности пользовался большой популярностью у придворных красоток. И сомнительное происхождение тут ничуть не мешало; наоборот, придавало ему пикантности в глазах юных искательниц приключений. Другое дело, что сам Грэйг считал свою репутацию ловеласа преувеличенной – все-таки большую часть работы за него делала внешность, доставшаяся по наследству от отца.
Беззаботная юность закончилась поспешным бегством из дворца. Потом была подпись на контракте армейского вербовщика. Шелковые простыни сменились на спальные мешки и тюфяки, набитые соломой, камзолы и плащи – на форму дренайской армии. Но кое-что осталось неизменным - если их отряду выпадала ночевка под крышей, Грэйг редко спал один. Хорошенькие служаночки из трактиров вовсю стреляли глазками и роняли прозрачные намеки, что готовы составить ему компанию на ночь. А он старался их не разочаровывать.
Встреча со строптивой лучницей выбила его из колеи – предыдущий опыт общения с женщинами тут никуда не годился. Обычная девушка, застигнутая врасплох во время купания, залилась бы краской стыда и попыталась судорожно прикрыться ладонями. Будь дама постарше и поопытнее, она вполне могла игриво подмигнуть и предложить искупаться вместе. Карда не сделала ни того, ни другого; она потянулась за оружием. А румянец на ее лице был рожден досадой и гневом, а не стыдом.
Понять, что Лучница собой представляет - гораздо интереснее, чем добавить еще одно имя в список любовных побед. Но разве объяснишь это таким, как Варад?
Было и еще одно кое-что, подогревавшее его интерес к строптивой дренайке. Обстоятельства их встречи, когда именно вмешательство Карды смогло переломить ход боя с сатулами. Потом Грэйг не раз и не два заставлял себя вспомнить, как проходил бой, вплоть до последней мелочи. Его не оставляла навязчивая мысль, что настолько драматическая развязка была бы в самый раз для театральных подмостков. А вот в жизни подобная цепочка совпадений казалась сомнительной.
Нельзя заранее подозревать всех подряд в двойной игре. Ведь жизнь иногда подбрасывает сюрпризы куда причудливее, чем измышления болтунов-сказителей. Мое прошлое — яркий тому пример.
Кайдорец знал, что подозрительность, граничащая с паранойей, которой он обзавелся после побега из дворца, однажды может сыграть с ним злую шутку. Но остановиться он уже не мог.
Я буду продолжать искать ответы, во что бы то ни стало. Хотя уже сейчас не без оснований опасаюсь, что ответы мне не понравятся.


--------------------
Люблю книги Дэвида Геммела
Скопировать выделенный текст в форму быстрого ответа +Перейти в начало страницы
1 чел. читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
0 Пользователей:

Страницы (3) :  1 2 3  > [Все]
Ответить | Опции | Новая тема
 



Рейтинг@Mail.ru
Текстовая версия Сейчас: 17-05-2022, 2:05
© 2002-2011. Автор сайта: Тсарь. Директор форума: Alaric.