Белые халаты. Яркий свет люминесцентных ламп освещает кабинет и хирургические столы даже днем, во время занятий. Парень лет двадцати с характерным щелчком натягивает резиновые перчатки. Острейшие скальпели разложены по размерам, зажимы, металлические иглы и другие медицинские приборы. Маленький хомяк, обездвиженный препаратом, лежит и не подозревает о своей участи. Блондин берет тушку и закрепляет лапки животного иглами, чтобы удобнее было препарировать. Полдела сделано. Теперь он берет скальпель и проводит по животику грызуна. Выступили капельки крови, но не она беспокоит молодого человека. Сознание того, что невинное существо еще живо и возможно, как-то в глубине крохотного дикого разума, понимает, что с ним делают, поколебало парня. Вдруг появилась дрожь и тошнотворное чувство вины.
- Господи, я ведь не делаю ему больно... Это… все ради… того, чтобы спасать людей…
Договорив это, будущий хирург продолжил изучение внутренностей и мышц хомяка. Слова эти он запомнил, и ощущения не прошли, но благая цель водила его руку со скальпелем.

Парень сидел на белом табурете, опустив лицо на ладони. Всюду лежали покойники под белыми покрывалами. Одно из испытания для студентов дневного отделения медицинского университета - провести ночь в морге со своим напарником.
- "Точнее", поправил сам себя блондин, - "с напарницей, у которой чувство юмора порой переходит границы".
Он услышал, как скрипнул замок, когда кто-то за дверью опустил ручку и потянул на себя.
- Ты чего такой бледный? - обратилась девушка.
- Да... – он быстро выпрямился, опасаясь, что его позу могут неправильно истолковать. Он попытался сообразить достойный ответ.
- А я нам эклеров принесла.
Следующую минуту тему самочувствия будущие хирурги оставили в покое и принялись за угощение. Девушка, держа в одной руке эклер, подошла к столу с мертвым бомжем. Покрывало полетело на пол, благодаря стараниям любопытной девице.
- Что ты делаешь? - возмутился парень.
- Расслабься, мы тут одни. Он же не встанет... Вокруг одни жмурики.
Парня не устроило такое объяснение, и он уже хотел поднять покрывало и прикрыть голый труп. Его остановило то, что он только что попробовал крема... а она нагло подергала мертвяка за большой грязный палец ноги. Девушка отдернула руку с выражением омерзения на лице и звуком "фи". Тут блондин не выдержал и почувствовал тошноту. Запах в морге и без того был отвратительный. Зловоние мертвечины било в нос.
- О, Боже мой...
Он выбежал из морга и...
Следом за парнем вышла обеспокоенная девица. В руке она все так же держала эклер и стала свидетельницей нелицеприятного...
Через десять минут... в руках швабры...
- Как ты можешь? - спросил он, стараясь не смотреть на содержимое своего желудка.
- А что такого? – невозмутимо спросила она, нисколько не стесняясь любоваться «полотном».
- Трогать мертвяка и еще умудряться есть в этот момент, когда там не продохнуть? А теперь вот помогаешь мне.
- Мы на кого учимся? Расслабься, друг мой.

Хомяк, обездвиженный препаратом? Это на него сверху препарат положили? Бедный, бедный зверек...

Тоже мне Перловка. Но это кстати не смешно, сцена не из лучших, а тем более после тех слов.

Вы сами поняли, что написали? Если да, то переведите, пожалуйста, с "хирургского" на русский.