Для пишущих и переводящих бумагу, Территория бумагомарателей и демиургов

Я никогда не испытывал особой потребности писать, нет у меня к этому особого дара. Однако кое-какие попытки были, но я никогда ничего не довожу до конца. Поначалу я думал, что в «Наше творчество» можно помещать только законченное произведение, но наткнувшись на пару «начинаний», подумал, а почему бы и мне не поместить кое-что? Я не знаю, кому как приходят сюжеты в голову, но мне чаще всего снятся. При этом я сам бываю участником своих снов. Однако сон есть сон. Во сне я могу видеть картинку и воспринимать многое на уровне понятий, а потому, проснувшись, я не помню имён и названий. Некоторые сны не отпускают и после того, как заканчиваются, и иногда избавиться от этого груза удаётся только излив всё это на бумагу. Первой такой моей жизнью оказалась жизнь на Перне. Настолько ярким и насыщенным был сон, что у меня было полное впечатление, что это произошло действительно со мной. Но при этом я и наяву постоянно думал про своих друзей с Перна. Это больше похоже на сумасшествие. Мне казалось, что я пишу под диктовку, но однажды вдруг всё прекратилось. Я уже не мог написать ни строчки, сколько ни мучился. Очень жаль.
А недавно мне приснился другой сон. Он не так сильно подействовал на меня (что и хорошо, иначе я точно попал бы в психушку), но в результате родился Смок. Вкратце его историю я изложил в теме «Хочу написать книгу», но вот ни названия мира, ни имён я не знаю, сон не дал мне их. Вряд ли я стану описывать это полностью, слишком это всё графомански обычно, но вот начало, пожалуй, помещу. Итак, утомлённый земными проблемами и раздражённый эгоизмом и невоспитанностью москвичей, ехал я на троллейбусе…




Добавлено в [mergetime]1091664805[/mergetime]:
… Троллейбус сбросил скорость и остановился у остановки. Я был занять своими мыслями о гнусности нашего народонаселения, и не сразу сообразил, что женщина, стоящая передо мною совсем не собирается выходить. КАКОГО ХРЕНА ТОГДА СТОЯТЬ У САМОЙ ДВЕРИ? Стараясь сдерживать эмоции я спросил её: - Вы выходите?
- Не-ет, высокомерно произнесла она, даже не соизволив пошевелиться. ВОТ ТВАРЬ! ПОДВИНЬ СВОЮ ЗАДНИЦУ!!!
- Разрешите пройти, - я всё ещё старался сдерживаться. Дама слегка отклонилась в сторону, открыв мне проход между собой и поручнем шириной в пять сантиметров. Вот тут я уже не выдержал, плюнув на «джентльменство» я отпихнул её (а надо было бы выпихнуть из троллейбуса) и ринулся в дверь. ПОЗДНО. Двери закрылись в тот самый момент, когда я через них проскакивал, и я повис, прижатый к поручню в самом дурацком положении. Причём ноги мои застряли куда крепче, чем тело, и, не имея опоры, я стал наклоняться вперёд. В довершении ко всему водила, заметив, что в дверях кто-то застрял, открыл их и я рухнул на асфальт, словно мешок с мукой. Сколько «этажей» я в тот момент построил, я даже не знаю. Поднявшись, я посмотрел на ту стерву. Она стояла, словно статуя, с каменным лицом, и выражение у неё было такое, словно она царица, или великая колдунья, а я - грязь у её ног.*1 Троллейбус продолжал стоять на месте, видимо, водитель хотел убедиться, что всё в порядке.
Я всегда заводился с пол оборота, и сейчас ярость у меня в груди просто взорвалась огненным фонтаном. Ещё чуть-чуть, и я стал бы изрыгать огонь. Но не воевать же с женщиной, даже если она законченная су_ _. Стиснув зубы, я ринулся через дорогу – светофор вот-вот должен был переключиться. Но ярость моя искала выхода и стала воплощаться в безумных фантазиях. За тот момент, что я пробегал позади троллейбуса, я представил, как превращаюсь в дракона, как расправляю огромные чёрные перепончатые крылья и издаю громоподобный рык. Затем я обрываю провода (что для дракона какие-то 600 вольт), чтобы троллейбус не смог уехать, и, словно Кинг-Конг в фильме, отрываю крышу «рогатому». Потом запускаю туда лапу и достаю эту стерву…


Добавлено в [mergetime]1091664864[/mergetime]:
Я слишком живо представил эту картину, почти не замечая того, что творится вокруг. А в это время грузовой «ЗИЛ» не снижая скорости, подъезжал к переходу. То ли водитель был пьян, то ли зазевался или затрепался, но он проскочил на красный свет, и со всей дури воткнулся в стоящий троллейбус. От удара «рогатого» кинуло вперёд, и он выскочил на тротуар. Люди в салоне попадали, ломая себе рёбра и руки, а стерву выбросило из открытой двери, и она, ударившись о бетонный столб, моментально простилась с жизнью…
Только я этого уже не видел.
БОЖЕ! Вы представить себе не можете, какая это боль, когда грузовик вас размазывает по троллейбусу. Ваше тело вмиг превращается в кашу. А сердце ещё бьётся. А мозг ещё жив…
Нет, передо мною почему-то не промелькнула вся моя жизнь. Только последние два часа, наполненные несправедливостью и свинством окружающих. А ещё я понял, что у меня уже никогда не будет детей, и все мои планы так и останутся не реализованными.
Не-е-е-ет!!! Я не хочу умирать!!!

Боже, какая боль. Я раньше и не знал, что бывает так больно. У меня болело всё. У меня даже сознание испытывало непереносимую боль, возвращаясь в тело. Мне показалось, что моё сердце не бьётся, и вдруг, удар – кровь двинулась по сосудам. Боль. Ещё удар. Кровь стала вспоминать, как надо течь по жилам. Мозг взорвался болью от прилива свежей крови. БОЛЬ! БОЛь! БОль! Боль!
Темнота. Где я? В чистилище? Но, почему тогда так больно? Сознание медленно выплывало из тьмы, окутавшей меня. Я вспомнил последние мгновения своей жизни. Нет, я не мог выжить, никакая реанимация не может оживить расплющенное и перекорёженное тело. Но я чувствую боль. Она уже не так остра, она тупая и ноющая. Но она есть, а, значит, я жив. Я через силу открыл глаза.
Вокруг был мрак, но я, как ни странно, видел почти всё. Нет, это не больничная палата, это больше похоже на подземелье замка. Я лежу на полу, но моё положение как-то необычно. Я не понимаю, что со мной. Я распластан на полу и не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, ни даже хвостом.
ХВОСТОМ?
Эта мысль пронзила мозг, словно разрывная пуля. У меня НЕ МОЖЕТ быть хвоста. Но он есть. Я чувствую, как что-то прижимает его к полу. Я скосил глаз, но смог рассмотреть только огромную когтистую лапу, прикованную цепями к полу.
Я испугался. Испугался, как пугается человек, оказавшийся рядом с чудовищем. И я не мог убежать, потому, что был прикован к полу, и потому, что я сам был этим чудовищем.
Я едва не потерял сознание от страха. Сердце забилось сильнее и пригнало в мозг столько крови, что в глазах у меня потемнело. Но тут же, как спасение пришла мысль: - я умер, что ещё более страшного со мной может произойти? Как ни странно, но это подействовало, и я успокоился. Я ещё раз скосил глаз. Теперь я увидел, что множество цепей прижимало моё тело к каменному полу. Моё? Как я быстро стал считать это тело своим. Но заморачиваться по этому поводу я не хотел. Если уж я жив, мне надо жить, в каком бы теле я не оказался. А если учесть, что я прикован цепями, то моя жизнь под угрозой. Это мне не нравилось. Я стал рассматривать цепи. Они были прикованы стальными костылями, вбитыми в щели между каменными плитами. И сами цепи, и то, как они были закреплены, не выглядели настолько мощными и крепкими, чтобы удержать существо такого размера, как я. Я напрягся, стараясь освободиться, но цепи оказались гораздо прочнее, чем выглядели. Более того, любое моё напряжение усиливало боль. Особенно нестерпимой была боль от цепей, стягивающих мои рога. Хотя, это не были рога в полном смысле этого слова, это вроде выростов черепа, своеобразные костные шипы, покрытые не роговым чехлом, как у козлов и баранов, а крепкими крупными чешуями. Цепи не могли принести им вред, но стягивали между собою, вызывая боль.
Я замер, ожидая, когда боль пройдёт. Что ж, тупым напором не вышло, будем думать дальше. Я снова, скосив глаза, стал рассматривать цепи. Одна цепь, та, что держала мою правую руку, была закреплена на костыле, вбитом не так глубоко, как другие, в довольно широкую щель. Выглядело это многообещающе. Я попробовал вытянуть на себя руку. Не получилось. Тогда, собрав все силы и превозмогая боль, я сжал руку в кулак. Костыль жалобно скрипнул и выскочил, освобождая цепь. Я возликовал. Однако одна цепь ещё не свобода. Кисть у меня уже была свободна, и я смог захватить вторую цепь, и вырвать и этот костыль из пола. Потом я подтянул руку под себя. У меня появился рычаг, и, напрягши мышцы, я вырвал цепь, удерживающую моё плечо. Теперь вся рука у меня была свободна.
Минут десять я отдыхал, дожидаясь, когда полностью восстановиться кровообращение в затёкшей руке. Потом нащупал цепи, удерживающие мою голову и шею. Каждая следующая цепь отрывалась как будто легче, и скоро я уже смог поднять голову и оглядеться. Мда, зрелище, скажу вам замечательное. В длину, вместе с хвостом во мне было метров сорок-пятьдесят, если не больше. Прямо скажем, не мало. Шкура моя была насыщенного чёрного цвета. Жаль только, что своё лицо (или морду?) я не мог видеть. Приходится верить тому, что я вижу – я превратился в дракона. Но слишком долго рассматривать себя я не мог. Если уж я в подземелье, и прикован цепями, значит, особого гостеприимства можно не ожидать. Руки у меня уже были свободны, и минут через пятнадцать я скинул с себя последние оковы и встал-таки, расправив крылья.
О, мамочки! Снова боль. Крылья мои были слишком долго пережаты цепями, и теперь, когда кровь возвращалась, я испытывал жуткие муки. Чтобы не зареветь на всё подземелье я впился зубами в собственную руку. Когда боль утихла, я стал осторожно расправлять и складывать крылья, прислушиваясь к своим ощущениям. Это было так странно. Ещё будучи студентами, мы с друзьями спорили, что будет, если разум человека «внедрить» в собаку. Я утверждал, что он даже хвостом пошевелить не сможет, просто потому, что у него нет такого понятия – хвост. А сейчас я свободно двигал хвостом и крыльями, и мне не казалось это непривычным. И всё же это было так странно.


Добавлено в [mergetime]1091665046[/mergetime]:
Затем я осмотрел место своего заключения. Это было большое каменное помещение со сводчатым потолком, по углам которого виднелись тёмные отверстия, то ли для вентиляции, то ли для подслушивания того, что твориться здесь, внизу. Окон наружу не было, но в боковой стене был большой проём с воротами из стальных прутьев, похожими на ворота в арках домов. За воротами начинался длинный коридор. Единственным источником света здесь была пара факелов в его конце. Другого пути на свободу у меня не было. Прежде чем пытаться выйти, я решил ещё раз осмотреть помещение. Кроме цепей в нём не было даже соломинки. Я подошёл ближе. От цепей шёл явный запах. Раньше я этого не замечал. Опустившись на четвереньки, я стал обнюхивать их. Мне пришло в голову, что со стороны я похож на большую собаку, берущую след. Да мне-то что, всё равно никто не видит. Чем дольше я принюхивался, тем явственнее становился аромат. В этом запахе было что-то знакомое, в нём был какой-то ответ, но я никак не мог вспомнить. Однако одна цепь не пахла. Это меня заинтересовало, и я взял её в руки. На том кольце, что крепилось к клину, висел маленький амулетик на шнурке из конского волоса. От него тоже исходил слабый запах, но другого рода. Я рассмотрел вещицу – она была вырезана из какой-то чешуйки и напоминала по форме и рисунку кельтский крест. Внезапно меня осенило. Я понял, что за запах я чувствовал, это был запах магии. Цепи были просто пропитаны ею, и поэтому я не мог их поначалу порвать. Все вместе они образовывали структуру мощного заклинания. Когда я одну за другой отрывал цепи, я тем самым разрушал заклятие, а амулет создавал слабую точку в нём и ослаблял его действие. Если бы амулета не было, я не смог бы вырвать первый костыль. Тогда значит, что тот, кто привязал его к цепи и забил костыль не до конца, рассчитывал, что я смогу разорвать чары и цепи. У меня в этом мире есть союзник? Я осторожно подцепил шнурок когтем, и он, неожиданно развязавшись, скользнул мне в ладонь. Зажав амулет в кулаке я уже с некоторой уверенностью шагнул к выходу. Я тут же забыл про маленький амулетик, и позже пожалел, что потерял его.*2
Ворота были выкованы из толстых стальных прутьев, образующих мощную решётку. Закрыты они были на засов, весьма хлипкий на вид, но он источал магию с такой силой, что мне сразу стало ясно, что с ним связываться не стоит. Я попробовал разогнуть прутья, но всех моих сил не хватило даже на то, чтобы их слегка пошевелить. Гномская работа. Ненавижу этих карликов (я уже начинал думать как дракон).
Над верхним краем воротин оставалось около метра свободного пространства. Будь я человеком, я бы свободно пролез бы там, если бы смог подняться по воротам, но при своих нынешних размерах я едва мог просунуть туда кисть руки. Ворота навешивались на массивные петли довольно простого вида, точно такие же, как дверные. Если бы зазор над воротами был хотя бы метра два с половиной, можно было бы попробовать снять их с петель. Я взялся за перекладину ворот и приподнял их. Сперва они даже не шелохнулись, но когда я чуть-чуть качнул их из стороны в сторону, они неожиданно легко сдвинулись и соскочили с петель, не поднявшись и на пол метра. От неожиданности я их чуть не уронил. Когда первое замешательство прошло, мне стало смешно. До чего же глупы эти гномы, если делают такие огромные петли и столь короткие оси в них, что ворота можно снять с петель, не открывая.*3
Выйдя в коридор, я навесил ворота на место - пусть те, кто заточил меня сюда, поломают голову над тем, как мне удалось выбраться. Коридор оказался довольно тесным, я мог передвигаться только на четвереньках, но не испытывал при этом никаких неудобств. Моё нынешнее тело было гораздо лучше приспособлено для такого способа перемещения, чем предыдущее. Коридор заканчивался в основании огромной башни, которая напоминала трубу, сужающуюся к верху. По её внутренней стороне шла винтовая лестница без поручней. Слева от выхода из коридора начинался спиральный пандус, выводивший к глухим дубовым воротам над моей головой. Получалось, что коридор проходил всего лишь в трёх метрах под землёй. Стараясь не шуметь, я подошёл к воротам и прислушался. Снаружи было тихо, только слышны были крики птиц, похожие на крики стрижей. Вскоре я уловил звук дыхания двух человек. Похоже, они спали. Я отчётливо чувствовал запах разогретых полуденным солнцем досок и потных человеческих тел. Магией здесь и не пахло. Я осмотрел ворота. Мощные дубовые они открывались наружу. Как и на что они были закрыты, я не мог видеть. Если мне не удастся выбить их с первого удара, я потеряю преимущество неожиданности, а что меня ждёт снаружи, я вообще не знаю. Мне нужно было провести предварительную разведку. Хм, в принципе, я мог бы попробовать подняться наверх башни. Я стал осторожно карабкаться наверх, следя за тем, чтобы когти мои не слишком громко скребли по камням. Не соскальзывать мне помогали крылья, которыми я упирался в противоположную стену. Мне определённо нравилось моё новое тело, как человек я не смог бы проделать ничего подобного, мне просто не хватило бы сил. Однако я ещё не совсем привык к нему, а именно - плохо ощущал его размеры. Башня наверху оказалась слишком узкой для меня, чтобы я смог выбраться наружу. Добравшись до самого верха, я замер, стараясь понять, есть ли кто наверху. Потом осторожно открыл люк. Увы, он был настолько мал, что я не мог в него выглянуть, к тому же мне мешали ступеньки. Поэтому я стал осторожно отковыривать одну доску перекрытия за другой, складывая их на лестницу. Сколько времени я провозился, не знаю, но, отковыряв большую часть досок, я смог просунуть голову наверх. Башня действительно представляла собой трубу с классическими зубцами по верхнему краю, на которых покоилась коническая шатровая крыша. Выбраться через её горловину мне не представлялось возможным, так как непосредственно перед зубцами башни имелось сужение, на котором как раз крепилось перекрытие, частично мной разобранное. Однако голову я смог высунуть свободно, и высокая крыша мне не мешала. Я огляделся (какое же это преимущество – длинная гибкая шея). С моей позиции мне было видно не многое. По всей видимости, башня стояла либо посреди большой площади, либо среди невысоких зданий, так как единственные крыши видимые мной были крышами замка в паре сотен метров. По периферии замка так же были башни, штук семь или восемь, но это были не сторожевые башни, как моя, а жилые, так как имели витражные окна. Дальше по периметру, тянулась каменная стена со сторожевыми башнями вроде моей, но чуть меньшими, и в каждой я разглядел по человеку. Хоть они и были достаточно далеко от меня, я хорошо мог их рассмотреть. Моё зрение стало в тысячу раз острее. Больше всего меня поразила их одежда. Они все были одеты в чёрные рясы и носили высокие колпаки. В руках каждый держал по длинному посоху. Я впервые видел настоящих магов.
Им было отчаянно скучно. Кто-то слонялся по площадке, кто-то стоял, прислонив посох к стене, с тоской глядя в даль. Один смотрел вниз, внутрь стены, видимо наблюдая за кем-то, двое общались – я видел тонкую ниточку магии, протянувшуюся между двумя соседними башнями. Она имела бледно-голубой цвет, и колебалась то вверх, то вниз, словно от ветра.
Что ж, общее положение дел мне понятно. И кто заточил меня в подземелье, тоже ясно. Меня? Ой, да ладно, с собой разбираться буду позже, а сейчас надо думать об освобождении. Все подступы к замку контролируются магами, а значит, что и вырваться отсюда будет нелегко. Как же быть? Я ещё раз поочерёдно рассмотрел все башни. На одной из них уставший маг зевал так, что запросто мог вывернуть челюсть. Внезапно он так и замер с широко раскрытым ртом. Он смотрел прямо на меня. Неужели он меня видит? Это что же, у магов такое же зрение, как и у драконов? Нас разделяет несколько сотен метров, как он может видеть меня на таком расстоянии внутри тёмной башни сквозь узкие бойницы? Чёрт!!! Он же всегда видел башню насквозь, а теперь я перекрыл собой её. Он не видит меня, он просто видит, что в башне что-то есть, но пока не может понять, что.


Добавлено в [mergetime]1091665153[/mergetime]:
В этот момент моя нога соскользнула, и внезапно потеряв опору, я рухнул вниз. В первый момент я инстинктивно (откуда это?) раскрыл крылья и больно ободрал их о стены. Это слегка притормозило моё падение, и я успел сгруппироваться для приземления. Я словно кошка опустился на все четыре лапы, и сверху на меня посыпались доски от разобранного перекрытия. Такой грохот не мог остаться незамеченным. Больше медлить нельзя, меня раскрыли, и теперь меня могут спасти только крылья. Изо всех сил оттолкнувшись от пола я вышиб дубовые ворота. Перед башней действительно оказалась площадь, а вокруг неё и позади башни располагались двух - трёхэтажные дома. В три прыжка я пересёк всю площадь и вскочил на крышу крайнего дома. Это было большой ошибкой, черепичная крыша посыпалась внутрь, и я еле смог оттолкнуться от неё. Расправив крылья, я рванулся вперёд. Это было так странно – лететь. Но прислушиваться к собственным ощущениям было некогда, мне необходимо было сматываться. Я рвался вперёд, и моей целью была крепостная стена. Я уже видел впереди тоненькую ниточку магического разговора. Я летел слишком низко и едва не зацепил край стены, проскочив под магической нитью. Мне почему-то было страшно её коснуться. По другую сторону стены раскинулся город. Только дома здесь были явно более бедными. Двухэтажные встречались редко и лишь вдоль широких улиц, а в основном это были жалкие халупы, скученные настолько, что можно было подумать, что они жмутся друг к другу, чтобы согреться. Замок стоял на вершине пологого холма, и это мне было на руку, я заскользил вниз по склону над самыми крышами, мне так было легче. Первыми опомнились те двое, что вели магическую беседу. Каким-то боковым зрением я увидел две магические вспышки на башнях, но боевые заклинания рванулись не ко мне, а навстречу друг другу. Всё ещё висевшая в воздухе нить разговора сработала как проводник заклинаний. Я не знаю, как эта магическая нить устроена, но заклинания прошли по ней, не столкнувшись, и поразили самих магов. Вот тут-то я понял, что это не игрушки – обе башни взорвались с невероятным грохотом, словно в них попали фугасные снаряды. Столь мощный эффект подстегнул меня, и я замахал крыльями с удвоенной энергией. Теперь сориентировались и другие маги, но я был на линии огня только двух башен. Прицелиться маги точно не могли. Какой-то гул прошел справа от меня, и несколько домов разлетелось в щепки. Я шарахнулся в сторону, и это спасло меня – другой магический удар разнёс ещё один квартал. В воздух поднялось облако пыли от разрушенных домов, и маги потеряли меня из виду. Ещё с десяток атак разметали эту половину города, а я уже пролетал над окраинами. Впереди блеснула река. Домишки выходили к самому берегу, и даже стояли на сваях прямо в воде. Взрыв разнёс вдребезги пристань, разметав в стороны лодки и мелкие судёнышки. Я шарахнулся влево, и увидел, что там река делает крутой поворот. Мчась над самой водой, я стремился укрыться за обрывистым берегом, поросшим лесом, который должен скрыть меня от взглядов магов. Несколько ударов, прошедших надо мной сказали мне, что я ушёл из их поля зрения. Спасительная река сделала поворот, и я оказался в безопасности. Позади прогремело ещё несколько взрывов, видимо кто-то из магов не понял, что я уже далеко, и продолжал громить город. Позже я понял, что меня спасла неожиданность. Маги, не ожидавшие моего появления, применяли только самые простые боевые заклинания, идущие прямолинейно и сносящие то, во что попадут. Для атак движущихся целей они не очень подходят. Если бы кто-нибудь из них догадался сотворить самонаводящееся заклинание, моя песенка была бы спета.
Улетев подальше от города, я рискнул приподняться чуть выше и оглянулся. Далеко на горизонте стояло огромное облако пыли. Ого, как я далеко уже умотал. Сам не заметил. Теперь я мог чуть-чуть расслабиться и обдумать своё положение. Я на чужой, враждебной планете в неизвестном мне мире. Как мне здесь выжить? Куда податься? При моих размерах я не смогу спрятаться. Люди явно ко мне будут относиться враждебно. Найду я друзей? Тут я вспомнил про амулетик. Где я его выронил, я даже заметить не мог. Очень жаль, мне кажется, что эта вещица мне могла бы ещё пригодиться. И всё же, кто-то помог мне бежать, а значит, я могу рассчитывать хоть на чьё-то сочувствие в этом мире.
Я поднялся над лесом и полетел прямо, оставив извивающееся русло реки. Я летел, и это наполняло меня неизъяснимым восторгом. Я всегда мечтал летать, не на самолёте, а сам. Мне казалось, что стань я птицей, смог бы полететь сразу же. Ну что ж, хоть и не птица, но я лечу… Я не знаю почему, но лететь мне не сложно. Нет, конечно, полной уверенности нет, но страха или скованности я не чувствую, как будто летал всю жизнь.
По ходу дела я рассматривал простиравшуюся подо мной страну. Мир этот прозябал в глухом средневековье (ох уж эти стереотипы ХХ века). Городов я не видел совсем. А вот различных деревушек и хуторков попадалось достаточно. Более-менее крупных лесных массивов не было, рощи и перелески перемежались полями и пастбищами. Но чаще попадались пустоши и гари. Похоже, мира эта страна давно не видела. Иногда над равниной поднимались холмы с замками на вершине. От них я старался держаться подальше, даже если они выглядели заброшенными и полуразрушенными. Самой интересной чертой почти всех населённых пунктов были похожие на минареты башни магов (как я предположил, и впоследствии выяснилось, что это действительно так). И чем крупнее было поселение, тем выше и мощнее была башня. Маленькие хуторки вообще не имели башен, но нигде я не видел, чтобы в одном селении стояло сразу две. Кое-где на возвышенностях стояли сторожевые башни, похожие на шахматные туры, широкие и массивные. В каждой торчал маг, и провожал меня долгим взглядом. Пара попыталась сотворить какое-то заклинание, но я ведь тоже не дурак, соваться в пределы досягаемости. (Не спрашивайте, как я определял безопасную дистанцию, сам не знаю - что-то вроде интуиции).


Добавлено в [mergetime]1091665210[/mergetime]:
В какой-то момент я почувствовал смутное беспокойство. Оглянувшись, я чуть не упал - над горизонтом висело пять точек – на коврах самолётах за мною гнались маги! Вы можете это представить? Тут уж было не до созерцания пейзажа, я замолотил крыльями что было сил. Однако ковры оказались гораздо скороходнее, и вскоре маги настигли меня. Они развернулись полукругом, летя несколько выше, и крайние стали обходить меня с двух сторон. Я не знал, что они собираются делать, поэтому ничего не мог предпринять. У меня мелькнула запоздалая идея, что если бы я не ломанулся с самого начала, а попробовал бы вступить в переговоры, может, всё сложилось бы иначе. Если бы они увидели, что я разумный, и не хочу им зла, они бы могли вступить со мной в союз. Я бы вполне мог им пригодиться.
В этот момент маги начали творить заклинание. Не знаю уж, как они договариваются между собой, но их посохи одновременно вспыхнули, и из них стали расти длинные жгуты наподобие магического разговора. Самый толстый жгут тянулся из посоха центрального мага.
Интересно, маги видят свои заклинания, или это только способность драконов?
Вскоре все жгуты сошлись в одной точке, почти прямо надо мной, и из неё стала расти сеть, вроде невода, если я правильно понимаю это название. Когда она закрыла от меня большую часть небосклона, она стала опускаться вниз, и, одновременно её края заворачивались внутрь. Вскоре меня сцапают. Вперёд мне не вырваться, маги всё равно летят быстрее, вправо и влево мне не дадут уйти те, кто обошёл меня с флангов.
Я не успел даже подумать, а моё тело уже бросилось вниз и назад. Мчавшиеся со всей скоростью маги не ожидали, что я рвану им навстречу, но меня подвела моя неопытность – я чуть не врезался в землю. Как мне удалось вывернуть и взмыть вверх, я не знаю. Напуганный таким оборотом дела, я смотрел вниз, и не видел, что твориться сверху. И тут меня словно молотом по голове огрели. Небо вспыхнуло, словно светомузыка. Оглушённый, я расправил крылья, и некоторое время не мог понять, что произошло. Меня затошнило и в животе стало как-то не хорошо. Но тут же я вспомнил об опасности и постарался собраться. Я парил на распахнутых крыльях, и небо передо мною было чистым. Оглянувшись, (ох, в голове загудело) я увидел четырёх магов, разворачивающихся для атаки. Где же пятый? Я закрутил головой, стараясь высмотреть его. Враг невидимый гораздо опаснее того, что на виду. Однако его нигде не было видно. Тем временем четверо сменили тактику и принялись посылать в меня простейшие атакующие заклинания, навроде тех, что разнесли пол города, но менее мощные. Я вновь рванулся вперёд. Маги так же выстроились подковой и стали прижимать меня к земле, продолжая осыпать огненными шарами. Мне приходилось петлять из стороны в сторону, чтобы они меня не достали. Тут я понял, что лечу в обратную сторону, а это в мои планы не входило. Взмыв вверх, я ринулся навстречу тому магу, что был ближе всего ко мне. Лобовой атаки он никак не ожидал, и поэтому, резко свернув, столкнулся с другим. Первому удалось удержаться и выправить полёт своего ковра, а второй как раз вылетел с него, а ковёр кубарем полетел вниз, рухнув в лес. При этом он пробил в деревьях значительную брешь. Следя за падением ковра, я не видел, куда делся маг, но теперь понял, как исчез первый. Это только с виду летательные аппараты магов были похожи на ковры, а на самом деле они были достаточно жёсткими, и не теряли форму после того, как маг покидал их. Теперь мне было понятно, что меня так отоварило по голове. Что ж, таран – один из самых древних приёмов воздушного боя, но второй раз мне его применять не хочется.
Тут я чуть не схлопотал по башке файрболом. Расслабляться было ещё рано. Я ринулся вниз, и попытался прорваться к невысоким скалам, что виднелись неподалёку. Фактически это больше напоминало Гранд Каньон в Америке, но только поросший лесом. Нырнув в него, я оказался укрыт от двух магов, но один вышел позади меня и метнул в меня заклинание, гораздо более мощное, нежели все предыдущие. Я уже заметил, что магам надо «перезаряжаться» после каждого удара, и чем мощнее заклинание маг применил, тем дольше он оставался безоружным. Это надо было использовать. Мне повезло, что маг ударил по мне с разворота. Его занесло, и синяя светящаяся «сопля» (не знаю, как это ещё можно назвать) врезалась в склон в нескольких метрах от меня. Эх, их бы энергию да в мирных целях… Склон взорвался голубым взрывом, разметав деревья и камни. Одна ёлка (или что-то на неё похожее) чуть не сшибла меня. Я инстинктивно схватил её. Опа! Тут во мне проснулся бесёнок. Что ж, сыграем в бадминтон. Маг почти догнал меня, но применив мощное заклинание, не мог сотворить даже элементарного файрбола, и я, держа дерево за макушку, перевернулся на лету и шибанул его снизу комлем. Удар получился гораздо мощнее, чем я ожидал, из-за большого замаха, и колдун свечкой взлетел вверх. Когда он кубарем пролетал мимо меня вниз, я попробовал хлопнуть его ещё раз, но бейсболист из меня никудышный, а моя импровизированная бита мешала мне лететь. Поэтому я промахнулся, а чтобы не шмякнуться самому, бросил дерево. Но с меня было довольно и того, что маг исчез среди деревьев на дне каньона.
В этот момент второй маг нырнул в каньон позади меня, и мне пришлось рвануть изо всех сил. Внезапно скалистые стены расступились, и передо мною открылась каменистая равнина. Здесь я оставался на виду, поэтому я нечеловеческими (и даже недраконьими) усилиями развернулся и поднялся назад к краю каньона. Меня вынесло наверх, и я увидел, как маг ниже меня вылетает из каньона на равнину. Он потерял меня из виду. И я, воспользовавшись этим, ринулся за ним вдогонку. Маг слишком поздно меня заметил, я был уже почти над ним. Он оглянулся, и я увидел его глаза, полные ужаса. Я рыкнул для острастки, и он с перепугу рванулся от меня вниз. Нельзя совершать такие манёвры, если ты мчишься со скоростью самолёта в пятнадцати метрах от каменистого склона. Ковёр врезался в камни и маг метров триста кувыркался по склону, подпрыгивая словно мячик.
Но расслабиться мне не дали. Последний маг уже был рядом, и метал в меня файрболы. Интервалы между выстрелами были секунды три-четыре, и я приноровился резко уходить перед каждым его ударом в сторону. Но долго такая игра продолжаться не могла, я ведь всё-таки не железный. Впереди, поперёк моему полёту возвышалась каменная гряда, а за ней явно было понижение, но самое главное – прямо у меня на пути, на краю гряды стояла сторожевая башня. Маг, сидевший в ней заметил нас слишком поздно, но его посох уже засветился, готовый метнуть в меня пучок магии. Засмотревшись назад, я слишком поздно заметил его, и резко взмыл вверх. Файрбол, выпущенный моим преследователем промчался у меня под брюхом и скрылся в амбразуре башни, и не успевшее сорваться с посоха заклинание «сдетонировало», разметав башню. Интересно, у них что, традиция такая, убивать друг друга? На сей раз немного досталось и мне. Во-первых, ударная волна приложила меня так, что я несколько секунд не мог вздохнуть, а во-вторых, меня осыпало булыжниками от разорвавшейся башни. Странно, что не пострадали крылья, потому, что несколько камней ударили меня по груди и животу, причём весьма чувствительно, а один приложил меня в нижнюю челюсть так, что мне недели две после этого было больно жевать. Пролетев сквозь облако пыли, я помчался вниз, в покрытую лесом долину. Маг вылетел на край гряды, но за мной не последовал. Проводив меня взглядом, он развернулся, и, покружив над останками башни, улетел обратно.
Я, наверное, только через полчаса снизил скорость и успокоился. За это время я покрыл огромное расстояние, и вряд ли теперь меня могли найти. Тем более что эта местность была абсолютно безлюдной. За всё время моего полёта здесь, я не видел ни одной деревушки, и всё пространство вокруг занимал лес. Местность была гористой, скорее всего это было какое-то плоскогорье. Я невероятно устал, и мне необходимо было найти какое-нибудь убежище. Больше всего мне подошла бы большая пещера, но ничего подобного мне не попадалось, поэтому я выбрал ложбину между двумя скалами и улёгся там головой наружу. Лежать головой вниз по склону было не очень удобно, но мне хотелось контролировать все подступы к моему убежищу. Атаковать внезапно меня можно было только со скалы позади меня, а это не просто, скала отвесная и высокая. Поэтому вскоре я задремал, сморённый дневными приключениями. Последнее, что я видел – алый диск солнца, опускающийся за горизонт. Где это солнце находилось? В какое место вселенной, в какое время меня занесло? Я спал.


*1 – Самое любопытное, что это действительно оказалась колдунья. Она узнала, из какого мира, какого места и времени должен осуществиться переход, и попыталась меня остановить. Если бы она знала, что именно её «помощь» перенесёт меня в этот мир…
Хотя, если бы маги были бы не так озабочены выяснением, кто из них круче, и делились бы полученными знаниями, она бы отказалась от своей затеи, так как другой маг получил такое предсказание:

Великая ведьма пройдёт сквозь миры,
Стараясь нарушить теченье игры.
Волшебная сила её не спасёт,
И гибель внезапную ей принесёт
Стальной колесницы смертельный пробег.
И крылья расправит дракон-человек.

*2 – Лишь позже я узнал, что способен сохранить любой предмет, только пожелав этого, и получить его в тот же миг, как захочу (не достаточно просто вспомнить о сохранённой вещи, надо именно захотеть получить её вновь). Это магия драконов.

*3 – Позже я изменил своё мнение о гномах, так как именно они и помогли мне бежать, специально выковав такие петли у ворот, и привязав амулет из чешуйки дракона и волоса единорога к цепи. Гном, привязавший амулет, сознательно выбрал слабенький артефакт, чтобы маги не заметили его магию. Его действие было не сильным, но он потихоньку нейтрализовывал сковывающее заклинание, создавая в нём брешь. Гном, привязавший его, был уверен, что «глупый ящер» никогда не догадается снять ворота, а будет ломиться напролом, и не сообразит забрать с собой амулет, чтобы маги не узнали, как ему удалось вырваться.

Я шёл по коридору. Хотя не могу сказать, был это коридор или тоннель. В общем, пространство было замкнуто со всех сторон кроме двух – откуда я шёл, и куда направлялся. Было темно и странно. Мне казалось, что конца моему пути не будет. Зачем я иду? Откуда? Куда? Сбоку неожиданно открылась дверь. Или дыра, или окно? За ним я увидел мир. Солнечный мир, жаркий. Там бродили странные создания, они пожирали друг друга и вымирали, а на их месте появлялись новые, и всё продолжалось по кругу. Я приостановился на миг, но меня что-то (или кто-то?) подтолкнуло дальше. Вот я увидел другой мир, холодный и негостеприимный, но и здесь была жизнь, и в следующем, и дальше. Я проходил мимо, не останавливаясь, и вскоре миры слились для меня в бесконечный поток возрождений и смерти. А потом я увидел свет, я увидел дракона. Огромный золотой, он оказался прямо передо мной, или я перед ним? Я шёл к нему. Я шёл за ответом. Кто я?
- Ты Дракон. И ты будешь им до окончания времени твоего мира.
- Как это?
- Это не важно. Важно, что ты не захотел умереть и выбрал борьбу. Тот, другой – сдался. И он ушёл. Теперь твоя очередь решать, быть миру или нет. От тебя зависит, куда повернётся колесо судеб. Выберешь жизнь и борьбу, и будешь жить, выберешь смерть и отдых – уйдёшь. От тебя зависит, по какому пути потечёт река жизни, кому выжить, а кого смоет эта река. Иди, твой путь перед тобой.

Холодно. Я проснулся и открыл глаза. Под утро роса покрыла не только окружающие камни, но и меня. Я вспомнил, что со мной произошло, и кем я стал. Мне снова стало страшно. А ещё у меня создалось впечатление, что я должен что-то сделать, и от этого зависит не только моя жизнь. Возможно, от этого зависит и то, взойдёт ли завтра солнце над этим миром. Мне стало ещё страшнее. Я всё же оставался человеком и меня пугала неясность и смутное, но от этого не менее огромное чувство ответственности. Стараясь избавиться от этих страхов, я встал и вылез из своего убежища.
Мои страхи мгновенно улетучились, прихватив с собою и угнетающее меня чувство. Теперь я чувствовал только голод. Это было проблемой номер один. Чем я должен питаться? Я тут же вспомнил земные завтраки. Больше мне не придётся попробовать дымящийся омлет с поджаренной колбасой. А сдобная булка с маслом, сладкая каша, стакан молока… Как я буду жить без чашки кофе? Я зарычал. Звук прокатился по долине, тая вдалеке, и от скал отразилось тихое эхо.
Я взлетел, и полетел на юг вдоль скал. Восходящее солнце уже начинало согревать мне шкуру. Чувство голода, как ни странно ослабло, но это не решало проблемы. Чем может питаться дракон? Суда по тому, что вид зеленых растений не вызывал у меня никакого аппетита, а зубы явно были предназначены не для перетирания грубой пищи, я должно быть хищник. А чем, или кем, может питаться хищник такого размера? Где мне найти себе достаточное количество еды? На Земле мне пришлось бы отправиться в Африку – только там я смог бы найти достаточно большое количество копытных, а здесь? Есть ли тут своя «Африка», и где она?
Я проснулся уже довольно поздно, а всякие птички и зверушки уже давно бодрствовали. Мелкие птички замирали, прекращая своё пение и провожая меня взглядом. Сурок взвизгнул от страха и юркнул в свою норку, у входа в которую он принимал солнечные ванны. Стайка птиц, похожих на куропаток с тарахтеньем поднялась со склона и исчезла в лесу у подножия гор. Но это всё больно мелкая живность.
Огибая большую скалу, я налетел на стадо диких коз. Они бросились наутёк, и я кинулся в погоню. Да, скорее всего я помру с голоду – догнать то я их догнал, но снизиться настолько, чтобы схватить у меня не получалось, я боялся зацепить концами крыльев за склон. Козы добежали до широкой расщелины и ринулись по её внутренней стороне. Одна оступилась и кубарем полетела вниз. Я резко развернул крылья и перешёл на кружение, следя за кувыркающимся телом. Наконец коза достигла дна расщелины и остановилась, лёжа на боку и откинув за спину голову. Я осторожно спланировал к ней. Она была совершенно целой, только из ноздрей выступила кровь, и глаза остекленело отражали скалы. Не зная, как правильно поступить с неожиданной добычей, я взял её в лапу и поднёс к лицу. Хм, или к морде? Я никак не мог привыкнуть к тому, что у меня не руки, а лапы, и морда, а не лицо.
Коза была тёплая и мягкая, а её голова безвольно болталась как у тряпичной куклы. Я вспомнил, как в детстве у меня из клетки вылетела канарейка, а я, пытаясь поймать её, ненароком придавил. Вот она тогда тоже была такая же мягкая и тёплая, и её головка так же висела. У меня комок подкатил к горлу, я даже сел, держа мёртвое тельце. Коза в моей лапе была не больше той канарейки в моей руке. Блин! Я со своей сентиментальностью помру с голоду! Рыча на самого себя, я вскарабкался наверх, и расположился на освещённом солнцем склоне, думая, как поступить дальше. По идее с козы надо снять шкуру и выпотрошить (забыв о канарейке я снова захотел есть), а потом как-то её зажарить. Мда, а ведь драконы должны как-то уметь изрыгать огонь. Вот ведь незадача, а ведь если бы в детстве мой отец брал бы меня в походы, я бы, наверное, сейчас не чувствовал бы себя таким беспомощным. Перевернув козу кверху брюхом, я брезгливо попробовал вспороть ей шкуру на брюхе. Коготь вошёл слишком глубоко, и из разрыва брызнула тёмная густая дымящаяся кровь. Душный запах ударил мне в нос. Меня замутило, и я чуть не потерял сознание, но в этот момент сгусток крови упал мне на сгиб кисти, и я машинально его слизнул. Как это было вкусно! Я опомниться не успел, а коза уже оказалась у меня в пасти и была пережёвана вместе со всеми потрохами. Никогда в жизни я не ел ничего подобного. Я готов был броситься в погоню за остальным стадом, но найти их уже было невозможно. Оказалось, что сырое мясо намного вкуснее жареного, особенно парное. Во мне проснулся хищник. Вылизав лапы, я взлетел. Искать тех коз было поздно, и я полетел дальше на юг.
Однако больше ничего стоящего мне на пути так и не попалось. Ближе к полудню я почувствовал, что мои глаза сами собой закрываются, и я решил передохнуть. Горы здесь были уже намного ниже и более пологими. Я выбрал ровную площадку на большой прогалине, образованную в лесу на склоне то ли лавиной, то ли селевым потоком. Она поросла обильным разнотравьем и дивно пахла. Солнце приятно грело мою шкуру, и я чувствовал себя превосходно. Найдя укромный уголок, где деревья окружали меня с трёх сторон, я задремал, убаюканный жужжанием насекомых и медвяным запахом трав.

Интересно. Возникает ощущение реальности происходящего.

Приятно и интересно было читать. Как уже сказала Аглая, вызывает ощущение реальности присходящего. Ты умеешь "рисовать словом", это видно. Чувствуются живые эмоции, яркие, динамичные и наполненные звуками, вкусами и запахами картины. Действительно хорошо.

Большое спасибо за отзывы. Графоману надо знать мнение читателей, это помогает и стимулирует(или понимаешь, что никому это не нужно).
Меня как раз волновало, "видят" другие, читая написанное, то, что "вижу" я, когда излагаю?
А вот дальше пойдут диалоги, а это самое сложное. Плохие диалоги могут на корню сгубить любую книжку или сценарий. Интересно, как вам продолжение?

----------------------------------------------------------------------------------------------

Я проснулся неожиданно. Солнце стояло высоко, приятно нагревая мою шкуру. Прошло, вероятно, не более двух часов, как я уснул. Я лежал, открыв глаза, пытаясь понять, что меня разбудило. В недвижном воздухе висел только гвалт кузнечиков, да где-то далеко кричала хищная птица, навроде канюка.
И тут я услышал негромкое пение. Голос был тихий и нежный. Если бы я не был удивлён, и был бы более выдержан, я бы затаился, надеясь, что та, кому принадлежал этот голос пройдёт мимо, приняв меня за камень, но я резко поднял голову, взглянув по направлению источника звука. Вверх по склону поднималась девушка. В руках она несла корзинку, в которую собирала какие-то травы. Время от времени она что-то напевала. Когда я поднялся над травой, она была на расстоянии не более десяти метров от меня. Меня она не замечала до сих пор только потому, что нас разделял выступ леса, а она к тому же была увлечена поиском нужных ей растений. Однако моё движение не могло остаться незамеченным. Глядя мне прямо в глаза, она на миг замерла в полном ужасе, а потом, бросив корзинку, побежала вниз по склону. Не знаю уж почему, но я ринулся за ней. Словно огромная ящерица я проскользнул между деревьями и, обогнав её замер у неё на пути, припав к земле. Она остановилась, закрыв лицо руками. Я физически ощущал её страх, но не хотел её пугать. Желая показать ей, что я не имею плохих намерений, я постарался издать самый нежный звук, из того, на что я был способен. Низкий рокот прокатился по лугу. Бедняжка вздрогнула и отвела ладони в сторону, глядя на меня сквозь сбившиеся на лицо локоны. Я попытался изобразить «ласкового щенка», сделав просительный взгляд, и улыбнувшись. Гм, сперва надо было бы прорепетировать перед зеркалом. Она попятилась назад и чуть не упала, споткнувшись о камень.
- Дракон, не убивай меня, пожалуйста.
- Хм, и не собираюсь.
- Тогда зачем ты на меня напал?
- Да я и не нападал… Стоп, ты меня понимаешь?
Удивление слегка смягчило её страх.
- Конечно, ты ведь говоришь на общем языке.
- Я говорю? – я только сейчас понял, что действительно произношу слова. Вот уж не ожидал. С моим-то голосовым аппаратом говорить? – Да, говорю, но,… я говорю по-русски.
- Поуски?
- Русски, Р-р-русски.
- Р-р-руски? Что это значит?
- Это мой родной язык.
- Я не знаю языка драконов.
- Это не язык драконов, на этом языке говорила моя мать.
- А она разве не дракон?
- Ты ставишь меня в тупик своими вопросами.
- Неужели дракона можно поставить в тупик? – она улыбнулась, откинув прядь волос с лица. В её зеленоватых миндалевидных глазах заиграли лучики. Она мне нравилась. Такого миловидного личика я давно не видел. Её слегка вздёрнутый носик, веснушки, золотистые волосы, всё это я словно видел когда-то во сне. А ещё она мне напомнила мою двоюродную сестру, умершую от рака много лет назад, которую я очень любил.
- Гм, я как-то не совсем дракон, точнее, я ещё не привык к этому. Ещё вчера утром я был человеком.
Она внезапно побледнела, и, отпрянув назад, всё же споткнулась и села на землю. Но она не стала подниматься, а, гладя себе под ноги, тихо пробормотала: - Не может быть! Так рано? Нет, не сейчас, а как же мой сын?
- Эй, что с тобой? Я тебя напугал?
- А ты сомневаешься? – она печально улыбнулась, подтягивая под себя ноги, - ты напугал меня дважды.
- Понимаю, я сам себя вчера испугался. А что ты говорила про «так рано»?
- Это пророчество.
- ???
- Откуда ты, дракон?
- Сложный вопрос, - я задумался, как лучше на него ответить, - до недавнего времени я жил на планете Земля.
- Как? Земля? – она заволновалась, - разве драконы тоже вышли с земли?
- Не понял, как это «вышли»?
- Ах, нет, извини, ты же говорил, что был человеком. А как ты стал драконом?
- Погоди, что ты сказала про Землю? – кажется я мог найти ответ на вопросы вставшие передо мной.
- Мой отец говорил мне, что все АН-ТРО-ПО-МОРФ-НЫ-Е расы родом из мира, который назывался Земля. Эльфы это отрицают, говорят, что они происходят из другого мира, и не состоят в родстве с людьми и гномами, а вот гномы как раз говорят, что они родились из земли. Возможно они забыли, что пришли из мира Земля, и считают, что это выражение относится к недрам, в которых они копаются. Только не спрашивай, что значит это слово, отец мне так и не сказал, сказал только, что это эльфы, гномы и люди.
- Антропоморфные, это значит, выглядящие как человек, - я задумался, - что же, мифы о гномах и эльфах не совсем вымысел? Тогда может, и драконы обитали на Земле когда-то? Именно драконы, а не динозавры.
- Мифы? Дракон, ты сказал мифы?
- Да, эльфы, гномы и драконы на Земле не живут. Есть, правда пигмеи, но они тоже люди.
- Значит, люди их всех истребили?
- Что значит истребили?
- Маги охотятся за магическими существами и воюют с эльфами. Гномы с ними сотрудничают, но это сомнительный союз.
- Расскажи мне о своём мире. Как он называется?
- Мир? – она удивилась, - Мир. Так и называется.
- Не понял.
- Как называется твой мир?
- Земля.
- А что такое земля?
- Это планета.
- А ещё?
- Хм, ты хочешь сказать… земля, почва. Мда, а ты умная. Конечно, для того, кто живёт в мире он и будет Миром. А кто населяет этот мир? Ты упоминала об эльфах и гномах, они здесь живут? Какие они?
- Атнро-по-морфные, - она почти перестала меня бояться и начала шутить, - Гномы чуть ниже людей, мне по плечо будут, а то и ниже, очень волосатые и с огромными бородами, - ей это казалось очень смешным, - а Эльфы, - на её лице появилось мечтательное выражение, - эльфы прекрасны, они стройны и изящны. Они гораздо красивее людей.
- А рост?
Она пожала плечами, - как люди.
- А хоббиты есть?
- Это кто такие?
- Мда, это я о своём. «Не время для драконов», не время.
Она опять помрачнела.
- Ты чего?
- Пророчества сбываются. Но мне не понятно, если ты – Дракон-человек, то… Как это может быть? ВСЕ пророчества сбываются, ВСЕГДА!
- Поясни, я ничего не понял. Какие пророчества?

Конец власти магов положит дракон.
Столицу разрушив, взойдёт он на трон.

- Тебе это ни о чём не говорит?
- Не особо.
- А это?

Возглавит восстанье дракон-человек
И магов тиранов прогонит навек.

- Слабенькие стишки. Ты считаешь, это как-то связано со мной?
- А разве нет? Это же очевидно! – она встала с земли, отряхивая платье. Я вытянул вперёд лапу: - Садись, и расскажи мне всё по порядку.
Она недоверчиво взглянула на предлагаемое «кресло», но присела и начала свой рассказ.
- Не знаю, с чего начать… В Мире живёт много разумных рас, но только люди, эльфы и гномы имеют свои государства, и влияют на весь Мир. Гномы из них, пожалуй, самые… тихие, что ли. К магии у них способности не великие, зато они трудолюбивы, и всё железо, что есть на свете, добывают они. Они мастера делать всякие штучки, украшения и оружие. Эльфы, эльфы рождаются с магией в сердце. Без магии эльф не проживёт, но их магия направлена в основном на созидание – они помогают деревьям расти, могут лечить раны, они даже своё оружие получают частично с помощью магии, или заклинают то, что выковали гномы.
- А эльфы и гномы не воюют?
- Раньше бывало, но уже давно этого нет. Они, конечно, не очень жалуют друг друга, но это же не повод для войны.
- А люди?
- Среди людей мало кто имеет способность к магии, да и из них большинство - всего-навсего деревенские колдуны, но те, кто ею овладевает в совершенстве, те правят этим миром. Магия людей очень сильна и разрушительна.
- О, да, я это уже прочувствовал. А как отношения у людей с эльфами и гномами? Ты что-то говорила про войну.
- Эльфы когда-то теснили людей, и использовали их как рабов, но когда люди овладели магией, всё изменилось, люди стали сильны, и начали вытеснять эльфов.
- А что, миром нельзя договориться?
- Как? Эльфы любят лес, а людям нужны поля…
- Понятно. Это мне напоминает славян и угров. И эльфов меньше, чем людей? Я догадался?
- Да. А этих, как ты их назвал… я не знаю. Такие здесь не водятся.
Я усмехнулся.
- Но причём здесь я?
- Одно из любимых заклинаний людей - заклинание пророчества: надо взять пергамент, произнести первую половину заклинания, и вылить на пергамент чернила. Подождать, пока они растекутся как следует, а потом произнести вторую часть заклинания, и слить лишние чернила. Тогда на пергаменте останется текст.
- И что там пророчествует?
- А когда что. Это зависит и от силы мага, и ещё от каких-то причин, никто толком не знает, - она усмехнулась, - маги брали и пергаменты разные, и чернила особые, а толку никакого, всё равно может чушь получиться.
- Так, может, это и не пророчества никакие?
- Нет, это точно. Они ВСЕГДА сбываются. Просто не всегда можно правильно их понять.
- А какие бывают пророчества?
- Всякие. Вот у одного мага-недоучки вышло однажды такое:

Кто мается дурью и любит веселье,
Тот неуд схлопочет по снам и по зельям.

Сообщение отредактировал Smok - 10-08-2004, 23:20

- И что?
- На следующий день ему влепили сразу две пары по обоим предметам, - она весело рассмеялась.
- А откуда ты это знаешь?
- Как откуда? – она удивилась, но тут же сообразила, что я ВООБЩЕ не в курсе, - я тоже училась когда-то в магической школе.
- Ты? Ты, маг?
- Магичка, или ещё говорят – ведьма. Только выперли меня с первого курса.
- Училась плохо?
- Наоборот, даже слишком успешно. Не любят они «грязную кровь».
- КАК?
- Моя бабушка была эльфийкой, разве не заметно?
- Можно подумать, я много эльфов видел. Значит, ты – полукровка?
- Четверть. У меня мама была полукровка. Она говорила, что бабушке не нравились эльфы мужчины, они на мужчин-то не похожи.
- Хм, а твою маму не Лашана звали?
- Нет, с чего это?
- «Грязная кровь». А ты, случаем не Гермиона?
Девушка склонила голову набок и взглянула на меня исподлобья.
- Ты так шутишь? Или ты не веришь мне?
- Нет, - я усмехнулся, – просто почти всё, о чём ты мне рассказываешь, я когда-то читал в каких-либо книжках. Такое ощущение, что всё, что люди на Земле сочиняют, где-либо происходит на самом деле.
- Это магия, - произнесла она на полном серьёзе.
- А ты использовала заклинание пророчества?
- Да, несколько раз.
- И что тебе предсказали?
- Разное. Во основном всякую дребедень, даже вспоминать не имеет смысла, но вот однажды… - она замолчала.
- Что? Не томи.
Она снова взглянула на меня исподлобья и тихо произнесла:

До сына триумфа ты не доживёшь
И в лапах дракона ты тихо умрёшь.

- Мрачно и тревожно. Но что это значит?
- Я и сама бы это хотела узнать, - она вздохнула, - Сначала я думала, что меня убьёт дракон, а мой сын победит его и прославится, а теперь…
- Если в этом пророчестве я, то я тебя убивать не собираюсь, если ты только сама тихо не помрёшь от страха. Тогда твой сын сможет смело мне отомстить.
- Ты смеёшься надо мною, дракон?
- Конечно, твоё пророчество – полная белиберда. Если это случится, то только не сегодня, если только здесь рядом не прячется другой дракон.
- Зря смеёшься, - она помрачнела, - они ВСЕГДА сбываются.
- Так я что, должен тебя убить? А я не хочу, и что дальше? Что с твоим пророчеством делать?
- Дело даже не в этом. У меня ещё нет сына, поэтому и отомстить за меня некому будет.
- И чем ты тогда недовольна? Тем, что я тебя не хочу убивать?
- Нет, конечно, - она слабо улыбнулась, - но мир с твоим приходом изменился. Пророчества сбываются и скоро начнётся война. Много людей её переживёт? А не истребите ли вы вместе с эльфами всех людей поголовно? Извини, меня отец ждёт, - она встала и отправилась за корзинкой.
- А твой отец колдун?
- Да. Скорее знахарь, он лечит людей. Это для его зелий травы, - она подняла корзинку и уложив в неё выпавшее повернулась ко мне, - так ты отпустишь меня?
- Что за вопрос. Иди.
Девушка пошла вниз по склону, а я смотрел ей вслед. Потом она остановилась и оглянулась: - А как твоё имя, дракон?
Я задумался. Назваться своим земным именем? Нелепо, я ведь уже не человек. Драко? Глупо. Тут мне в голову пришёл мой ник, которым я записывался в сейвах компьютерных игр.
- Моё имя Смок. А твоё?
- Хельга.
Она отвернулась и побежала вниз по склону. Я ещё долго смотрел ей вслед, хотя она уже давно скрылась из виду. Хельга… Ольга, значит. Эх, почему я тебя не встретил пока был человеком? Пророчества? Пророчества, это что-то новое. Земным ясновидящим и пророкам я не верил, но этот мир отличается от Земли. Если здесь есть маги, то отрицать реальность пророчеств просто глупо. Дракон-человек. Да, это похоже на меня. Неужели мне предстоит устроить тут революцию? НЕ хочу! Я взлетел и полетел дальше на юг.

Леса становились здесь более редкими, перемежаясь каменистыми лугами и осыпями. Вечерело. Небо на востоке становилось тёмно-синим. Скоро совсем стемнеет, а я всё ещё голоден. Вряд ли я смогу здесь найти что-либо съедобное. Хотя? Вон впереди идут двое копытных, не то быки, не то лошади… Я замахал крыльями, нагоняя животных, идущих параллельно опушке леса. Похоже, что, то из них, что мельче и пузатее – беременная самка. Тогда второй наверняка её самец. В этот момент самец, словно почуяв опасность, оглянулся. На его лбу красовался длинный витой рог. ЕДИНОРОГ??? Вот это чудо! Я видел, как жеребец рявкнул (звука я ещё не мог слышать), и они побежали к лесу. Кобыла бежала медленно, плод мешал ей, а жеребец чуть отстал и, семеня за ней, постоянно оглядывался на меня. Странно было только то, что они не побежали к лесу напрямую, а как бы наискось. Нет, охотиться на этих животных я уже не буду, и не только потому, что кобыла на сносях. К единорогам у меня сложилось весьма трепетное отношение, хотя в жизни они могут быть совсем не такими, какими я их себе представляю. Однако мне захотелось рассмотреть их поближе, а они вот-вот скроются за деревьями. Я прибавил скорости и почти нагнал их. Жеребец резко остановился и развернулся ко мне, а кобыла продолжила бег к лесу. Что ж, это даже лучше, она хоть не так перепугается, а самец потом её сможет нагнать.
Я опустился в нескольких десятках метров от жеребца, так как его взгляд и рог не обещали мне ничего хорошего, а получить в живот такой пикой только за ради любопытства мне не охота. Я пошёл по широкой дуге, стараясь рассмотреть диковинного зверя. Вблизи он уже не так сильно напоминал лошадь. Хотя общий вид его был сравним с лошадью тяжеловозной породы, он скорее состоял в родстве с быками. Сходство с лошадью ему придавали только туловище и удлинённая шея с густой гривой. Однако копыта его были раздвоенные, и нижняя часть ног обросла густой шерстью, как у першеронов или брабансонов. Хвост его скорее был бычьим, только кисточка на конце была почти как хвост лошади. Но самое странное, это то, что нижнюю часть шеи и подбородок покрывала густая борода. Не такая как у козлов, а такая, как у бизонов или у гривистых баранов. А на лоб спадала чёлка, словно бы подрезанная, чтобы в глаза не лезла. Масть у зверя была необычная, как впрочем, и он сам, светло-серебристо-серая, с более тёмной спиной и почти белым брюхом, а глаза оказались густого синего цвета. Он косил их в мою сторону, тяжело, со свистом дыша через широко открытые ноздри. Я удивился, ведь он не мог так запыхаться пока бежал, я гнался за ними не долго. Прижатые уши свидетельствовали о грозных намерениях. Ах, нет, я ошибся – он слушает, добежала ли кобыла до леса? Надо же, у него есть какие-то зачатки разума.
Когда кобыла скрылась среди деревьев, жеребец (или бык?) облегчённо вздохнул, и начал потихоньку пятиться от меня. Что ж, не буду больше их пугать. Я стал медленно отходить назад, глядя на единорога. Мне достаточно хорошо известно, что подобные ему звери могут напасть, если видят, что ты отступаешь.
Когда я взлетел, из леса раздался отчаянный крик, вопль полный ужаса и боли. Я ринулся к источнику звука и увидел на небольшой прогалине огромного зверя, нечто среднее между медведем и тигром. Он схватил единорожиху и пытался завалить её. Я заревел во всю мощь своих лёгких, и хищник бросился наутёк. Единорожиха рухнула как подкошенная. Я опустился рядом. Бок самки был разорван, и из раны вывалились кишки. Она больше не жилец. ГОСПОДИ! Да за что ж это? Ярость наполнила мою грудь. Я посмотрел в ту сторону, куда убежал зверь. Тварь, скрывшись в лесу, вовсе не собиралась совсем уходить. Почему? Ведь я явно сильнее, а любой хищник бросит добычу, если на неё будет претендовать хищник более крупный. Движение среди деревьев на краю поля зрения привлекло моё внимание. У меня в голове словно радар включился. Быстро оглянувшись по сторонам, я понял, почему первый не убежал – вокруг поляны было ещё пять таких же зверей. А тот, первый, стоял позади дерева, так что мне были видны только могучее плечо и морда зверя, старательно нюхавшего воздух, в попытках уловить мой запах. Да, положение усложняется, вшестером они для меня представляют реальную угрозу. Даже лев бросает свою добычу, если к нему приближаются голодные гиены.

кусок из рассказа Особенности словообразования и мироощущения
Если понравится - остальное скину.


Собственное положение в пространстве я ощутил уже на улице. Дул пронизывающий ветер, снег залетал в открытые глаза, разинутую глотку и даже касались самого-самого, моего… ну того, вот.. да. Вокруг стояла такая, несовсем окрепшая, ночь. Полагаю часов так, полпервого. Только вот она не совсем стояла, а как бы обтекала меня с боков. Но бока мои были защищены тремя собственного наполнения тенями.
Первой тенью [та, что слева] оказался очкастый самурай со странным именем Ко Стян. Он вяло, но хмуро переваливаясь со всей высоты собственного роста вперёд, только вперёд. Третьей тенью явился Свободный воин с невнятным именем Вов Чик. Индивид его был коренастым, изредка швыркающим носом типом, чьи ноги были обременены тяжестью собственного тела. Второй же тенью меня являлся я сам, и ничуть этому не сопротивлялся. Моё понятие «Инь-Янь» было полностью открыто всем людям, кого я ненавижу.
Направление нашего пути было мне не совсем ясно, но пока я старался не задаваться лишними вопросами. Редко торчащие из снега покосившиеся бетонные столбы скупо освещали куски пространства в котором мы находились. Фонари выплывали из темноты неожиданно и неопределённо. Всё пространство, которое приходилось окружением меня и теней, которые, по неясным причинам, вели меня к незримой цели, было медленно пронизано пушинками снега.
Ощущение самодовольства не покидало меня с самого момента появления мироощущения местоположения в заснеженной ночи. Мысли гуляли в душе, в полном единении с телом, даже не стараясь вырваться наружу.
Когда же ощущение насыщенности исчерпало себя, воспалённый разум настигло впечатление теневого общения. И, полностью отвлекшись от воссоединения-разделения инь-янь, я обратился слухом к приближенным Почтительным Войнам.
- Относительно положения тела: не поднимай и не опускай головы, не наклоняй её в сторону; глаза не должны бегать, не морщь лоб, сделай складку между бровями; взгляд пусть не переходит [с одного на другое], старайся [часто] не моргать; сузь брови немного; сохраняй неподвижный взгляд, держи переносицу прямо, а подбородок слегка выдвинь вперёд. – Ко Стян вяло улыбался, и стараясь не поворачивая лица выдавливал всё это в уши Свободному войну. Тот в свою очередь оправил ватное кимоно и обратил свой взгляд на мои потерянные мысли.
- Скорость в хэйхо не есть истинный путь. [Понятие] скорости – то есть быстрее, или медленнее, [появляется, когда] не соответствуешь ритму вещей. [движения] мастера Пути не выглядят быстрыми. Например, есть скороходы, покрывающие за день 40 или 50 pu. Это не значит, что они мчатся с утра до вечера. Неумелый скороход будет бежать весь день и, тем не менее, не покроет большого расстояния. – Во Вчик вновь оказался ко мне профилем и отчуждённо выпятил подбородок.
Только лишь теперь я обратил внимание на то, что конечности наши свободно перемещают нас по белым крупинкам. Равномерно то появляясь, то исчезая под кимоно. Одновременно с тем шаг был жёстким и решительным.
В полной тишине, при абсолютном отсутствии инь-янь я ощутил Бусидо. Снег тихо похрустывал под ногами, где-то недалеко подвывал ветер. Вдалеке, в таких же выхваченных кусках освещённого пространства кто-то перемещался. Мелькнула мысль, что это могут быть ниндзя и я судорожно стал нащупывать вакидзаси.
- Не должно быть ни «сильных», ни «слабых» длинных мечей. Длинный меч, которым сильно взмахивают, - груб. Трудно победить одной лишь жесткостью. Опять-таки, говоря о «сильном» мече, - когда рубят противника и вкладывают в удар излишнюю силу, случается так, что зарубить не удаётся. Также и при учебной рубке: неверно [«плохо»] наносить [излишне] сильный удар. В сражении с противником никто не думает – ударить сильно или ударить слабо. Просто, когда собираешься насмерть зарубить его, дух твой не силён, но и, конечно, не слаб, - просто ты стремишься убить его. Бывают случаи, когда «сильным» длинным мечом наносят мощный удар по противнику, когда теряется устойчивость и положение неизбежно становится неблагоприятным.
После этих слов на душе у меня потеплело и стало много спокойнее. Меч я таки не нащупал и, отхлебнув мутного саке, махом о нём забыл. Путь Воинов всё не хотел прекращаться, но и не мучил меня своей продолжительностью и однообразностью. Уверенность чистоты, законченности и единения конечной цели Бусидо предавала сил. Разум мой был чист, как утренняя роса на лепестке сакуры.
Я явно ощутил необходимость сделать привал. Приверженность самурая лошади явилась явной необходимостью. Нытьё и мычание вырвавшееся из пьяной глотки натолкнуло тени на диалог. Они несколько помедлили, предвзято оценили меня [один с высоты, а второй, соответственно был чуть ниже. И только сейчас я подумал о лестнице недоумков… имбицилов] и завязался новый диалог.
- Настоящий самурай, из соображений сострадания и чести, никогда не перережет своей лошади сухожилия. Это насилие, позволяющее лошади делать шире шаг и тем самым увеличивать скорость перемещения, никогда не найдёт отражения в сердце самурая! – Ко Стян криво ухмыльнулся и чуть позже весело захохотал, повышая и мой моральный дух и дух Свободного война. Последний вяло ухмыльнулся и так же обратил ко мне свою речь:
- Самурай, как обладатель абстрактной лошади, - Во Вчик выдержал паузу [в её процессе он успел что-то сунуть в рот и поджечь] – Уж не сомневайся, он таковым и является. Самурай должен заботиться о своих колёсах. – Тень усмехнулась. – Он должен, нет, просто обязан останавливаться на привал. Кормить и поить лошадь. Чтобы она отдохнула её можно привязать [хотя, впрочем, можно и не привязывать]…

Скользки! Сильно. Красиво описано ощущение снега и холода. Как будто сам вышел в морозную ночь на улицу. Но вот больше ничего не понятно. Ни сюжета, ни смысла. И рассуждения странные. Ты увлекаешься японией и самураями? Мне это совсем не знакомо.

Продолжу выкладывать историю своей послежизни. Хочется всё же знать мнение форумцев.
....................................................................................................................................
А эти твари явно шутить не намерены. Они присматриваются ко мне, выбирая возможность напасть. Приглядевшись к тому, что оставался напротив, я уяснил степень опасности. На Земле этих зверей сразу же окрестили бы саблезубыми тиграми. В них действительно было что-то кошачье, и шкура буро-жёлтого цвета с пятнами и разводами усиливала сходство с кошками. А клыки были весьма внушительными. Вероятнее всего они привыкли нападать на крупную добычу с прочной шкурой. Хм, а не охотятся ли они и на драконов? Хельга мне ничего про местных хищников не рассказала, не надо было её отпускать, не узнав всё как следует.
Я принял оборонительную позу, перенеся вес тела на задние лапы, чтобы иметь возможность быстро повернуться к нападающему, одновременно пригнулся к земле и приподнял крылья, стараясь казаться крупнее, словно филин, пугающий человека. А чтобы застраховать себя от нападения сзади, начал хлестать хвостом из стороны в сторону, к тому же это было естественное проявление ярости.
Тут послышался громкий топот и треск ломаемых веток. Самец единорог спешил на помощь своей подруге. Два кота, оказавшиеся на его пути опрометью кинулись в разные стороны. Единорог вылетел на поляну чрезвычайно взбешённый и сходу ринулся на меня, так что я едва успел взлететь. Хорошо я заранее пригнулся, мне было легче стартовать. Вот уж не знал, что во мне начнут просыпаться инстинкты дракона. Может и вправду наши тела всего лишь нечто вроде механизма, работающего по своей программе, а души – пилоты наших тел?
Поднявшись над поляной, я слегка отлетел в сторону, наблюдая издалека за происходящим. Жеребец тут же подошёл к кобыле и склонился над ней, а она подняла к нему свою голову. У меня чуть в глазах не защипало от жалости. Я понимал, что кобыла обречена, разорванное брюхо уже не срастётся, это вам не перелом или рана на бедре, например. И её жеребёнок уже не родится на свет, а если бы и родился, то выкормить его всё равно было бы не кому. А жеребец, будет он около кобылы ещё какое-то время или уйдёт, оставив её саблезубым? Как всё-таки жестока жизнь. И зачем я только погнался за единорогами? Так они могли бы и не столкнуться с котами.
В этот момент из леса выскочил один из саблезубых и кинулся сзади на самца единорога. Я взревел и ринулся вниз. Кот, услышав мой рёв повернул на девяносто градусов, не добежав до жеребца метров трёх, и я бросился на него, стараясь не дать ему скрыться в лесу. Однако я был всё же слишком далеко, и он успел удрать, а я по инерции приземлился на поляну, и чуть не врезался в крайние деревья. Тут меня словно что-то толкнуло в бок. Я оглянулся – на меня бежал единорог. У меня было всего пол мгновенья для взлёта, и я бы успел, но я оказался слишком близко к деревьям. Мне не хватило замаха крыла, зацепившегося за ветви. Я только чуть подпрыгнул, а зверь уже ударил меня в бедро своим рогом. Только то, что я уже взлетал, позволило мне избежать серьёзной травмы, отделавшись только глубокой царапиной, и, отскочив к самым стволам, я снова оказался на всех четырёх. Но взлететь я уже не мог. Единорог, воспользовавшись тем, что прижал меня к деревьям, снова ринулся вперёд. Но подсечка хвостом сбила его с ног, и он по инерции пролетел прямо мне под передние лапы. Я тут же прижал его к земле, чуть не придавив беднягу. Тот начал биться, стараясь достать меня копытами или рогом, но вскоре затих. Ситуация оказалась сложная. Если я отпущу его, он снова бросится на меня, а если нет, то на меня могут напасть саблезубые, как только сориентируются.
- Чего ты ждёшь, дракон? Убей меня. Только быстро, чтобы я не мучился, и чтобы я не видел смерти моей возлюбленной и её нерождённого сына.
Я был так шокирован, что открыл пасть от удивления и сел, глядя на единорога, не веря своим глазам и ушам.
- Ну, давай же, не тяни, делай своё грязное дело. В вас никогда не было ни капли сострадания, так прояви хоть раз в жизни милосердие.
- Ты… Ты говоришь? – у меня этот факт не укладывался в голове, - ты разумен?
- А когда это вас останавливало? – он криво усмехнулся не глядя на меня.
- Слушай, обещай, что если я тебя сейчас отпущу, ты не кинешься на меня. Тут и без твоей агрессивности проблем с котами хватает. Они ведь ещё не ушли, а пока я вожусь с тобой, они могут и на меня напасть.
- Это будет только справедливо! – в его глазах вспыхнул красный огонь. В тот же момент боковым зрением я увидел, как один из котов подползает к лежащей единорожихе. Я с места прыгнул к нему, но он взвился свечкой, так что практически перепрыгнул через меня и удрал в лес. Не успел я опуститься на землю, как единорог вскочил, и опустив рог направил его на меня. Но сзади выскочил другой кот, и бросился на него.
- СЗАДИ!!!
Хорошо, что единорог мне поверил и оглянулся. Кот чуть не напоролся на его витую пику и сев на задние лапы, широко раскрытыми глазами уставился на кончик рога у себя перед носом. Мне показалось, что прошла целая вечность в этом неподвижном противостоянии, а на самом деле единорог уже развернулся для атаки и кот бросился в сторону, уходя от удара. Когда он скрылся в лесу единорог рысцой подбежал к кобыле.
- Дорогая… - у него не хватало слов.
- Осторожно, - сказала кобыла слабым голосом, - дракон ещё здесь.
- Я убью его! – в голосе зверя появились стальные нотки.
- Эй, рогатый, - меня взбесило это козлиное упрямство, - я тебя не стал убивать, так что умерь свой пыл! Или хочешь опять получить? Не забывай про тигров, они всё ещё здесь.
- Ты, ящерица переросток, - единорог медленно двинулся на меня, - ты хоть раз в жизни пожалел кого-нибудь? Сколько жизней ты загубил? Тебе всё мало? Тебе нравится убивать матерей и детёнышей?
- Остынь, копытный, я тебе ничего плохого не сделал.
- Ничего? Это ты называешь «ничего»?
Кобыла застонала, и он тут же повернулся к ней, забыв обо мне.
- Потерпи, я приведу эльфов, они спасут тебя.
- Если эльфы действительно могут помочь, то надо торопиться, её рана очень опасна, - я встал почти над ним, заглядывая на кобылу через его голову. Жеребец удивлённо посмотрел на меня: - Тебе-то какое до нас дело? Ты её не получишь!
- Не будь так туп и упрям, - я начал злиться на него, - мне твоя кобыла не нужна, я вообще не охочусь на разумных животных.
- А зачем ты на нас напал? – он всё ещё считал меня врагом, но уже не кидался, чтобы проткнуть моё брюхо.
- Да я и не нападал, просто хотел рассмотреть получше. Я впервые увидел единорогов.

- Ты лжёшь! Ты ещё хуже этих котов, - он снова двинулся на меня, и мне пришлось отступать, - они хоть не думают, кого убивают, а ты, ты специально выбираешь жертву, чтобы помучить её, получить удовольствие оттого, что она осознаёт свои мучения.
- Стой! – я выставил вперёд лапу и он замер. Быстро оглянувшись, я понял, что саблезубые ушли. Я не знаю как, но я чувствовал, что их нет поблизости. Видимо они решили не связываться и поискать более лёгкую добычу, - некогда нам сориться. Коты ушли, но не факт, что они не вернуться, а ты тянешь время. Беги за своими эльфами, я пока пригляжу за твоей подругой.
- Ты? Ты думаешь, что я тебе смогу поверить?
- У тебя нет другого выхода.
Кобыла снова застонала и позвала жеребца. Он склонился над ней.
- Индри, - кобыла уже не поднимала голову, - оставь меня, уходи. Я любила тебя, но теперь всё кончено. Ты знал, что так должно было случиться. Жаль, что только наш сын так и не родится. Не пробежит по травке, не напьётся из чистого родника, не увидит восход солнца и не вздохнёт аромата раннего тумана. Иди, ты должен жить. Быть может, ты ещё встретишь молодую единорожку и полюбишь её, я буду только рада этому…
- Нет, я не брошу тебя. Я приведу эльфов.
- Не обманывай себя. Ты же знаешь, что до эльфийского леса далеко. Ты добежать туда не успеешь, а я уже уйду на заоблачные луга. Поэтому надо смириться. Оставь меня и уходи. Скажи родным, что я помнила о них, что я очень скорблю, что не смогла выполнить свой долг.
- Нет, не говори этого! У нас будут ещё малыши! – у жеребца из глаз покатились слёзы.
- Эй, единорог, а как далеко твой эльфийский лес?
- ЧТО ТЕБЕ ЕЩЁ ОТ НАС НАДО?! – он повернулся ко мне. На его морде было такое отчаяние, что я содрогнулся.
- Я хочу помочь.
- Что? Дракон! Уйди! Хоть раз в своей мерзкой жизни сделай доброе дело!
- ГДЕ ЖИВУТ ЭЛЬФЫ? – я зарычал на него, - Я мог бы слетать за ними.
- Ты? Ты издеваешься надо иной?
- Вовсе нет, - я задумался, - а знаешь, лучше было бы её доставить к эльфам. Я наверное смог бы лететь с ней.
- Что? Ты думаешь, я тебе поверю? Сам отдам в твои грязные лапы свою любимую?
Я бросился на него и повалив на землю прорычал в самое ухо: - А теперь что ты скажешь?
Тут же отпустив его, я отошёл в сторону. Он медленно поднялся, задумчиво глядя на меня. Потом посмотрел на свою кобылу. Она видимо потеряла сознание, потому что лежала без движенья и только тяжело дышала. Потом пронзил меня долгим взглядом.
- И ты добровольно полетишь к эльфам?
- Решайся скорее, она же умирает!
- Я доверяю тебе, дракон. Но если ты меня обманешь, я тебя найду на любом краю света.
Я понял это как согласие и осторожно поднял единорожиху. Я старался держать её так, чтобы рана была сверху, и кишки не вываливались из неё. Кровь уже перестала течь, свернувшись на краях рваной раны. Перехватив её поудобнее, я взлетел. Жеребец помчался вперёд, указывая мне путь, и я понял, что тогда, когда я гнался за ними, он бежал даже не в четверть своей скорости. Он нёсся сквозь лес так, словно это была открытая степь, и я едва поспевал за ним. К тому же вес единорожихи сместил мой центр тяжести, и мне было сложно лететь. Но потом я постарался прижать её к груди и облегчил себе полёт. Так мы мчались довольно долго, не меньше часа. Уже стало темнеть, а единорог всё не сбавлял темпа. Вскоре впереди показалась стена огромного леса. Мне не надо было напрягать фантазию, чтобы догадаться, что это и есть эльфийский лес.
От обычного леса его отделяла широкая полоса лугов, и единорог выскочив нВ неё принялся орать: - Эльфы! Эльфы! Не стреляйте!
Я представил эту картинку со стороны: мчащийся во весь опор единорог и гонящийся за ним дракон. Да, я бы точно подумал бы, что у дракона дурные намерения. Так что его вопли вовсе не так уж бессмысленны.
Огромные деревья встали на пути у меня мощной стеной, и мне пришлось подняться выше. Единорог скрылся под густыми кронами, но я легко понимал, где он находится по топоту копыт и истошным воплям. К тому же мне казалось, что я продолжаю видеть его даже сквозь листву. Во всяком случае что-то серебристое иногда мелькало меж крон. А единорог продолжал голосить: - Не стреляйте, не стреляйте ради Валинора!!!
Тут я чуть не уронил кобылу, да и сам чуть ли не забыл, как махать крыльями. Что он там проорал? Или это у меня уже галлюцинации?
Впереди показался большой прогал и именно на него единорог выбежал и остановился. Я опустился рядом и бережно положил кобылу на траву.

Smok Скидываю ПОЛНУЮ ВЕРСИЮ

Сообщение отредактировал SkoLzki - 17-08-2004, 22:48

Присоединённые файлы
 особенноси_словообразования_и_мирощущения.htm ( 0байт ) Кол-во скачиваний: 310

Smok браво! Написано очень хорошо: интересный сюжет и текст, почти не требующий правки. Есть, правда, пара неувязок. В сноске написано, что гном, помогавший дракону, не рассчитывал, что тот догадается воспользоваться амулетом и поднять ворота. Тогда зачем он это делал? Лучше написать, что он это делал хотя и не рассчитывал, что что-то получится.

Некоторое время ничего не происходило, и нас окружила мёртвая тишина. Только Индри тяжело дышал после бега. Потом у меня появилось ощущение, что со всех сторон приближаются духи. Лёгкий шорох и покачивание ветвей говорили, что к поляне стягиваются живые существа. Я никого так и не увидел, но чувствовал их присутствие. Словно исследователь в дебрях Африки пытается рассмотреть стайку обезьян в кронах деревьев. А деревья в эльфийском лесу были подобны тропическим гигантам, и крайние имели облиственные ветки до самой земли, так что создавали сплошную зелёную стену.
Тут от леса отделилось странное существо, и медленно двинулось к единорожихе. Оно было прямоходящим, но сходства с человеком я не находил. Всё тело его покрывала странная зелёная шерсть с застрявшими в ней листьями и травинками, а волосы на голове были спутанными, и его всего окружала непонятная зеленоватая аура. Подойдя к лежащей единорожихе, существо протянуло к ней дрожащие лягушачьи лапы. Господи, неужели это и есть эльфы? Как же Хельга могла говорить о них, что они прекрасны?
Эта лесная лягушка провела лапой над головой кобылы, а потом мельком взглянула на меня. Тут у меня словно пелена с глаз спала. Она оказалась очень красивой девушкой в зелёных шёлковых одеждах. Меня так поразила эта перемена, что я так и не понял, почему она мне поначалу показалась такой уродливой? Её взгляд… Яркие зелёные глаза были широко раскрыты от страха. Она боялась меня. Боялась, но шла, а эта зелёная аура была её попыткой магически защитить себя. Я был поражён, но не желая её пугать, отодвинулся в сторону. Мне подумалось, что лучше всего было бы сейчас улететь, оставив их одних. Своё дело я сделал – доставил кобылу эльфам, а дальше уже их забота. Но мне хотелось узнать, не напрасны ли наши старания? И я медлил, глядя, как эльфийка манипулирует руками около раны. С её пальцев стекало зеленоватое свечение, растекаясь по боку кобылы. Значит, магию эльфов я тоже могу видеть.
В этот момент слева от меня из леса появилось ещё трое эльфов и двинулись в мою сторону. Я повернулся к ним. Средний явно у них был главным – он шёл чрезмерно гордо, и те двое шли чуть позади него.
- Дракон, что привело тебя в наш лес? – голос его был властным, но в то же время каким-то вкрадчивым. Мне сразу показалось, что он не искренен. Лицо его было узким, с тонкими изогнутыми бровями, выдающимися скулами и впалыми щеками. Но самыми замечательными были его глаза, огромные, изумрудного цвета, они располагались на лице непривычно для меня. Если у человека провести прямую линию между уголками глаз, то оба глаза окажутся на одной прямой, а у эльфов внешние уголки глаз были приподняты, и линии, проведённые через них, пересеклись бы на переносице под тупым углом. Из-за этого в лице эльфов появляется что-то кошачье. У эльфиек мне это нравилось, а вот у эльфов взгляд получался злым. Сходство с кошкой усиливали остроконечные уши.
- Дракон! Ты слышал мой вопрос?
- Я принёс единорожиху, на неё напали саблезубые, - краем глаза я заметил, что из леса выбежало около десятка эльфов с большим куском брезента (или подобной ткани). Нервно косясь на меня, они принялись осторожно перекладывать кобылу на расстеленную ткань. Хм, я здесь явно нежеланный гость, раз уж все так меня боятся. А этот «серьёзный» похоже меня отвлекает на себя. Странно это как-то.
- Дракон! Не смей мне лгать!
Я почти вздрогнул: - Зачем мне лгать? И кричать не надо. Если я вам мешаю, я могу улететь. Меня здесь ничего не держит.
К этому моменту эльфы справились со своей задачей, и, сгибаясь под тяжестью единорожихи заспешили к лесу. Индри поплёлся заними.
- Нет, дракон! Ты уже никуда не улетишь. Ты нарушил запрет и ты умрёшь!
Вокруг весь лес зашелестел от натягиваемых луков.
- Э э э! Так дело не пойдёт, - я похолодел, вокруг в кронах деревьев притаилась не одна сотня эльфийских лучников, они вмиг из меня ёжика сделают, - а где ваше хвалёное эльфийское гостеприимство?
- Мы не оказываем гостеприимства врагу, мы его убиваем, - эльф чуть приподнял руку.
- ИНДРИК!!! – я взревел, глядя вслед уходящему под полог леса единорогу, - ты знал что меня здесь ждёт?
- Знал, - спокойно ответил единорог, остановившись у самого края леса.
- И не предупредил меня?
- Ты сам сюда прилетел, добровольно.
- Ты! Подлая тварь! Лучше бы я оставил тебя на растерзание саблезубым! – я готов был уже кинуться на него, но удержался, в гневе глубоко запустив когти в землю, вырывая её комьями.
- Да уж не подлее тебя, дракон, - совершенно спокойно сказал единорог, - если бы не ты, всего этого вообще не случилось бы, - он опустил голову и скрылся в лесу. Я был в ярости. Такого предательства я никак не ожидал. Я попал в ловушку, выхода из которой уже не было. Взлететь мне не дадут, нападать на их главного бессмысленно, он наверняка это учёл. Я уже почти чувствовал сотни стрел, готовых впиться в мою шкуру. Сразу я вряд ли умру, может всё же попытаться взлететь?
Тут из леса за моей спиной донёсся странный звук, словно трубил бешенный слон. Не успев затихнуть, звук повторился снова, но уже с переливами. На поляну выбежали два эльфа и разбежались в стороны, став у края поляны, а за ними из леса выбежали гномы. Сомневаться в том, что это именно они не приходилось: ростом около полутора метров, коренастые, бородатые, они были похожи на древних мужичков-пахарей. Впереди бежал гном с седой бородой и густыми бровями. Его хмурое лицо мне показалось смутно знакомым, но сейчас мне было не до воспоминаний. Второй гном был помоложе, рыжеватый и конопатый, а третий чернявый и смуглый, а борода его была редковата и топорщилась в стороны. Он нёс в руке бычий рог, обрамлённый серебром. Гномы бежали к эльфу, стоящему передо мной, а я оказался у них на пути. Первый был так сосредоточен, что даже не взглянул на меня, но тем не менее побежал по дуге, чтобы не столкнуться со мной. При этом он старательно махал рукой эльфу. Второй смотрел на меня с нескрываемым интересом, а третий весь трясся от страха, боясь поднять на меня глаза, словно я его убью одним взглядом. Но от сородичей не отставал. Видимо чувство долга у него было сильнее страха.
Мне вдруг стало слегка смешно, как меня тут все боятся, и я чуть посторонился, чтобы не мешать им. Гномы пробегали мимо, а я их разглядывал. Отважный должно быть народ, если рискнули подбежать так близко к дракону. Тут мой взгляд упал на взрытую мной землю. Я давно слышал, что в минуту смертельной опасности некоторые люди начинают вести себя неадекватно. Вот нечто подобное сейчас случилось и со мной. Почему-то мне показалось, что взрытая и вывороченная земля важнее собственной жизни, и я стал аккуратно расправлять смятый дёрн, укладывая его на место, осторожно притаптывая, чтобы он лежал ровно.

Когда я закончил, то краем глаза заметил, что эльфы и гномы с удивлением за мной наблюдают. Мне стало неловко и стыдно. Я сел, скромненько составив лапки вместе, и пожав плечами от стеснения, опустил голову, чтобы никто не увидел как я пытаюсь сдержать улыбку. Мне действительно стало смешно, потому, что я представил себя в этот момент со стороны – дракон сошёл с ума.
Главный гном стоял согнувшись и уперев обе руки в колени пытался отдышаться, одновременно повернув голову в мою сторону, и стараясь рассмотреть меня. Потом он распрямился, и обратился к эльфу: - Глубокоуважаемый король леса, я знаю, что вы не очень верите заклинанию пророчества, изобретённому людьми, но не соизволите ли Вы прочесть вот это? – второй гном протянул ему свиток пергамента, и он отдал его эльфу. Тот заглянул в свиток, мельком взглянул на небо, потом так же быстро перевёл взгляд на меня, и опять в свиток. Задумавшись на мгновенье, он вернул пергамент гному.
- Это ещё ничего не значит.
- А вот это мы получили только сегодня, - гном протянул эльфу другой пергамент, переданный ему рыжим помощником. Эльф прочитал, глянул на гнома, на меня, потом опять в пергамент, свернул его и долгим взглядом уставился мне в глаза. Я не знал, что ожидать от него. Будь я человеком в полном смысле, я бы наверняка стушевался под этим пронзительным взглядом, но я уже был драконом, и я смог спокойно и прямо смотреть ему в глаза.
- Дракон, - медленно произнёс эльф, - как твоё имя?
Хм, здесь какой-то подвох. Скорее всего, что-то связано с тем пергаментом… Очередное пророчество. Если я отвечу не верно, мне придётся туго. Что же там написано? – я в задумчивости прищурился, глядя на эльфа и пергамент в его руке.
- ОТВЕЧАЙ! – эльф неожиданно взбеленился, и лучники с новой силой натянули тетивы своих луков, - И не смей читать мои мысли!
Читать мысли? Я удивился. Неужели я это должен уметь?
- Дракон!
- Смок, - я сказал это спокойно, глядя прямо ему в глаза, - и мне незачем читать твои мысли. Своё имя я и без этого хорошо знаю.
Эльф ещё раз заглянул в пергамент, словно хотел удостовериться, что не ошибся. Потом свернул его и отдал гному. Незаметный жест рукой и лучники опустили свои луки. Я не мог этого видеть, но я это почувствовал, сразу спало напряжение, и исчез противный зуд шкуры, к тому же я хорошо слышал, как потрескивали ослабляемые тетивы.
- Ты останешься здесь, - эльф указал мне на центр поляны, - мы решим твою судьбу. Улетать не советую, у нас по всему лесу достаточно лучников, а наши следопыты всё равно найдут тебя. Я сказал.
Он повернулся к гному, кивнул ему головой и жестом пригласил следовать за ним в лес. Вся процессия быстро удалилась, лишь рыжеволосый гном на мгновение замер у самого края леса, оглянувшись на меня. Я остался один. Хотя не совсем, я чувствовал присутствие нескольких эльфов на деревьях по периметру поляны. Хе, ко мне снова приставили стражников. Да и небеса с ними. Я лёг, вытянувшись во всю длину и положив голову на передние лапы закрыл глаза. Тишина, окружавшая меня, была не полной: где-то вдалеке заиграла музыка, вокруг стрекотали насекомые, в кронах деревьев порхали невидимые создания, время от времени издававшие звуки, похожие на девичий смех, да и эльфы не могли стоять на посту совершенно бесшумно. Они периодически меняли позы, чтобы ноги не затекали, а один пару раз кашлянул. Я вообще-то поразился их способности надолго сохранять неподвижность. Если бы им пришлось таиться, они были бы вообще невидимыми и не слышимыми.
Однако моя судьба была мне до сих пор не понятна. Какова моя роль в этом мире? Что хотят от меня эльфы? Что было в тех пергаментах гномов? Да и, в конце концов, когда же я смогу нормально поесть? Голод уже начинал меня доставать. Конечно, мне как дракону было легче его переносить, чем когда я был человеком, но нельзя же не есть совсем.
Ночь уже вступила в свои права. Становилось прохладно. Надо бы уснуть, но мне не спалось, слишком много всего произошло за день, да и неопределённость собственной судьбы меня слегка беспокоила. А может днём выспался.
Прошло уже несколько часов, когда я услышал чьи-то шаги. Кто-то шёл к поляне частым шагом. Я слегка приоткрыл глаз, так чтобы это было незаметно. Из леса вышел гном. Хоть было уже темно, и звёзды давали мало света, но я его прекрасно видел и узнал – это был рыжий. Он остановился на опушке, глядя на меня, а потом смело направился ко мне. Не дойдя до меня нескольких метров, он вновь остановился.
- Смок.
- М-м-м? – я не пошевелился и не открыл глаз, следя за гномом сквозь щёлочку меж век.
- Ты спишь?
- Не-а.
- С тобой можно поговорить?
Я открыл глаза и повернулся к нему.
- Это что-то новенькое. Кто-то сам первый захотел со мной поговорить. И что ты хочешь узнать? Или хочешь меня просветить в чём-то?
Гном сел прямо на землю, скрестив ноги.
- Тебе огласить весь список вопросов сразу, или в порядке возникновения? – гном улыбнулся в усы, - или ты предпочитаешь в письменном виде?
- Хм, ты меня не боишься?
- Боюсь. А как же не бояться такого огромного зверя, да ещё и хищного при том? Только я знаю, что ты меня убивать не станешь…
- Почему? – мне стало смешно от его самоуверенности.
- Потому, что ты не простой дракон, а дракон-человек.
- С чего ты сделал такой вывод?
- Ты знаешь про пророчества?
- Ну.
- Вот.
- Объясни, я не понял.
- Люди изобрели заклинание пророчества. Если взять пергамент…
- Ближе к делу, как это делается, я уже знаю.
Гном удивлённо поднял брови, но ничего не сказал на это.
- Мы, гномы, слабы в магии, но кое-что из людских заклинаний и нашим колдунам подвластно. К тому же мы, в отличие от эльфов, иногда общаемся с людьми и даже кое в чём сотрудничаем, а потому, нам известны некоторые из полученных ими пророчеств. Ты знаешь, что маги собираются уничтожить всех эльфов?
- Не очень, но догадываюсь. Хм, может, они не так уж и неправы?
- Не обижайся на них, им пришлось натерпеться от твоих сородичей.
- Знаешь, по мне, так если дракон принёс израненную единорожиху и её жеребец стоит рядом, то этот дракон уже не может быть таким, каким они его представляют, - я в возмущении даже встал и приподнял крылья.
- Не кипятись, - гном махнул рукой, словно мы были старинными приятелями, - мы же успели вовремя.
Я снова опустился на землю, скрестив передние лапы.
- Гном, скажи мне, а что было в тех пергаментах?
- Пророчества. Одно было получено много-много лет назад, задолго до моего рождения, а другое мы получили только сегодня днём.
- И что это за пророчества?
- Первое такое:

Три звёздных коня, прочертив небосклон,
Всем весть разнесут: «В Мир явился Дракон»

- И что это означает? Что за кони?
- Смок, - гном засмеялся в усы, - ты ведь крылатый, а ты в небо хоть изредка смотришь?
Я косо взглянул на него и поднял голову. У меня мороз по шкуре пробежал. (Оказывается у дракона тоже может быть подобное ощущение) Такого количества звёзд я не видел никогда. Всё небо было серебристым от сверкающих точек, и жирная полоса Млечного пути пересекала его от края до края. А точно над головой, в зените, висели три кометы. Они образовывали ровный треугольник и их хвосты тянулись вдоль Млечного пути, словно они по нему и летели. И у каждой было ещё по одному менее яркому хвосту, сбоку, словно развевающаяся на ветру грива коня. Звёздные кони. Фантастика! Это было замечательное зрелище.
- Что, впечатляет?
- Не то слово. У нас на Земле такого неба не увидишь.
- Земля? Ты с Земли?
- Да, до того, как стать драконом я жил на Земле, и был человеком.
- А расскажи про Землю.
- Подожди, а что было во втором пергаменте?
- Другое пророчество. Когда на небе появилось сразу три хвостатых звезды, мы поняли, что пророчества начинают сбываться, и стали регулярно пытаться получить новые, ведь чем ближе к событию, тем точнее получается пророчество, - гном засмеялся, - не представляешь, сколько пергамента извели… Постоянно одна муть получалась.
- Так что там вы получили?
- Сегодня днём на пергаменте появились такие слова:

Пришёл, чтоб начать новой жизни виток
Дракон-человек. Он назвал себя Смок.

- Ого, меня эти пророчества уже начинают напрягать.
- Что?
- Напрягают меня ваши пророчества! Что, что? Вот что!
- Это как?
- Ну, напрягают - это волнуют, мешают, бесят, утомляют…
- А-а-а. Понятно.
- Нафиг мне всё это сдалось? А тут получается, что мне предстоит революцию устроить. А если я не хочу? Я вообще пожизненный пацифист!
- Кто? – робко спросил гном, видя моё негодование.
- Мир люблю и дружбу. А воевать НЕ ХОЧУ!
- М-м-м!
- Нахрена вообще придумали эти пророчества, без них что ли не прожили бы? Вы все словно помешались на них. Любая кухарка начинает колдовать, едва научившись солить суп!
- Ты преувеличиваешь. А можно тебя ещё спросить?
- Валяй.
- Что?
- Ну, давай, давай, значит, спрашивай.
- Хм, валяй, значит – давай. А что означают другие слова?
- Какие?
- Нахрена, нафиг, революцию?
- О-о-о, нет, объяснять тебе все сленговые слова? Это вся ночь уйдёт.
- Какие? – тихо спросил гном, втянув голову в плечи. Я захохотал так, что с одного дерева сверзился эльф сторож. Хорошо, что они по жизни ловкие и цепкие, как обезьяны - он успел уцепиться за ветку, - ой, гном, ты мне всё больше и больше нравишься! Сленг, это такой альтернативный способ разговора.
Гном уже больше ничего не спросил, побоялся наверное, но в глазах его застыл ТАКОЙ ВОПРОС, что я уже не мог сдержаться и заржал на весь лес. Вдалеке стихла музыка и на лес опустилась полнейшая тишина. Даже насекомые притихли. Когда я смог успокоиться гном уже не хотел ничего спрашивать, но я всё же терпеливо перечислил те слова, которых он не знал, и которые мне сходу пришли на ум. Особенно мне понравилась его реакция на слово «бесить»:
- Что это значит?
- Выводить из себя, становиться бешенным, просто бесом.
- А это кто?
- Ну, такой, вроде человека, но весь лохматый с рожками, и жутко невоспитанный, хулиганит, пакостит всем.
- А, - догадался гном, - это сатир. Значит бесить – это сатирить!

Сообщение отредактировал Smok - 22-08-2004, 17:32

Мы говорили ещё долго. Гном рассказывал о Мире, о магах, гномах и эльфах. Я рассказал ему о Земле. Особенно его заинтересовали машины и механизмы. Он подробно выспрашивал меня, как работает паровая машина, чем принципиально отличается от неё двигатель внутреннего сгорания. Очень его заинтересовал процесс перегонки нефти. Я обладаю весьма скудными знаниями в этой области, поэтому объяснил ему только в общем виде, расписав принципиальное устройство перегонного аппарата.
- Значит, с его помощью можно концентрировать любые жидкости?
- Насчёт концентрирования, не знаю, но он позволяет выделить из смеси жидкостей более летучую. Вон, из браги можно спирт гнать.
- Что? – глаза гнома заблестели, он понял, что речь об алкоголе, и захотел уточнить.
- Гном, какие хмельные напитки ты знаешь?
- Пиво, эль, вино, «живую воду».
- Ну, по мне, так эль всего лишь разновидность пива, а вот что за «живая вода»?
- Это напиток людей. Её производство они хранят в тайне. Выглядит, как простая вода, но имеет сильный запах и жжёт горло, а потом от неё становится весело, и ноги заплетаются, - гном заулыбался.
- Понятно. Это водка. Ничего таинственного в ней нет. Если брагу перегнать, получишь спирт, а его разводишь водой чуть больше половины, и готово. А вот если его настоять на пряных травах, или в дубовых бочках выдержать лет пять, тогда получается совсем другой напиток. У него кроме крепости ещё и вкус будет.
- Надо будет попробовать.
- Смотри не спейся, - я улыбнулся, и гном засмеялся в ответ:
- Мы, гномы, гораздо крепче, чем кажемся.
В этот момент на поляну вышел единорог. Рогатая бестия, оказывается, умел передвигаться практически бесшумно, а за разговором я тем более его не заметил. Его появление меня совсем не обрадовало, так подло поступить со мной.
- Не помешал? – Индри медленно подошёл к нам.
- А что, тебя это смутило бы? – мне так хотелось ему засветить в челюсть!
- Смок, - единорог опустил голову и уставился на землю у себя перед ногами, - я виноват перед тобой, извини.
- Извинить? Я был на грани смерти, а теперь нахожусь фактически в плену, а ты даже не подумал предупредить меня об опасности. Или я был этого не достоин? Я не желал зла ни тебе, ни твоей подруге, я пытался её защитить от саблезубых, я принёс её сюда, чтобы эльфы ей помогли, а ты хладнокровно отдал меня на расстрел.
- Я же не знал, что ты дракон-человек. Когда ты бросился на нас, нам ничего не оставалось, как спрятаться в лесу. Я не думал, что саблезубые воспользуются этим.
- Ты хочешь сказать, что знал о том, что они поблизости?
- Мы чувствовали их запах, но на открытом месте они не рискнули бы напасть. Я надеялся, что твоё появление их напугает, но…
- Теперь понятно, почему вы не бросились напрямую к лесу. Получается, я сам вас загнал в лапы саблезубым. Извини, я же не знал, что они прячутся поблизости.
- Ну что, – перебил нас гном, - может тогда помиритесь? Индри, как твоя жена?
- Она спит, - единорог взглянул на меня, - Смок, спасибо тебе, ты спас её.
- Если бы не я, она вообще не попала бы в лапы саблезубым.
- Неизвестно. Сюда мы сегодня не дошли бы, а что было бы ночью…
- К вам можно присоединиться? – вопрос принадлежал эльфу, словно возникшему неподалёку.
- Ты что, из воздуха материализовался?
- Нет, - эльф ухмыльнулся, - но вы так старательно расшаркивались тут друг перед другом, что к вам могла бы подойти армия орков, а вы бы и не заметили.
- Ой, только не надо мне говорить, что в этом мире ещё и орки водятся.
- А куда они денутся-то? – эльф засмеялся, сощурив свои раскосые глаза, отчего стал похож на остроухого китайского болванчика.
- Мне ещё орков не хватало для полного счастья. У меня и так уже крыша едет от всех ваших чудес.
- Что? – не поняли эльф и единорог, - какая крыша? Ты о чём?
Гном засмеялся и сделал жест, как будто он отвинчивает верхнюю часть черепа и отводит её по воздуху в сторону. Единорог и эльф удивлённо на него посмотрели, а потом дружно рассмеялись.
Барьеры были снесены. Они оказались отличными парнями, хотя это определение забавно звучит по отношению к единорогу. Мы сидели и болтали почти до утра. Эльф осмотрел царапину, оставленную на моём бедре рогом Индри, и залечил её при помощи своей магии. Было странное ощущение холода и зуда, когда он манипулировал над моим бедром. Потом холод прошёл, а зуд остался, и шрам чесался ещё несколько дней.
Каждый рассказал мне о своём народе. Эльфы жили только в лесу. Всё, что им было нужно, им давал лес, а то, чего в лесу достать было невозможно, муку, например, они выменивали у гномов. Свои дома они выращивали прямо на деревьях. Именно выращивали, с помощью магии заставляя деревья наращивать древесину в определённом направлении. Их диета состояла в основном из фруктов, орехов и мяса. Рыбу практически не ели, а овощи в их рационе составляли весьма небольшой процент. Зато они использовали в пищу насекомых. Я был очень удивлён, а эльф никак не мог понять, что меня так «напрягает»? Вкусная и легкодоступная пища.
Правил в лесу король. Однако любой эльф мог высказать своё мнение по любому поводу. Его выслушивали, и если его мнение было обоснованным и не шло вразрез с общим, принимали к сведению. В основном эльфы были домоседами, но иногда встречались неисправимые романтики, которые отправлялись в дальние странствия. Как правило это было свойственно юным, а мужая, они чаще всего возвращались в родной лес (это меня слегка удивило, так как я считал, что эльфы как раз должны быть путешественниками по духу, но мой взгляд сформировался под воздействием книг, а здесь был живой представитель этого народа, ему-то уж наверное виднее).
Единороги жили сами по себе. У них не было домов и государственности. У них не было даже вождей, просто к старшим прислушивались, и с ними советовались, но каждый единорог был абсолютно независим. Кроме людей у них почти не было врагов, настолько сильными и агрессивными были эти звери. Лишь беременные самки и маленькие дети были достаточно уязвимы для хищников вроде саблезубых, ведь те всегда нападали группой. Поэтому рожать самки приходили в эльфийский лес, под защиту своих друзей эльфов. Самцы всегда сопровождали своих подруг, и пока малыши не становились достаточно сильными и выносливыми, тоже жили у эльфов, но потом всегда разбредались кто куда. Во-первых лес всё равно не смог бы прокормить такое количество единорогов, а ведь в лесу обитало много других травоядных, олени, например. А во-вторых, единороги по натуре были бродяги и плохо себя чувствовали, если им приходилось долго оставаться на одном месте. У Индри была одна жена, но у других жеребцов могло быть и по две и по три. Индри лично знал одного единорога, у которого было пять жён, но это всё же было исключением. Однако далеко не все самцы стремились образовать семью. Большая часть их вела холостятский образ жизни. Не редко холостяки путешествовали вместе, по двое, трое, а то и собирались в группы по пять – шесть жеребцов. Индри терпеть не мог эти холостятские тусовки в основном из-за их наглости и агрессивности. Бывало, что такие «дикие» жеребцы нападали на семейные группы и избивали мужей и насиловали самок. Я был шокирован, услышав это. Подобное поведение я считал только признаком человеческой натуры. Хорошо, что это встречалось редко, и таких молодчиков ждало серьёзное наказание. Но в массе своей единороги были вполне миролюбивые и спокойные звери. Очень дружили с эльфами. Те не требовали от них ничего взамен своей любви. Это было искреннее и бескорыстное чувство. Эльфы лечили и чистили единорогов, подстригали им чёлку, которая обычно отрастала так, что лезла в глаза, расчищали и подрезали копыта, если это требовалось.
Гномы, как оказалось, жили вовсе не под землёй. Конечно, они позаботились о том, чтобы устроить глубоко под горой себе убежища, на случай нападения, но жили они в небольших домах, и в этом от людей мало чем отличались, разве только тем, что все вещи у них были чуть меньшего размера, сообразно росту гномов. Основным их занятием было земледелие, но очень многие занимались ремёслами и горным промыслом. Спрос на изделия гномов был весьма высок. Во всяком случае, никто не умел выплавлять цветное стекло, пользовавшееся одинаковым успехом, как у эльфов, так и у магов. Правил гномами король, который жил в вырубленном в скале замке. У короля была дружина, и мой новый друг состоял при дворе в качестве главного советника и мастера. Под его присмотром находились все прииски и шахты, а так же кузни и мастерские. Поэтому-то его так интересовала техника Земли.

Вы здесь новичков принимаете??? Я вот, понимаешь, новенькая... не выбросите???

Tutsi Daedra an'Elessar,
Да, конечно!!! Очень будет интересно почитать что-нибудь=)

Сообщение отредактировал Олеш - 10-09-2004, 20:22

Народ..У меня возникла проблема..Дали мне задание- что-то написать о бессланских событиях..Я и написала..Правда чувствую- нехорошо получилось, но чем муза не шутит..

Это что-то типа зарисовке одного мига из жизни школьника, который попал в плен..

Одна секунда в бессланской школе №1
(сорри за такое название..)

Во дворе дома, который находится рядом с школой, есть колодец. Я точно это помню. Мы в прошлом году бегали туда на переменах, чтобы напиться колодезной воды. Я могу отчётливо себе представить, как капает вода с переполненного ведра, как он, капля за каплей стекает по жестяной поверхности. И как глухо плещутся волны в глубине колодца, эхом отдавая голоса сверху. И расплывчатые отражения наших силуэтов на чёрной, ровной поверхности. Но в голову лезет лишь вода, вода. Вода.
Сколько уже прошло времени, после того, как оборвалась линейка? И что происходит там, за стенами спортзала, я не знаю.
Пить. Больше ничего не надо мне в жизни, лишь немного, капельку воды из того колодца. Люди вокруг тихонько переговариваются, но их голоса сливаются в один надоедливый шум. Они как мухи.
Здесь ,в зале, очень много мух. Они бьются об оконное стекло, пытаясь вырваться наружу. К свежему воздуху, к колодцу, к гремящей цепью и ведром, что стремительно летит вниз, чтобы там, в глубине, ударится о воду. Некоторые мухи уже упали без сил на пол и теперь лишь вяло дрыгают лапками. Им тоже жарко и они хотят пить.
Тут так много людей. И они монотонно жужжат, как мухи. И кто-то уже лежит на полу, без сил. Мы как мухи. Что с нами будет через секунду? Две? Может сейчас дверь распахнётся и ворвутся в спортзал эти страшные люди, в масках, всё в чёрном, с оружием в руках, и начнут палить по нам, не разбирая, кто перед ними.
А может мы тут умрём. От жажды.
И снова в голову лезут мысли и воде. Любая вода. И даже пересохшие губы сами по себе начинают шептать это заветное слово. Так может, люди вокруг тоже это шепчут. "Вода. Вода. Вода" - тихий гул голосов, где нельзя различить отдельных фраз. Как мухи, страдающие от жажды и не знающие, когда вернётся хозяин паутины, в которую они попали.

2 Darkness:
Муза шутит? Да в этом смысл больше, чем в политических текстах Sepultur'ы, а смысл там огромный...
Ты верно подметила... Вода... какое сладкое слово... Вода... я бы не надумался написать про воду, хотя по ТВ все уши уже прожужжали... как мухи... ты тоже верно подметила...
Я в восторге!
по 10-бальной шкале (как на ЦарКоне) я бы поставил все 10 баллов.

Добавлено в [mergetime]1094855601[/mergetime]:
Лохмотья и Красные Кресты
(посвящается Изотовой Евгении)

Из дневника Лилит от 6 августа.
…Сегодня в полдень на деревню обрушились воины, облачённые в металлические доспехи, на груди виднелся красный крест. В их руках было оружее, большинство из них говорило на непонятном языке. Те, кто знал наш язык, твердили про какого-то «Бога», который по их словам, накажет нас, если мы не подчинимся ему. Также они сказали, что «божье» оружее – это они…
…Вечером должно состоятся собрание жрецов, которые спросят у наших Богов, как нам поступать…
…Уже ночь. Старейшины послушались Богов и попросили женщин и особенно детей, покинуть деревню в сумерках. Мужчины же будут отстаивать свободу деревни…
…Все ушли, но я осталась, спряталась в своём укрытии, расположенном на дереве, радом со своим домом. Из-за пышной листвы меня не будет видно…

Из дневника Лилит от 7 августа.
…Полдень. Жрещы и старейшины отказались принять предложение незнакомцев с крестами на груди…
…О, Боги! Они убили всех, кто был с оружием и кто не был! Они убили всех!..
…Я от испуга и от вида крови хотела кричать, но переборола себя, и была тише кошки. Ещё бы мне не быть…
…Я закрыла глаза, чтобы не видеть, что происходит внизу, но зато слышала ужас, царящий там: лязг металла, крики, стоны, вопли, треск досок, охваченных огнём! Чувствовала запах гари…
…Открыв глаза, когда уже стало тихо, и слышался только треск горящих хижин, я посмотрела вниз и поняла – деревни не стало…
…Вечером я попыталась найти маму, но по пути к тому месту, где мы временно поселились, я встретила Елену и Влада, своих друзей, бегущих от туда с испугаными лицами, ничего не говоря, взяли меня под руки и увели в лес…
…Потом я спросила, что там произошло. И друзья поведали мне дрожащим голосом, что эти незнакомцы пришли на временную стоянку и убили всех женщин и детей, и что только они, Влад и Елена, остались в живых, потому что находились довольно далеко от того места, и у них было больше время убежать…

Из дневника Эльзы от 4 августа 1147г.
…Вот уже полгода я путешевствую с папой, он крестоносец. И всё это время он учил меня владению оружием и трансильванскому языку, этот язык мне очень нравится, хотя он сложен. Но папа считает, он мне пригодится, когда мы поселемся в этих районах. Мой папа – герой, он капитан по званию, он самый главный здесь!…

Из дневника Эльзы от 5 августа 1147г.
…Завтра мой папа будет присоединять ещё одну деревню, он говорит, что неверные Богу должны стать на путь истинный. Я тоже так думаю, поэтому каждый вечер молюсь за моего любимого папу, а он молится за меня и за успех…

Из дневника Эльзы от 6 августа 1147г.
…Вот опять мой папа ушёл, как обычно не взяв меня с собой, а когда вернётся, скажет, что всё прошло отлично, и мы двинемся дальше…
…Мне это надоело, за эти полгода я не встретила ни одного не знакомого человека, мне не с кем поговорить по-трансильвански, кроме папиных людей…

Из дневника Эльзы от 7 августа 1147г.
…Папа ушёл. Теперь небудет его дня три, а ко мне он приставил двух рыцарей, которые следят за мной ПРЯМО СЕЙЧАС!!! Как мне это всё надоело. Я хочу найти местного жителя! ВСЁ! Иду на поиски завтра с утра…

Из дневника Эльзы от 8 августа 1147г.
…На рассвете я вышла из лагеря, шла до полудня на юг, сильно устала. Это мой третий привал. Нет сил, даже писать…

Из дневника Лилит от 8 августа.
…После полудня мы наткнулись на девочку, лежавшую в папоротниках. Её одежда отличалась от нашей, по-моему, очень не убобная, хотя и красивая, особенно вышитые розочки, разбросаные по всему платью…
…Позже она проснулась, и мы, и она вначале испугались. Но потом подружилмись, оказалось, что она говорит на нашем языке, хотя и довольно плохо…
…Она была красива, горда, и очень хвастлива…
…Эльза, так её звали, постоянно говорила о своём отце, который, по её словам, не то жрец, не то старейшина передвижной деревни…

Из дневника Эльзы от 8 августа 1147г.
…Ура!!! Я, наконец, нашла местных жителей, их было трое, примено моего возраста. Одну звали Лилит, она была больше похожа на мальчишку, нежели на девчонку, особенно увлечениями, хотя… и я…
…Других звали Елена и Влад, они были более смирные и приветливые, чем Лилит. Мне кажется, что её недоверчивось заключается в том, что она мне завидует, ведь у неё нет такого прелесного платья как у меня.
…Я им рассказывала о своём мире, о лагере, о папе…

Из дневника Эльзы от 9 августа 1147г.
…Проснувшись, я обнаружила, что моих новых друзей нет, но их вещи оставлены. Я думаю, они что-то скрывают, ко мне относятся очень осторожно, я бы сказала негативно, особенно это касается Лилит. Полагаю, это могло быть вызванно каким-то несчастьем, связанным с ней…
…Влад и Елена держатся всегда вместе, но, по-моему, они не влюбленны. Думаю, они пережили несто очень страшное, что только вид друг друга их успокаивает, да и ведут они себя очень осторожно, никому не доверяя, даже Лилит, не говоря уж обо мне…
…И всё же они мне нравятся, и я делаю всё, чтобы им понравиться тоже. Я понимаю, что я для них незнакомка, плохо говорю на их языке, но я не желаю им зла...
…Наверное, когда они вернуться я попрошу отвести меня в их деревню…

Из дневника Лилит от 9 августа.
…Ночью я почти не спала, мне всё время снилась моя горящая деревня, незнакомцы с крестами на груди…
…После обеда, Елена говорит с Эльзой, Влад собирает дрова. Я осталась одна…
…Во время трапезы Эльза выскажела желание посетить древню…
…У меня возникла мысль, что она – одна из них: она плохо говорит по-нашему, что-то делает перед сном и перед едой, стоя на коленях, сложив руки ладонами и скрестив пальцы, при этом, произнося про себя какие-то слова, глаза в этот момент у неё закрыты; одежда явно отличается от нашей; у нас даже разный оттенок белого цвета кожи, также у неё неспособные к работе руки; на её груди висит крестик, не понятно, что обозначающий…
…Но всё же я приведу её в деревню и расскажу, что там было, а потом попрошу Елену и Влада поведать, что случилось в лесу, и почему мы остались втроём…
… А дальше… я убью её, точно так же, как её друзья убили моих друзей, родственников, других людей в нашей деревне. Я думаю – она шпион: Эльза так хочет нам понравиться, что это становится не выносимо…
…С этого момента я буду вести себя по-другому. Буду идти с ней на сближение, а потом… я создам ловушку, в которую она обязательно попадёт с её глупым умом…
…Надо к этому плану приобщить Елену и Влада…

Из дневника Эльзы от 9 августа 1147г.
…Очень странно, но Лилит начала неожиданно проявлять ко мне интерес. Она открыто настаивает на нашей дружбе. Я подозреваю, что она что-то затевает. Я заметила, только сейчас в её глазах появился азарт, а в эти два дня, которые я её знаю, глаза Лилит были печальные, иногда наполнены яростью, но тут как-то вдруг стали приятные…
…Теперь она всё больше стала задумываться при беседе, о чём-то мечтать…
…Я уж думала, что она и не согласится отвести меня в деревню, а тут взяла и согласилась, причём проявляла к этому всяческую инициативу, настаивала, чтобы мы отправились этим вечером… как мы и сделали…



Добавлено в [mergetime]1094855650[/mergetime]:
Из дневника Лилит от 10 августа.
…Вот и утро. Сегодня в полдень свершиться то, что я задумала, всё будет точно так, как три дня назад, только теперь наоборот, я, т.е. мы, будем выступать в роли незнакомцев, а Эльза – в роли жителей деревни…

Из дневника Эльзы от 10 августа 1147г.
…Лилит привела меня в деревню, она оказалась пустой и польностью уничтоженой, затем она поведала мне события 6 и 7 августа этого года, и её рассказ дополнили Елена и Влад. Лилит, вспоминая пережитые события, приходила в бешенство. Она бегала по деревне, что-то ища, наконец, нашла меч, валявшийся рядом с трупом Джона, одного папиных друзей. После она подошла ко мне, и обвинила во всём меня. Благо Елена уговорила Лилит дать мне пожить ещё десять минут, чтобы я заполнила дневник и помолилась…
…Молиться я не буду…
…За отсутсвием виновных, как я поняла, моего отца и его друзей, Лилит винит меня, ведь я так гордилась своим отцом, и гордость свою не скрывала, а он оказался полным негодяем. Он мне всё время врал!..
…Он и его друзья уничтожали деревню за деревней, все эти полгода, а может и больше, вот почему я не видела ни одного местного жителя до сих пор. Но вот я их встретила… и они собираются меня убить за то, что сделал мой отец…
…Вот моё посмертное пожелание, поскольку я понимаю, что Лилит уже не остановить…
…Теперь и я сама хочу умереть, и смерть моя будет наградой за все деяния моего отца, ибо он мне больше не отец. Пусть он узнает это, и пусть Лилит прочтёт это; для этого я даже стараюсь вести его на её языке; и отнесёт этот дневник моему отцу…
…Отец, моя смерть – твоя кара за всё то, что ты сделал в своей жизни. Дома ты был таким добрым, как сам Бог, а на самом деле ты такой же противный, как сам Дьявол. Я ненавижу тебя, отец. Ты слышишь, я ненавижу тебя, пусть я лучше буду убита от рук твоих врагов, но они мне стали друзьями, ибо я теперь на их стороне. Они открыли мне глаза на жизнь, на настощую жизнь, а не ту, которую ты мне преподносил…
…Вот уже Лилит возвращается с мечом в руке…
…Мне пора…
…До свидания, Жизнь!…

Из дневника … от 25 августа.
…Всё закончилось. Лилит подошла, замахнулась тяжёлым мечом, но тут же его опустила, её глаза заслезились… И тут… стрела пронзила сердце Лилит, помню, я вскричала «НЕТ!», она упала бездыханная возле того дерева, откуда наблюдала за убийствами моего отца…
…Я обернулась и увидела стоящего с луком моего отца. Затем снова отвернулась. И закрыв глаза мёртвой подруге, взяла меч, которым она хотела меня убить. Резко развернулась, и указала кончиком лезвия на отца. По мере того, как отец наставлял на меня свой лук, бешенство и ярость росли с каждой долей секунды. Только я начала движенье на отца, как две стрелы промчались мимо меня и вонзились в руки отца, я обернулась, увидела Елену и Влада, стоящими с луками, они мне кивнули…
…Вновь повернувшись лицом к отцу, я подбежала к нему и со словами: «Как ты мог, отец?» – пронзила его мечом. Затем добавила: «Ты убил не только мою подругу, но и ребёнка, коим она была вот уже пятнадцатый год со дня своего рождения!..»
…Мы последние жители деревни: Влад, Елена и Я – Эльза, - с помощью некоторых крестоносцев отстроили посёлок заново и поселились в нём. Остальные рыцари забрали моего отца, и ушли к себе на родину…
…Как-то на охоте я наткнулась на разлагающийся труп моего отца, и вспомнила его мечту, остаться в этой стране со мной…
…Вот мы и остались здесь, отец!…
Конец...

Простите, господа, не успеваю, не могу сейчас ничего читать. Потому извиняюсь перед всеми. Однако ж осмелюсь кинуть свою последнюю работу.

Возвращение