«Рождение Иерусалимца».
(По мотивам романов Дэвида Геммела «Волк среди теней», «Последний Хранитель»)

Горожане давно уже разошлись, а Йон все стоял с непокрытой головой перед могилой.

Вири Шэнноу

Никогда не отступал.
Никогда не сдавался.

Казалось нелепым, что самый сильный и смелый человек в мире погиб от руки юнца, захотевшего славы. Юнца, у которого не было ни одного шанса в честном поединке с Вири.
Кто тебе сказал, что мир справедлив? Справедливости нет, кроме той, что установим мы сами. Так сказал Вири во время одного из вечерних разговоров у костра. Что ж, по крайней мере юнец получил по заслугам. Его повесили, и даже его имени нет на камне. Только одно. Здесь лежит убийца Вири Шэнноу.
Он провел пальцами по пистолетам в кобурах. Один – с рукояткой из слоновой кости, другой – с рукоятью из яблоневой древесины. Первый пистолет бьет чуть влево, это надо помнить.
Мое наследство, с горечью подумал Йон. Два пистолета, мешочек с пистонами, порох, черный жеребец и тридцать девять обменных монет. Свою собственную лошадь он продал, чтобы похоронить Вири. Здесь все знали, что он ездил с Шэнноу последние два года, и никто не оспаривал его права на имущество покойного.
«Ты мог бы разбогатеть, Вири. С твоей сноровкой и отвагой это было бы легко, особенно в проклятом мире после Армагеддона. Но ты решил истреблять разбойников – опасное и неблагодарное занятие», подумал Йон. Он вспомнил историю, которую поведал Шэнноу, историю, слышанную от бродячего проповедника. Иисус исцелил десятерых прокаженных, но только один из них потом пришел поблагодарить его. Люди неблагодарны, в этом нет ничего нового. Но это не причина, чтобы перестать помогать им. Может быть, ты и прав, наставник.

Йон оседлал жеребца и выехал на главную улицу. Ему хотелось оказаться как можно дальше от города, где нашел смерть его друг и учитель.
Двое всадников въезжали в городок той же дорогой, которой он собирался выехать.
- Прошу прощения, молодой человек, вы не знаете, где найти Вири Шэнноу? – спросил тот, что постарше.
Йон окинул обоих холодным взглядом. Тот, что спрашивал, по всей видимости торговец, руки другого выдавали фермера. Он вспомнил, что они никак не могли знать о случившемся сегодня утром, и подавил поднявшуюся в душе ярость.
- Вири Шэнноу, - отчеканил Йон, - погиб. Вы можете найти его на городском кладбище.
Лицо торговца вытянулось.
- Как это – «погиб»? Шэнноу – лучший стрелок на всем континенте.
- Это не значит «неуязвимый». Любого можно застать врасплох.
- Очень жаль. Он нам был позарез нужен.
- Зачем? – уже более миролюбиво спросил Йон.
- Зачем вообще нужны истребители разбойников? У нас по соседству бесчинствует большая шайка. Никакой жизни не стало.
- Сколько человек в шайке? Чем они вооружены?
- Вам-то какая разница, молодой человек? – вздохнул торговец.
- Может быть, я смогу заменить его? Я два года ездил с Вири, учась его ремеслу. Может, у меня нет его опыта, но стреляю я немногим хуже. Семеро разбойников уже убедились в этом на своем горьком опыте. Я никогда не выступал против разбойников в одиночку, это правда, но все когда-нибудь бывает впервые.
Торговец впился своим цепким взглядом в Йона. Тот не отвел глаза.
- Кажется, ты и в самом деле сможешь. Ты молод, но в тебе чувствуется сталь. И ты не хвастун – я таких за милю чую.
- Так как насчет моего вопроса?
- В шайке человек двадцать, - впервые с начала разговора фермер подал голос. – У них кремневые пистолеты и несколько мушкетов.
- А как насчет ваших людей? Есть среди них хоть пара хороших стрелков?
- Человек пять, не больше. И то, считая меня.
- Что ж, попробую справиться.
- Один вопрос, прежде чем мы двинемся в путь. Как тебя зовут, парень? – снова заговорил торговец.
- Зовите меня Йон Шэнноу, - впервые за день Йон улыбнулся.