XXIII Везение...

Они, похоже, издеваются. У них что очерёдность? Вчера Эл притащил Макса, а сегодня Макс приводит Эла? А этот идиот, истекающий кровью, смеет шутить и улыбаться. Ты тут как последняя дура опять ищешь бинты, мази, перекись водорода, а он вместо того, чтобы лежать на диване в приступе предсмертного бреда, просит чего-нибудь выпить и прекратить с ним нянчиться.
– Жаль, тебя там не добили! – бросила Аня в ответ на просьбу Эла о спиртном. Она начинала злиться по настоящему: Чёрт бы тебя побрал!
– Он пытался, не удалось, – усмехнулся Эл в ответ. На секунду его взгляд изменился, так смотрят люди, когда думают о прошлом. – Хотя, поверь мне, с чертями веселее, чем с ангелами.
– Да чтоб тебя! – у девушки возникло желание ударить негодяя.
Макс принёс с кухни бутылку с мартини. Протянул её Элу. Тот открыл её, сделал глоток. Вернул обратно.
– Как ты это пьёшь? – Макс скривился.
– Да нормально.
– Надеюсь, пиво ты тоже пьёшь?
– А как же, – Эл улыбнулся.
– Тогда я сейчас вернусь. Сбегаю в магазин.
– Вы что охренели оба?! – у Ани, кажется, начиналась истерика. – Макс! Ты приводишь его с дыркой в боку, а потом собираешь поить пивом?!
– Ну да, – хором ответили парни.
– Ай! Да идите вы оба! Видеть вас не желаю! – крикнула Аня и ушла в другую комнату, закрывшись там.
Идиоты! Кретины! Безмозглые болваны! Ты переживаешь о них, а им плевать. Они пиво пить будут. На кой чёрт ты с ними вообще связалась?
Снова тянешься к сигаретам. А ведь ты переживаешь о них. Они тебе дороги. Хотя слово «дорог» неприятное слово. Дорогой может быть вещь, которую можно купить или продать. Но люди не вещи. Ты это понимаешь? Понимаешь. Потому что знаешь, каково быть вещью…
Ты включаешь музыку, знакомый голос поёт:

Ты хотела быть всех круче,
Красотой своей замучить
И заставить самых лучших
Дружно платить тебе дань.
Ты решила в свет пробиться
И нашла себе двух принцев
И банкира, и убийцу,
Ты просто хитрая дрянь

А ведь Макс и Эл не считают тебя такой. Макс… Одинокий рокер. Мужчина твоей мечты.
Эл… Вечный странник. Мужчина на одну ночь.

Уходи, и не возвращайся
Уходи, и не возвращайся
И не возвращайся ко мне!

Аня погасила сигарету. Подошла к окну. Проклятый дождь снова барабанил по стёклам. На душе было тяжело.
Почему всё так странно? Почему эти двое встретились тебе? Кто ранил Эла? Зачем он снова здесь? Он ведь должен был уйти и не вернуться.

Ты звонишь и просишь встречи
Обязательно под вечер
Там где музыка и свечи
Думаешь я идиот?
Вон из сердца, дочь вампира
Я дарю тебе полмира
Лишь бы ты меня забыла
И не дала задний ход!

Аня… Сероглазый ангел Тьмы. Ты вспоминаешь всю свою недолгую, но наполненную событиями жизнь. Что осталось тебе? Озлобленный на весь мир рокер и пришелец из ниоткуда, разгуливающий по городу с мечом. Вот уж везение. Это твоя плата за свободу?

Не надейся, что сыграем
В старую любовь.
Бай-бай, детка,
В мире много старых козлов!

Аня выключила музыку. Чёрт побери… Ты ведь не такая. Не правы Дубинин с Пушкиной. Эти слова не о тебе.
Предательские слёзы. Эти два идиота доводят тебя до слёз. Ты не плакала целую вечность.
– Будьте вы оба прокляты!
Через некоторое время Аня вышла из комнаты. Эла не было в зале. Он находился в ванной и пытался промыть рану. То, что на парне не было одежды, девушку нисколько не смутило. Чего уж теперь стесняться то…
– Ты уверен, что тебе не нужен врач? – спросила она.
– Уверен. Через пару дней не останется и следа.
– Так быстро?
– Да, – кивнул он. – Мои раны быстро затягиваются.
– А этот след на руке? – Аня указала на левое плечо. – След от ожога?
– Да.
– А почему он не исчез?
– Я не захотел, чтобы он исчезал, – ответил Эл. – Это метка.
– Метка?
– Долгая история…
– А кто её поставил?
– Я сам…
Он не просто дурак, он ещё и псих… Ох, Аня, что ж тебе так не везёт…

Полностью согласна с Аней))) я бы в такой ситуации коньяка просила, а уж никак ни пива. Да еще после мартини)))
...
Забавно. Я одной из первых читаю эту историю, но еще не оставила ни одного коммента в теме.
Ну да, ты мое мнение знаешь))
Жестко, временами жестоко. Просто кусочек из жизни. Из реальной жизни. И это временами пугает. Но это даже полезно. Подобный страх проходит, но не бесследно. Он заставляет задуматься о том, что именно напугало. А тут уж не так долго до попытки понять и примерить на себя.
Возможно, кому-то это поможет. Реально поможет, Эл. И за это спасибо тебе.

XXIV Ничего личного

Макс вернулся довольно быстро. Я как раз успел промыть рану, перебинтоваться. Понадобилось приложить немало усилий, чтобы не позволить Ане за мной ухаживать. Ибо, не фиг.
Я старался не подавать вида, но каждое движение отдавалось болью в боку. Да что там, каждый вздох причинял боль.
«Допрыгался, голубчик»
«Только давай без нотаций»
«Да толку от них, ты ведь никогда не слушаешь»
Аня снова ушла к себе в комнату. Она злилась на нас двоих. Говорил же я Максу, пусть в гостиницу меня отведёт. Зачем девушку расстраивать.
«За мной пришли Тени»
«Я заметил»
«Давай без сарказма. Как думаешь, дело плохо?»
«Я думаю, ты сильно опаздываешь. Раз пришли Тени, значит, тебе следует поторопиться. Потому что скоро они придут снова. Или кто посерьёзнее…»
«Кто?»
«Откуда мне знать? С Учителем поговори»
«На связь стало выходить трудно»
«А мы не ищем лёгких путей»
Вот что такое быть не в ладах с самим собой. Зато мы хорошо поладили с Максом. Хотя, он словно был полной противоположностью мне.
– Нет, Эл, – рокер покачал головой. – Это ты у нас хороший парень. А я не хороший.
– А кто тебе сказал, что я хороший? – я усмехнулся. Пиво стремительно поглощалось.
– У тебя на лице написано это. Но вот скажи, зачем тебе всё это?
– Что именно?
– Ну, вот ради чего ты бродишь по свету и помогаешь незнакомым людям?
– Мне дали задание.
– Это для тебя всего лишь работа? – Макс усмехнулся. – Прости, приятель, не верю.
– Не веришь?
– Нет. Ты хочешь, чтобы я поверил, что ты ничего не чувствуешь? Что для тебя всё, что ты делаешь, лишь работа?
– Да, это просто моя работа, – отвечаю я. Но не смотрю ему в глаза.
«Кого ты пытаешься обмануть, Хранитель?»
«Свали, я не с тобой разговариваю»
– Нет, Эл, ты вовсе не бесчувственное оружие, как хочешь казаться. Уж я то знаю. Я немало повидал. Я видел тех, у кого на самом деле нет душ… Они словно…
– Тени… – вздох, отдающийся болью в боку.
– Да, можно сказать и так. А вот у тебя душа есть.
Дьявол! Зачем мы ведём этот разговор? Я Хранитель. Я всего лишь выполняю свою работу. Не имеет значения, что чувствую я, чего я хочу, ради чего живу. Я просто делаю то, что должен.

Так бесконечна морская гладь,
Как одиночество моё.
Здесь от себя мне не убежать
И не забыться сладким сном.
У этой жизни нет новых берегов,
И ветер рвёт остатки парусов.

– Скажи, а почему ты занялся этим?
– Каждый выбирает для себя то, к чему больше предназначен. Быть Хранителем – моё Предназначение.
– Но ведь не всю жизнь ты этим занимался…
– Нет, – я кивнул. – Первые семнадцать лет своей жизни я просто жил.
– А потом?
– А потом… Потом моя жизнь круто поменялась. Я рухнул в реку, а вынырнул… В общем, далеко отсюда.
– А что было потом?
– Да много чего. Я встретился с человеком, который стал моим Учителем, обучил разным вещам. После чего я принялся за свою работу. И то, чем я сейчас занимаюсь – моё задание.
– Просто задание… – рокер усмехнулся. Он не верил моим словам. – И ничего личного…
– Ничего личного…

Я прикоснулся к мечтам твоим,
И был недобрым этот миг.
Песком сквозь пальцы мои скользил
Тот мир, что был открыт двоим.
Мы шли навстречу, всё ускоряя шаг,
Прошли насквозь, друг друга не узнав.

Мы молчали. На кухню зашла Аня. Поглядела на нас как-то странно.
– Всё пьёте… – она поставила на стол недопитую бутылку с мартини, налила себе. – Свалились вы мне на голову…
– В отношении меня не волнуйся, – ответил я. – Я как свалился, так и отвалюсь. А вы тут уж сами разбирайтесь. Мне бы с Тенями разобраться.
– Зря ты так, Эл, – произнёс Макс. – Почему ты от людей отделяешься?
– Это говорит человек, который ненавидит весь мир и мчится по дорогам, сам не зная, зачем? – я позволяю себе эмоции… нельзя…

Я здесь! Где стынет свет и покой.
Я снова здесь! Я слышу имя твоё!
Из вечности лет летит забытый голос,
Чтобы упасть с ночных небес холодным огнём.

– Может быть, ещё скажешь про девушку, которая играет с парнями, а потом выкидывает их? – Аня поглядела на меня. – Ты ведь это хотел сказать?
– Какая разница, чего я хотел? Мои желания и чувства не имеют значения.
– Кого ты хочешь обмануть, Хранитель? – она грустно улыбнулась. – Ты ведь всё чувствуешь. И мне почему-то кажется, что ты чувствуешь острее нас раза в два.
«В три, если быть точным»

Я думал, время сотрёт твой след,
И не ловил в толпе твой взгляд,
В чужих объятьях искал ответ
И не искал пути назад.
Всё забывая, жить начинал опять,
Но видел, как пуста морская гладь.

– Мне пора, ребята. Берегите себя, – я встал из-за стола.
– Ты уходишь? Куда ты пойдёшь? Ночь на дворе! Ты пьян! У тебя дыра в боку! – Аня попыталась усадить меня за стол.
– Это не страшно, – я улыбнулся. – До встречи. И спасибо вам.

XXV Сказки для других

– Куда он пойдёт? Его надо остановить! – Аня нервничала.
– Не надо. Оставь его, – Макс взял девушку за руку и удержал. – С ним всё будет хорошо.
– А если нет?
– Я не знаю… – рокер вздохнул. С каких пор ему стало дело до других? Но он как никто другой понимал Эла. Он знал, что лучше сейчас не трогать парня. У каждого бывают такие моменты.
– Тебе наплевать на него? Он ведь спас твою жизнь!
Макс ничего не сказал. Он лишь допил оставшееся пиво.

Ты слишком долго блуждал в темноте,
И ты думал, что ночь - это день.
Ты видел сотни поруганных тел,
Но предать их земле было лень.
Ты не предатель, ты просто глупец,
И таких миллионы кругом.
Бедный Христос свой сорвал бы венец,
Угадай он, что будет потом...
...Ответь
Что вам мешало прозреть?
Что же случилось с мечтой,
Сделать для всех рай земной?

– Не волнуйся за него.
– Как я могу не волноваться?!
– А вот так! – чего Макс терпеть не мог, так это истерик. – Он решил, что ему пора, значит, ему пора! Чего тебе от него нужно?
– Я боюсь, что с ним что-нибудь случится…
– Ага, за много лет ничего не случилось, а сегодня обязательно случится. Ты всегда была такой паникёршей?
– Не была, пока вас двоих не повстречала.
– Ты нас три дня знаешь. С чего такая забота?
– Я, по-твоему, тварь бесчувственная? – бросила Аня. – Совсем что ли у меня сердца, по-твоему, нет?
Он молчал. Он не хотел вести этих никому не нужных разговоров. Он одиночка. Ему ни до кого нет дела. Но почему тогда так задевают эти слова? Почему он пытался убедить этого странного типа в том, что тот вовсе не лишён чувств?


Сбросило ветром повязку с лица,
И в глаза свет ударил бичом.
Оказалось, маньяк заменял вам отца,
А народ был послушным скотом.
Все изменилось в прозревших глазах,
Кто был крысой - стал тигром и львом.
Ты не предатель, ты жил в дураках,
И таких миллионы кругом...
...Ответь
Что вам мешало прозреть?
Что же случилось с мечтой,
Сделать для всех рай земной?

– Дьявол-Хранитель… Чужак. Уж насколько я чужак здесь, но до этого негодяя мне далеко, – произнёс он вслух.
– Да что вы оба на своём одиночестве помешались?! – Аня снова вспыхнула. – Только и стонете оба, как вам плохо. Сами ведь выбрали такие судьбы.
– Судьбы… Да чушь всё это. Нет никакой судьбы. И боги давно нас бросили. Мы не желанные дети богов. Мы им не нужны. И нечего говорить что-либо о судьбе, о светлом будущем, о том, что «время не пришло», что «не встретил ещё». Аня, милая, ты сама в эту чушь когда-нибудь верила? Не по твоим ли мечтам потоптались? По моим тоже. Что было с Элом, я понятия не имею, и не очень хочу знать. Оставь все эти сказки для кого-нибудь другого…

Оглянись назад:
Там застыл закат,
Черно-красной застыл полосой.
Впереди – туман,
Позади – обман,
Что вы сделали с вашей мечтой?

И снова молчание. Лишь дождь барабанит по стёклам… Словно, небо плачет по своим детям…

Сообщение отредактировал Элахин - 17-07-2006, 5:42

XXVI Царство смерти

Сколько стоит пустота? На этот вопрос мало кто ответит. Потому что мало кто захочет её купить. Вы сидите вдвоём. Но всё как-то не так. Вы вдвоём, но ты снова чувствуешь, что ты одна. Эл ушёл. Макс вскоре тоже уйдёт. Он ещё этого не сказал, но ты знаешь, что это так. И не предложишь остаться.
Интересно, остался бы Эл? Хотя, какое это имеет значение? Что за нелёгкая…
Как же хочется послать их обоих к чертям, забыть обо всём. Но ты не можешь сделать этого.
Ты устала, ты идёшь спать. Одна. Макс не возражает. Ему, кажется, всё равно. Сейчас и он может уйти в ночь. Уйти и не вернуться.
«А провалитесь вы оба!»
Аня снова включила в своей комнате музыку. И снова пожалела об этом.

На краю обрыва, за которым вечность
Ты стоишь один во власти странных грез.
И, простившись с миром, хочешь стать беспечным,
Поиграть с огнем нездешних гроз.

Ты закрываешь глаза и видишь одинокую фигуру, стоящую на крыше дома, на самом краю. Ветер раздувает полы плаща. Человек держится рукой за раненый бок.

Наконец ты счастлив как никто на свете,
Ангельская пыль тебя уносит вверх.
Только ей подвластны и восторг, и ветер,
В "жидких небесах" звучит твой смех.

Дурак! Почему же ты так небрежно относишься к своей жизни? Не понимаешь, что о тебе волнуются, что если с тобой что-то произойдёт, будут переживать?

Ангельская пыль
Это сон и быль!

Безумец, беглец дороги нет!
Ты видишь неверный свет!
Твой ангел зажег мираж огня,
Он хочет убить тебя...

Теперь ты видишь фигуру, окутанную мраком. Кто-то приближается. Кто-то другой. Кто-то, несущий боль. И смерть…

На краю обрыва песня неземная,
Музыка богов и голоса богинь.
Ты паришь над миром, но торговец раем
Вынет душу из тебя за героин…

Смерть. Этот мир превратился в Царство Смерти. Только сейчас ты об этом задумываешься. И кто же ты в этом царстве?

Ты устал быть птицей и сорвался камнем,
Рухнул с высоты, спасаясь от судьбы.
На краю обрыва вновь летят на пламя
Сотни мотыльков-самоубийц…

Безумец! Два безумца! А ты пытаешься уберечь их от глупостей. Но тебя никогда не слушают.
Они делают всё по-своему, а ты снова сидишь тут и как дура переживаешь об идиотах, которые сами себе жизни не дают…

Сообщение отредактировал Элахин - 17-07-2006, 6:08

Знаешь, очень приятно читать твои главы под ту песню... Ну, ты ее знаешь)
У нее проигрыш приятный такой, и как раз под этот проигрыш попадаются особо важные моменты. То есть получается совместное творчество: тебя, его и немного мое. ПОтому что я тоже прикладываю усилия, чтобы прочувствовать, но не вселиться в героев... А среди них есть и мой типаж... Какой ужас. Эл!

XXVII Что-то серьёзное

«Зря ты так, Эл» Холодно. Дождь всё льёт и льёт. Похоже, он будет идти, пока я не закончу здесь свои дела.
«Тебе то что?» Я кутаюсь в плащ, но это мало помогает.
«Да мне то ничего. Просто я то знаю, что для тебя это нечто большее, чем просто работа» Рана в боку начинает ныть.
«Дюже много ты знаешь…» Достаю наушники, втыкаю их в уши. Пропади всё пропадом.

По дороге в Ад чёрный всадник мчится,
Бледное лицо и странный блеск застывших глаз.
Он посланник Зла, тень бессмертной птицы,
Словно сквозь прицел он видит нас!
Он не просит, жжёт и рушит,
В ночь уносит наши души!

Что-то приближается… Что-то серьёзное. Чёрт! Я не успеваю!

На дороге в Ад ветер и движенье,
Тормоз не спасёт, след крови смоет до утра.
Чёрный всадник мчит в полном облаченье,
И совсем пуста дорога в Рай…

Кто-то посерьёзнее, чем Тени… Что ж, пусть лучше так. Эта работёнка мне по душе. А то этот клуб одиноких сердец меня достал.
«Что, повоевать захотелось? На навоевался ещё? Больше четырёх веков мечом машешь»
Знакомый подъезд. Здесь, кажется, живёт Даша. Я некоторое время стоял на улице, борясь с желанием зайти внутрь. Очень не хотелось тревожить девушку, к тому же, не хорошо получится, если я зайду к ней с раной в боку.

О! Всадник отслужит на горе
Чёрную мессу по тебе,
И эхом грянет над землёй:
«Следуй за мной!»

«Как поступим?» Боль в боку усиливается. Я чувствую, что держаться на ногах всё труднее. И так все ресурсы задействованы.
«Сейчас иди к Даше. Она не осудит тебя. До завтрашнего вечера у нас есть время. Дальше разберёмся»
Впервые за долгое время я послушал свой внутренний голос. Он был прав, Даша приняла меня с улыбкой, которая тут же исчезла, когда девушка увидела мой бок.
– Кто тебя так?
– Долгая история… – терпеть боль становилось всё труднее.
Даша уложила меня на кровать, принесла бинт, потому что тот, которым я был обмотан, больше напоминал тряпку тореадора.
– Странный ты, – только и сказала она. Наверное, сказала что-то ещё, но я уже ничего не слышал…

XVIII Друзья

Утро было пасмурным. Макс отправился в магазин, чтобы купить запчасти для мотоцикла. Настроение было подстать погоде.
Макс переживал из-за Эла. Он видел парня лишь однажды, но чувствовал, что знает его всю свою жизнь.
Он переживал из-за Ани. С девушкой он был знаком немногим больше, но и ей дорожил.
О себе он Макс не привык переживать. И не привык жалеть о чём-либо. А вот за своих друзей стоял горой…
Друзья? У него появились друзья. Он только сейчас это понял.

Что за скорбные лица?
Слезы льются ручьем, и дождь в придачу.
Ты разводишь руками,
Дело труба.
Можно запросто спиться,
Нас хоронят живьем, и счет оплачен,
Все прощаются с нами –
Траурный бал.
Больше молчать не в мочь,
Юмор - черней, чем ночь,
Сможет одно помочь:
Наш удар!

Вот уж действительно весёлая компания. Макс улыбнулся. Кто раньше сойдёт с ума? Почему-то ему казалось, что это будет Аня. Как бы только Эл не наделал глупостей. Хотя ведь этот дьявол скажет «это моя работа»… И добавит «ничего личного»…

Дай жару!
Чтобы знали
Дай жару!
Чтобы знали, как делать дело
Пока не заржавело
Дай жару!

Вот только Макс не переживает. Он не имеет такой привычки.
Он вернулся в гараж и занялся ремонтом. Провозился в гараже до самого вечера. Зато мотоцикл снова был на ходу. В отношении техники Макс творил чудеса.

Где мужчины "в металле"?
Где характер орла, и поступь тигра?
Измельчала порода,
Пляшут враги.
Мы из праха восстанем,
Мы не станем играть в чужие игры,
Быть уродами моды
Нам не с руки.
Прочь, гробовщик, с пути,
К черту венки, цветы.
Лечит от глухоты наш удар!

Этой ночью Макс собирался прокатить Аню по городу. Потом вместе посидеть в каком-нибудь баре. Это поможет развеяться. Лишь погода позволила. Хотя, на неё надежды не было.

XXIX Чёрный волк

Аня впервые ехала на мотоцикле. От бешеной скорости закладывало уши, слёзы из глаз текли сами собой. Но она была довольна. Вместо принца на белом коне, она получила рокера на чёрном байке. Но она была довольна…
Часа два они просто катались. Катались, позабыв обо всём. А потом заехали в какой-то бар. Сели за стол, Макс заказал себе пива, Аня – мартини.
– Будь здесь Эл, что бы он, интересно заказал? – усмехнулась девушка.
– Мне кажется, ему всё равно, что пить, – ответил парень. – Для него это не цель, а средство.
– Это не выход, но способ… – вздохнула Аня.
– Бывает и так, – согласился Макс.
– Как думаешь, с ним всё в порядке? – девушка до сих пор была обеспокоена.
– А что с этим дьяволом может случиться? – он пожал плечами.
– Ну не знаю… Всё, что угодно.
Вы опять сидите и мусолите эту тему. О том, стоит ли переживать о ком-то или нет. Призраки ночи… Но ведь эти двое теперь для тебя нечто большее. Нечто большее…

Мне никогда не войти в этот сад,
В нем нет цветов для меня.
Я ненавижу штыки оград,
Бьющих в сплетение дня.

– Почему всё так?
– Как?
– Так больно? – Аня больше не носила масок, общаясь с Максом.
– Потому что мы не умеем отпускать…
– Даже ты?
– Даже я…

Мне не хватает в закрытых садах
Воздуха, рвущего плоть.
Кто слаб душою, спешит сюда,
Не в силах себя побороть.

Допиваешь мартини, молча сидишь и смотришь на Макса. Мужчину своей мечты. Чёрного волка…
А кто Эл?

Сад не придуман мною,
Он - реален как ты.
Но ты идешь спокойно
В сад пустоты...

Вы сидите вдвоём, остального мира словно не существует. Но что-то тянет за душу. Предчувствие беды…

Я не люблю безнадежности спин,
Верю в энергию лиц,
Против движенья иду один,
Нарушив условность границ.

– Увези меня отсюда.
– Ты имеешь в виду…
– Из этого проклятого города! Не могу здесь жить больше.
– Аня… – Макс глядит на тебя, не решаясь сказать что-либо. Что ему мешает?

Прочь от аллеи железных святош,
Холод их песен страшит.
Следом за ними вошла в сад ложь,
Розы подняв на свой щит.

Уехать. Бросить всё. Ты думаешь, что где-то там далеко ты станешь счастливее? С милым рай в шалаше… Так ли это? И так ли он мил тебе? Быть может, он тебе надоест через неделю, как и все остальные?

Там есть все, только нет души.
Вместо росы белый жемчуг дрожит,
Робот птиц восковых сторожит,
Сад всем диктует законы.


Они вышли из бара, сели на мотоцикл. Помчались прочь. На этой бешеной скорости можно на время забыть обо всём. Теперь ты понимаешь, почему Макс выбрал такую жизнь.

Думать о будущем нет причин,
Прошлая жизнь под контролем машин.
Ты выходишь из сада живым,
Но в сердце мертвая зона.

Сейчас ты готова убежать. Улететь. Умчаться. Вместе с ним. Рыцарем дорог.
Аня, сероглазый ангел Тьмы… Сейчас ничто не имеет значения. Только скорость.

Прочь беги, пока хватает сил, беги
На восход, в сад живой...

Странный звук. Ты поворачиваешь голову и видишь, что за вами кто-то гонится. В свете фар ты не можешь разглядеть его фигуру. Но ты знаешь, что он идёт за вами…
– Макс! – ты кричишь, пытаясь заглушить ветер. – Он… Он…
Ты не можешь говорить, у тебя перехватывает дыхание от скорости. Мотоцикл несётся вперёд…

XXX Не сейчас

– Доброе утро, – Даша подошла ко мне. В руках был поднос, а на нём кофе и бутерброд. Я улыбнулся. На часах было 14:14.
– И тебе, – стало немного не по себе от заботы, которую проявляла ко мне девушка.
– Как ты?
Я посмотрел на свой бок. Рана почти полностью затянулась. Даша изумлённо глянула на меня.
– Разве такое возможно?
– Возможно всё, – я лишь улыбнулся. – Уж поверь мне.
– Верю…
Даша… Голубоглазый демон света… Единственное пристанище моей души. Вот только…
Я коснулся пальцами ещё щеки. Поцеловал девушку.
«Прячь зубы. Не всем девушкам это нравится»
«Сейчас пойду к зеркалу и набью тебе морду!»
«Посмотрим ещё, кто кого»
Ближе к вечеру я пошёл на улицу. Сердце было не на месте. Дьявол!

Город уснул в душной ночи,
Чёрная лента вьётся, как змея.
Всё зачеркнуть, всё изменить,
Из подсознанья вырвать тормоза.
Новый вираж преодолеть,
Ток пропустить по нервам в сотый раз.
Смуту в душе перетерпеть, чтобы исполнить
Всё, что хотел, но не успел!

Я начал ощущать сильное волнение. Прикрыл глаза. Ощутил нити, связывающие людей. Макс! Аня!
Я сорвался с места и побежал.

Время вспять повернуть нельзя,
Сколько будет гореть надо мною звезда.
Знаю я, смерть найдёт всех нас,
Пусть возьмёт эту жизнь,
Но возьмёт не сейчас!

Возникло ощущение, что я слился с ветром, я почти не ощущал прикосновений к земле.

Срезан дождем долгий тоннель.
Я, упиваясь волей, жму на газ!
Двигаться вдаль – лучшая цель,
Чтобы в трясине будней не пропасть.

Успеть! Не опоздать! Смерть! Боль! Сколько же это будет продолжаться?! Аня! Макс!

Только сейчас, здесь – в темноте
Я понимаю раз и навсегда:
Нет запасных душ и сердец,
Есть только Скорость.
Пусть повезет, тем, кто рискнет!

Я оказываюсь на трассе. Навстречу мне, осветив ночь ярким фонарём, мчится чёрный мотоцикл. А за ним…
«Вот и дождались!»
«Без паники, Эл. Будь готов»
Я сжал кулак и приготовился атаковать…

Пусть повезет, тем, кто рискнет!

XXXI Призраки ночи

Макс выжимал из мотоцикла всё, что мог, но оторваться от погони ему не удавалось. Парень не мог видеть, кто это, понял лишь, что незнакомец тоже мчится на байке.
Но Макс не привык сдаваться. Аня что-то кричит, мотор ревёт, ветер воет. Хочется крикнуть: «Да заткнитесь вы все!»

Я о ней мечтал всю жизнь
Наконец мои желанья сбылись
Вот она!
Вот она!

Вся блестит и манит взгляд
На такой не грех отправиться в ад
Вот она!
Вот она!

Опасность. Упоительное ощущение. Он снова чувствовал себя живым. Вот только девушка, сидящая позади, которую надо беречь… Макс знал, что должен быть осторожен.

Чем дальше - тем больше,
Чем больше - тем сильней.
Друзей душит зависть,
Плевать мне на друзей.
И днем, и ночью я буду мчаться
По черной полосе.
Слились воедино
Два призрака шоссе!

Незнакомец приближается, но Макс не сдаётся. Кажется, он никогда не мчался так быстро. Словно способен обогнать время…

Я - король дороги!
Я - король от Бога!
В ад или рай,
Сама выбирай!

В какой-то миг они находятся совсем близко, но Макс вырывается вперёд. «Сначала догони!»

Жить как все мне скучно,
Мне и смерть игрушка!
Скорость в крови,
Удачу лови!

Смерть. Только сейчас Макс осознал, что за ним гонится Смерть. Успеет ли он увернуться от неё в этот раз?

Я о ней мечтал всю жизнь
И с небес она спускается вниз
Вот она
Вот она!

Золотой волной волос
Закружила и накрыла всерьез
Вот она
Вот она!

Подпустить гада ближе и хватить цепью по голове… На такой скорости одной рукой не удержать байк. Чёрт! Он всё ближе… Словно играет.

Мы на лету срывали вечность,
А дорога шипела змеей.
Тела светились, словно свечи,
В этой гонке такой неземной!
Неземной...

Будь Макс один, он бы потягался с этим призраком. Но он должен был уберечь Аню. Но как?!

Я очнулся ото сна
И увидел свою жизнь из окна
Вот она!
Вот она!

Старый кузов без колес
И подруга, что целует взасос
Вот она!
Вот она!

Внезапно на дороге появляется ещё один призрак. Фигура в плаще. Но через миг призрак исчез. Послышался крик, грохот, звук падающего мотоцикла, звон металла.

Чем дальше - тем больше,
Чем больше - тем сильней.
Все те же, все то же,
А ночь все холодней.
И днем, и ночью я пил не мало
За призраков шоссе...
Их больше не стало
На черной полосе…

Макс не видел, но примерно представлял, что произошло. Он начал сбрасывать скорость, потом остановился. Он увидел двоих призраков, сражающихся возле горящего мотоцикла…

XXXII Не надо

Аня долго не могла прийти в себя. Она была далеко не из трусливых, но ночная гонка была для неё в новинку. Теперь она стояла возле мотоцикла, крепко прижавшись к Максу и глядела на страшную картину.
Двое призраков возле горящего мотоцикла. Что же за психи? Опять мечи. Трудно было уследить за их движениями, призраки двигались слишком быстро. Потом раздался взрыв. Пламя охватило их, но, казалось, призраки не обращали на это внимания.
Жить в эпоху великих перемен
И врагу своему не желай.
Мир - словно порох умов опасный крен.
На дыбы встала даже земля.
Словно конь, не желающий знать
Жесткой плети ковбоя,
Мчится к бездне, закусив удила.

Почему-то тебе один из призраков кажется до боли знакомым. И Максу, судя по всему, тоже. И когда ты это понимаешь, то приходишь в ужас.
Аня… Сероглазый ангел Тьмы… Ты стоишь здесь, глядя на танец смерти. И словно никого нет рядом. Сегодня ты была на волосок от гибели. Вместе с Максом.
Ты хочешь рвануться к Элу, чтобы помочь ему, но Макс крепко держит тебя. Ты ему не поможешь. Ни ты, ни Макс. Это не ваша битва. Не ваша работа. Эл делает лишь то, что должен. И ничего личного…
«Не верю!»

Нас на скалы несет, верим в новый восход,
Умирает надежда последней!
Время есть до конца, может там в небесах
Отзовутся и вспомнят о нас…

Боль пронзает твою грудь, ты падаешь, Макс подхватывает тебя, поднимает на руки. Ты не хочешь видеть этого всего. Там на холме твой друг ведёт битву не на жизнь, а на смерть. И ты ничем ему не сможешь помочь.
«Сейчас он умрёт! Почему?! Господи! Почему всё так?! За что?»

Эта часть суши, что названа шестой,
Полигон тупиковых идей.
Дал нашим душам сам Бог такой настрой,
Что мы выстоим здесь и везде.
Мы живем, удивляясь себе,
Оседлав вольный ветер.
Воскрешая и вздымая на крест!

Ты хочешь что-то сказать, но не можешь произнести ни слова. В горле ком. Эл… Не стоит сожалеть о призраках ночи…

Все дороги не сходятся в одну
И у прошлого множество лиц
У камня на распутье мы выбираем ту
По которой сложнее идти
И врагу своему не желай
Жить в эпоху такую
Потрясений и крутых перемен!
«Я не тот, о ком следует переживать»… вспоминаются тебе слова, однажды обронённые им. Но это не ему решать!
За одним взрывом следует другой, и обе фигуры исчезают в огне…
Не следует переживать о призраках ночи…

XXXIII Рано или поздно, так или иначе

Я не верил, что я мертв,
Я слышал брань и плач,
Видел, как над телом
Там, внизу, шаманил старый врач.
Я плыл в черной пустоте,
Я обретал покой,
Свет в конце тоннеля
Как магнит тянул к себе дух мой...

Не хочешь, не верь мне!

Я медленно поднялся на ноги. Вокруг меня всё полыхало. Будь я человеком, давно, наверное, уже сгорел бы. Моего противника нигде не было. Упустил… Чёрт! Рана в боку снова начала ныть. Шатаясь, я вышел из огня, сжимая в руке меч. И увидел их. Зачем вы остановились? Я ведь его задержал, чтобы вы ушли. Ох, мать вашу Бог любил…

Свет был ярче тысяч солнц,
Я понял - это Бог!
Не бездушный идол,
А живой, сверкающий поток.
Свет заставил вспомнить всех,
С кем дрался и грешил,
Он заставил вспомнить
Каждый шаг бунтующей души...

Я направился к ним. Макс держал на руках Аню, она была без сознания.
Я коснулся рукой её лба. Девушка медленно открыла глаза.
– Ты жив… – произнесла она.
– Уезжайте. Они могут вернуться, – ответил я. Старался говорить как можно более холодно. – Если их будет больше, я могу не справиться.
– Их? – Макс поглядел на меня. – Кто это был?
– Охотники за душами. Маги-воины… Неприятный народец. Раза в два выше рангом, чем Тени. Скажем так, выполняют работу, полностью противоположную моей.
– Работу…
– Да, – жёстко сказал я. – Работу.
– Ты убил его?
– Нет, только ранил. Он успел скрыться. Эти поганцы знают тайные тропы. Ушёл прямо из-под носа. Но он вернётся.
– И что будем делать? – спросила Аня.
– Вы поедете домой.
– А ты?
– А я буду делать то, что должен…

Я не хочу той пустоты,
Я не хочу той чистоты,
Я не хочу той высоты,
Я не прошел всего пути!
Я не хочу той высоты,
Я не хочу той чистоты,
Я не хочу той пустоты!
Я развернулся и пошёл прочь. Проклятый дождь лил, как из ведра.
«Мелодрама превращается в боевик?»
«Ох уж мне твои шутки…»
«Разве я шучу? Эл, ты опаздываешь по всем параметрам. Если ты не вытянешь этих двоих, то Охотники придут за ними вновь»
«Меня самого уже вытягивать надо»
«Это фигня. Главное – работа»
«Да, пожалуй»
Я прикрыл глаза, а когда открыл их, дождя не было. Ветра тоже. Лишь тусклый свет луны и узкая тропинка. Лунная тропа. Грань между Светом и Тьмой.

Я звал друга, но никто
Не слышал голос мой.
Я рванул сквозь стены,
Но никто не бросился за мной.
Там, внизу, горел асфальт
От сбитых с неба звезд,
Мне хотелось ветра,
Чтобы бил наотмашь и насквозь.

Ответов на вопросы я так и не получил. Как вытягивать из Тьмы Аню и Макса, я не знал. Тем более, теперь Тьма пришла и за мной.
– Эл… - снова этот голос. Я сжал кулак, собрал в нём все свои эмоции, все чувства, мысли, желания. Собрал в один большой шаг из огня. Выбросил вовне.
– Ты постоянно пытаешься убежать от мира, – приятный женский голос. Я поворачиваюсь и вижу сероглазую брюнетку в одежде наездницы. Милана…
– Как ты здесь оказалась?
– Не один ты у нас такой умный, – улыбнулась она. – Меня тоже кое-чему научили.
– Но зачем ты пришла?
– А кто ещё прикроет твою спину, Эл?– девушка провела ладонью по моей щеке. Опять забыл побриться…
– Не надо тебе рисковать из-за меня. Это место слишком опасно…
– Милый, кому ты это говоришь? Я не боюсь опасности. А ты мне нужен. Очень нужен.
– Тогда пойдём со мной. Ты мне тоже нужна. Ты придёшь?
– Приду, Эл. Но будет лучше, если ты вернёшься к нам.
– Я вернусь. Рано или поздно. Так или иначе…
– Мне пора, - Милана вздохнула. – Здесь, на Лунной Тропе всё иначе. Всё не так как у нас…
– И не так, как у них… Здесь мы можем быть самими собой…
Поцелуи при свете луны… Романтика. На Лунной Тропе это романтичнее раза в три. А потом она исчезла. Потому что здесь место не для каждого…
А в голове слова «Приду, Эл…»

Сообщение отредактировал Элахин - 17-07-2006, 19:27

XXXIV Брат

Весёлая выдалась ночь. Благо, хоть все живы. Только вот Аня немного не в себе. Хотя, после выходок Эла немудрено злиться и обижаться.
– Почему он так ведёт себя? – спрашивала девушка. Они вновь сидели на кухне, и снова шёл дождь.
– Мы не должны к нему привязываться. Он хочет нам это внушить.
– Но зачем? Я ведь уже привязалась к нему.
– Ань, что это меняет?
– Для меня многое!
Макс ничего не ответил. Что можно ответить на такие слова? Нельзя привязываться. Он чувствовал, что Эл бесится оттого, что тоже привязался к нему и к Ане. А он не имеет на это права…

Огонь всё ярче,
Страницы жизни в нём горят.
Что будет дальше,
Об этом знаю только я.
Вопросов больше нет,
В ответ не слышно красивой лжи.
Меня в бесконечность уносит
Поток стальных машин.

– Вы с ним так похожи. И в то же время совсем разные, – произнесла девушка.
– Я знаю. Именно поэтому мы так привязаны друг к другу.
– А что насчёт меня?
– Ты… Быть может, ты ему кого-то напоминаешь, – Макс пожал плечами. – Или ещё что-нибудь.

Другая жизнь не сон,
Я был для неё рождён.
И в час ночных дорог
Я не одинок…

Но он вернётся. Чтобы снова уйти. Кто он? А кто я? Словно два брата. И сестричка…
От этого сравнения Максу стало смешно. А потом он загрустил.

Мы верим, что есть Свобода,
Пока жива Мечта.
Верим в свою Свободу,
И будет так всегда!


Брату нужна помощь. Он в опасности. Все трое в опасности.

Я вижу лица,
На них печать восьми ветров.
Кому молиться,
Что б нам в пути всегда везло?
А тот, кого выбрала Смерть,
Других ей не отдаст.
Он тенью скользит рядом с нами
И охраняет нас.

– Что будем делать? – снова спросила Аня.
– Сейчас – спать. А далее посмотрим. По обстоятельствам…

Сообщение отредактировал Элахин - 17-07-2006, 19:56

XXXV Холод

Сон был беспокойный. Ничего чёткого, лишь обрывки образов, мыслей, чувств. И холод. Сковывающий, лишающий жизни, не дающий вздохнуть.
А в Аду холодно…
Аня проснулась, вся дрожа.
– Что такое? – Макс обнял её. – Успокойся.
– Макс, мне холодно… Мне страшно…
– Успокойся, – повторил он. – Всё хорошо.
Хорошо… Откуда он может знать? Ты замерзаешь, хоть на дворе середина июля. Идёт этот проклятый дождь. Тебе представляется человек в плаще, который бродит под этим дождём. Чего он ищет?

Древний храм на скале освещен луной,
Сотни лет он стоит, скован тишиной,
Там огонь священный жертву ждет!
Ветер бьет по лицу крыльями дождя,
Крик летит в пустоту, слышу эхо, эхо я,
Стиснув зубы, я иду вперед.

Что и кому он хочет доказать? На нём заживают раны, но на руке след от ожога, который он сам себе поставил. Он не зависит ни от кого и ни от чего, а в его глазах видна тоска. Он говорит, что просто выполняет свою работу, но его взгляд говорит иное.
Зачем всё это? Зачем он вообще появился в этом городе? В городе, который ты уже почти ненавидишь.

Вверх магнитом тянет
Жертвенное пламя
Храма.
Стану морем света
Или горстью пепла
Там я!

Дьявол-Хранитель. А рядом Волк-Одиночка. А кто ты? Дикая Кошка, которая гуляет сама по себе. Хороша компания, ничего не скажешь.
Аня… Сероглазый Ангел Тьмы… Как же резко поменялась твоя жизнь за последние дни.
Вот только, ты теперь не знаешь, как и чем жить дальше. Потому что всё теперь иначе. А этот болван бродит где-то, заставляя тебя переживать.

Не проси - не возьму тебя с собой,
Не смотри - смысла жизни я не знаю,
Не желай тайны выведать чужой,
Помолчи - время есть, я продолжаю!

Аня вылезла из постели и пошла в ванную. Она надеялась, что горячая вода её согреет. Но холод этот шёл изнутри.

Вижу знак на стене - кто-то ждал меня,
Семь свечей, семь теней пляшут на камнях,
И блестит магический кинжал.
Охотники… Кто они такие? Эл сказал лишь пару слов, а потом растворился в ночи. Дьявол! Возникает ощущение, что он просто трепет тебе нервы. С другой стороны, он не обязан отчитываться за каждый свой шаг. И ему, похоже, плевать, что о нём беспокоятся.
Призрак ночи…
Он ведь сам решил стать этим призраком! А ты волнуешься. Благо хоть Макс пока не буянит.

Проклят будь этот миг - я схватил клинок,
Грянул хор горькой тьмы, рассмеялся Бог!
Род людской последней жертвой стал.

После ванной горячий чай. Но и он не помогает. Макс спит. А вот тебе не спится. Ты слышишь раскаты грома. Весело жить в этом городе…

Жизни смерть итожит,
Всех огонь священный
Гложет.
Очищенье светом,
Горьким серым пеплом,
Боже!

Под утро сон сморил Аню, она заснула прямо за столом. Макс проснулся рано, он отнёс её на кровать, а сам пошёл в гараж.

День выдался солнечный. Такое чувство, что дождя не было вовсе. Но тебе всё равно холодно. И грустно. Макс в гараже, Эл пропал как всегда. Ты снова одна. Так странно…

Не проси - не возьму тебя с собой,
Не смотри - смысла жизни я не знаю,
Не желай, тайны выведать чужой,
Вот и все! Я лишь дух, я исчезаю...

– Эл… Если тебя не убьют Охотники, я сама это сделаю…

XXXVI Так надо...

Искать Охотников не так уж легко. Вернее, это практически невозможно. Обычно, Охотник сам тебя находит. Но проблема в том, что им сейчас нужен был не я.
За годы, что я провёл в скитаниях, я уже привык, что на меня чуть ли не каждый день кто-то нападал, пытался убить. С этим можно справиться. Но защищать других намного сложнее. И это один из тех случаев.
Чем глянулись Демону Макс с Аней, я не мог ответить точно. Было в этих двоих нечто особенное. Нечто родное мне. Но какую они представляют ценность для Него?

Утро в декабре туманом окутано,
Под ногами белый снег-предатель -
Виден каждый шаг, и холоду лютому
Слишком просто сладить с тобой.
Все трудней дышать пронзительным воздухом,
Все труднее небу слать проклятья,
Все трудней бежать - полжизни ты отдал бы,
Чтоб забыть тот бой за спиной.

Как же мне хотелось убежать. Уйти навсегда, и больше никогда не вернуться. Оставить этих двоих самих разбираться со своими судьбами. Но я не мог этого сделать. И знал, что это для меня не просто работа…
Я любил их. Любил их обоих. И поэтому не мог оставить их без защиты.
Аня… Сероглазый ангел Тьмы…
Макс… Волк-одиночка, слишком похожий и слишком отличный от меня…
Даша… Синеглазая принцесса… Демон света… Пристанище моей души…
Я здесь, чтобы уберечь вас от беды, потому что это мой долг, моя работа, моя судьба, моё Предназначение. И ещё потому что я вас люблю…

Ты теперь дезертир,
Вне закона, знай - правды не найти,
Ты теперь просто цель
Для винтовок сотни горных егерей.

Я осознанно встаю между вами и Смертью. И я заслоню вас собой. Я делал это сотни раз. Сделаю это и теперь. И будь, что будет…

О, каким будет завтрашний день,
В этом мире большом и враждебном,
Кто пройдет по бурлящей воде,
Кто напрасно распнет сам себя -
Это судьба, это судьба!

Тот, кого выбрала Смерть, других ей не отдаст. Что ж, родные, один из нас должен уйти, когда придёт время. Уйти, чтобы другие могли остаться. Плеер выбрал не ту песню.… Тут больше бы подошёл «Штиль», хотя, эта Адская Машина всегда была умнее, чем я.

За спиной земля атакой разбужена,
Небо там горит над головою,
Ты не стал стрелять,
Ты бросил оружие
И послал к чертям, этот ад.
За спиною бой - преступный ли, праведный,
Истина войны размыта кровью,
Где свинец слепой отчаянно правит бал,
Кто убит - тот светел и свят!

Люди превратили этот мир в полигон. Но кто-то должен выжить в надвигающейся катастрофе. Кого успею спасти… Останусь ли я здесь, я не знаю. Я не должен думать об этом. Это не имеет особого значения. Если мне удастся, я вернусь домой. Или погибну…

Ты теперь дезертир,
Вне закона, знай - правды не найти,
Ты теперь просто цель
Для таких же смертью меченых парней.

Я шёл по улице, купаясь в дожде. Мне хотелось увидеть Дашу. Я направлялся к ней. Охотники…
Они сами придут, а я буду их ждать. Буду рядом, когда Максу и Ане понадобится помощь. Впрочем, как всегда. Главное, успеть. Заслонить собой. Укрыть крыльями. Не важно, что они теперь чёрного цвета. Главное, чтобы могли защитить.

Утро в декабре туманом окутано,
Возродилось из ночного праха,
Оборвался след, и с каждой минутою
Все темней таинственный лес.
Ты лежишь в снегах без роду и племени,
Пулею убит, а, может, страхом.
В ледяных цепях ты стал вечным пленником,
А душа блуждает где-то здесь...

Лунная тропа… Я вспомнил этот разговор. Ты не придёшь… Этот мир чужд для тебя. Ты здесь не выживешь. Никто из вас. Я был рождён здесь, поэтому меня сюда и отправили. На помощь я не рассчитываю.
Звонок в дверь.
– Привет.
– Здравствуй. Извини, что беспокою. Мне просто хотелось увидеть тебя.
– Ничего страшного, – она улыбается. – Я рада, что ты здесь…
Знала бы ты, как я рад…

XXXVIII Не на тех напал

Все сказаны слова, все сделаны дела,
И снова вместе на дороге мы с тобой.
Время вдаль лететь, нет больше сил терпеть,
Когда ты в коже на коне, а конь стальной.

Макс снова сел на байк. И опять мчался по дороге. Он решил, что может покататься, пока Аня будет спать. А ему нужно разгрузиться. Скорость – лучший помощник в таком деле.
А потом они с Аней будут думать, что делать в этой странной ситуации. И как помочь Элу. Вот только, как они могут оказать помощь?

Я не состарюсь никогда,
В крови огонь, а не вода,
А не по нраву я кому-то – мне плевать.
Колёса есть и есть друзья –
Горячий ветер и гроза,
Пока не сдохнем, по дороге будем гнать.

Макс подумал об Ане. Ему трудно было дать имя чувству, которое возникло у него к ней. Таким как он и она, подобные вещи даются с трудом. А что чувствует Эл? Как же хочется узнать, что происходило в его жизни. В какой из его жизней?

Пробил час! Не остановишь нас.
Свыше контролю не бывать!
Делай то, что по душе, на своём стальном коне,
Мы здесь, чтоб полночь взорвать!


Он не любит её. Она не любит его. Им хорошо вместе, но Макс знает, что через некоторое время он уйдёт. И Аня это знает.
А Эл? «Знал однажды» Они ведут себя так, как будто между ними ничего не было. Но ведь что-то было. А потом Эл взял и свёл их с Аней…

Каждый встречный неудачник
Мажет грязью нас.
Что ж нет ни денег, ни дворцов,
Есть жизнь одна.
Её я трачу, как могу,
Кто любит heavy, тот мой друг.
Для меня байк
И советчик,
И жена.

Эл как будто бы решил дать им шанс. Позволить им любить. Или хотя бы почувствовать что-то, напоминающее любовь.

Никто меня не понял,
Ни школа, ни семья,
Мой удар учитель помнит
И не зря.
Гнить в тюрьме,
Болтаться в школе,
Выбор мой был в пользу воли,
Больше пива, больше heavy,
И счастлив я!

Так или иначе, но теперь все трое в одной лодке, хочет Эл этого или нет…
А значит, они собираются помочь ему. Макс усмехнулся, представив, как будет беситься Хранитель, когда его подопечные полезут в самое пекло. Нет, приятель, не на тех напал!

Мы в прошлом победили
И не глядим назад.
Мы здесь, чтоб дать пинка
Врагам под зад!
Эй! Почувствуй мощь колёс
И подними свой тост!
Тост за нас и этот ад!

Макс улыбнулся своим мыслям и прибавил газу. Дома его ждала Аня. Им было что обсудить…

XXXIX В чём ошибка?

Когда пришёл Макс, ты перестала чувствовать холод. И возникло ощущение, что всё хорошо. Что теперь только так и будет.
Ты не любишь его. Он не любит тебя. Но сейчас вам хорошо. Остальное не имеет значения.
Разве что ваш Дьявол-Хранитель, которому, похоже, нужна помощь. Он ведь тоже человек. Или, по крайней мере, похож на него. А значит, он не может всегда быть один.

Кто сказал, что страсть опасна, доброта смешна,
Что в наш век отвага не нужна?
Как и встарь от ветра часто рушится стена.
Крепче будь и буря не страшна.

Аня с Максом слабо представляли себе, что именно собираются делать. Идти в рукопашную против Охотников вряд ли имело смысл. Но, судя по всему, Охотники появляются лишь тогда, когда Хранитель не выполняет своего задания. А значит, нужно помочь ему исполнить свою миссию.

Кто сказал один не воин, не величина,
Кто сказал другие времена?
Мир жесток и неспокоен, за волной волна,
Не робей и не собьет она.

Он свёл Аню с Максом. А значит, дал им шанс на то, чтобы они ощутили что-то, что люди привыкли называть Любовью. Но ведь их связь не продлится вечно. Тогда почему? Что-то Эл не договаривает… Вернее, он не говорит ни слова.

Кто сказал: живи покорно, не ищи руна,
Не летай и не ныряй до дна?
Сталь легка, судьба проворна; грош тому цена,
Кто устал и дремлет у окна.

Эл заставил вас обоих рисковать. Создал ситуацию, которая называется «нашла коса на камень». Но чёрт его побери, удачно всё сотворил! Даже проклинать уже не очень хочется. Вот только…

Кто сказал: борьба напрасна, зло сильней добра?
Кто сказал: спасайся, вот нора?
Путь тяжел, но цель прекрасна, как огонь костра.
Человек, настал твой час, пора!

Но в чём тогда дело? Почему появились Охотники? Что Эл сделал не так? Или что-то не так делаете вы с Максом?

Встань, страх преодолей,
Встань, в полный рост,
Встань, на земле своей
И достань рукой до звезд!

– Нужно разыскать Эла! – постановила Аня, подойдя к Максу.
– Он сам нас разыщет, – улыбнулся рокер…

XXXX Успеть!

– Ты уходишь? – Даша смотрит на меня с грустью в глазах. Я слегка улыбаюсь и говорю ей:
– Я вернусь, если захочешь.
– Я хочу, чтобы ты остался…
– Ох, – подхожу к девушке, обнимаю её, прижимаю к себе. – Ангел мой, ты же знаешь…
– Знаю… работа такая… – в её взгляде смесь грусти и радости. – Ты, правда, вернёшься?
– А куда ж я денусь? Ведь мои вещи у тебя на балконе сушатся, – я улыбаюсь. Придётся вот теперь ходить в чём-то, что она нашла у себя дома.
Я вышел на улицу и в недоумении уставился на синее небо. Дождя не было…
«Непорядок…»
«Ох люди… Всё у вас на привычках строится»
«Ну, так…»
«И ты туда же… Ох, Эл…»
Я ничего не ответил. Просто пошёл своей дорогой. Нужно своих подопечных навестить. Надеюсь, их никто до меня не навестил.

Время иссякло, хватило бы сил,
Есть шанс дотянуть до заветной черты.
Крылья машины блестят серебром,
Ты словно мишень под прицельным огнём.
Стёрта грань «Свой-Чужой»,
И стонет земля, и играет отбой!

Адская машина снова подкинула песенку. И заставила задуматься. Похоже, это затишье перед бурей. Ох, свезло так свезло…

Слева и справа безудержный шквал,
Жив или нет, понимать перестал.
Воздух пронизан свинцовым дождём,
Не веришь в реальность – всё кажется сном!
Столб огня, ветра вой,
Один на один в этой схватке с судьбой!

Да уж, лучше и не скажешь. Я чувствовал, что Охотники уже совсем близко. Нужно успеть. Успеть, во что бы то ни стало. Иначе кранты!

Дыхание Тьмы ближе и ближе!
Сиянье Тьмы манит и ждёт.
Дыхание Тьмы – всё, что ты слышишь,
Уходишь ввысь, в свободный полёт!

По своему опыту знаю, что беда случается тогда, когда её меньше всего ожидаешь. И понимал, что сегодня именно такой день. Так что я прибавил шагу.

Тени рассвета легли на крыло,
Ты выжил сомненьям и бедам назло.
Резким движеньем штурвал на себя,
Сегодня твой день и победа твоя.
Чёрный дым, словно флаг!
Сердце машины забилось не в такт!

В конце концов, я принялся бежать. Ворвался в квартиру к Ане, не обращая внимания на то, что дверь была заперта на три замка и застыл на кухне прямо перед ними.
– Тебе чаю или кофе? – спросила Аня…

XXXXI Слово за тобой

Они сидели за столом. Втроём. Пили кофе. Адское пойло! Пили и разговаривали о том, о сём.
– Маркоса потом поймали, меня до сих пор ищут. Где они меня на Земле найдут? – закончил Эл рассказ о драке с орками.
– Эл, почему появились Охотники? – задала вопрос Аня. Настроение всех присутствующих тут же изменилось.
– Я не успеваю, – ответил Хранитель. – Вы оба до сих пор пребываете в аду. Фигурально выражаясь.
– Как и ты… – девушка пристально посмотрела в глаза Элу.
– Обо мне не волнуйтесь.
– Нет уж, приятель, – сказал Макс. – Ты два раза спасал мою шкуру, я такого не забываю. И не бросаю друзей в беде.
Друзья… У Макса снова появились друзья.
– Я тоже, – произнесла Аня. – Вы двое стали для меня чем-то большим, чем просто… знакомые. Даже больше, чем друзья. Почти братья…
– Хороша семейка, – усмехнулся Эл. Все трое рассмеялись. – Впрочем, можем жить втроём…
Смех… В такие минуты кажется, что всё хорошо. И ничего не важно. Как будто нет Охотников, как будто мир не стоит на грани. А может быть, так и есть? Достаточно просто посмеяться.

Эй, гони-ка, парень, с ветерком,
Чтобы пела кровь и пыль столбом.
Пусть нам свистнет старый леший вслед
Ведьма спрячет в чаще белый свет.

– Эл, так что мы будем делать? – снова спросила Аня.
– Мы, – Эл выделил это местоимение, – а ничего мы не будем делать. Будем веселиться. Вечером идём в бар.
– Странные у тебя методы, – усмехнулся Макс. Этот парень снова научил его улыбаться.
– Знал бы ты, какими методами я однажды друзей от амазонок защищал…

По родным дорогам,
Темным и убогим,
К черту в пасть,
Чтоб пропасть,
А потом воскреснуть
И на том же месте
Крест вознести золотой!

– Но если Охотники появятся? – не унималась Аня.
– Тогда я закрою вас собой.
– Потому что это твоя работа? – задал вопрос Макс.
– Нет. Потому что я вас люблю.

Справа - волнами то смех, то мат,
Кто-то бьет из пушки наугад,
Слева - тишь да божья благодать.
Нет, умом тебя мне не понять!

Как ни странно, дождя до сих пор не было. И ветер стих. Затишье перед бурей…
Макс сжал кулак. Друзей он в обиду не даст.

Тут и там святые,
Странные, босые,
А в глазах -
Небеса.
Но выпьют и закусят,
Все до нитки спустят,
Норов покажут крутой.

Вечером, как и собирались, отправились в бар. Всё было хорошо. Даже слишком хорошо, чтобы длиться вечно. Но сейчас было именно так. Трое одиноких? Или трое свободных?
Макс знал, что он не один. Он никогда больше не будет один, пока есть Аня и Эл. Даже, если Аня будет за тысячи километров от него, а Эл на другом конце Вселенной. Всё равно они всегда будут рядом с ним.

Эй, гони-ка, парень, с ветерком,
К черту думать о лихом былом,
Грянем песню, да на весь окрест,
Бог не выдаст, свинья не съест!

Аня… Сероглазый ангел Тьмы. Ледяная дева, растопившая лёд его сердца.
Эл… Странник в сером плаще. Поспоривший со Смертью.
Его друзья. Его семья. Навсегда.

Эй, гони-ка, парень, на простор,
Нам не страшен ни один забор,
Вновь меняют пряники на кнут,
И веками люди чуда ждут...

Макс знал, что в любой момент могут прийти Тени или ещё хуже Охотники. Но он не боялся. Раньше он не боялся, потому что ему нечего было терять. А теперь не боялся, потому что у него были верные друзья, которые прикроют спину.

Будем жить, мать Россия!
С нами крестная сила!
Не в первой рисковать
Нам своей головой
Были орды и ханы,
Грозные атаманы,
Но последнее слово
Всегда за тобой!

– Да, Эл, – Макс хлопнул друга по плечу. – Слово за тобой…
– Нет, Макс, – Эл улыбнулся. – Слово за нами…

Сообщение отредактировал Элахин - 18-07-2006, 4:47