История троих

[Элахин >>>]

XXXXII Здесь и сейчас

Больше чем друзья… Эти оболтусы стали для тебя чем-то большим… Твоя семья. Хороша семейка…
Сейчас всё прекрасно. Вы полны радости, полны жизни. Но ты знаешь, что продлится это недолго. Насчёт Макса нет уверенности, а Эл уйдёт вслед за ветром. Да и Макса не удержать…

Этот парень был из тех,
Кто просто любит жизнь,
Любит праздники и громкий смех,
Пыль дорог и ветра свист.
Он был везде и всегда своим,
Влюблял в себя целый свет
И гнал свой байк, а не лимузин,
Таких друзей больше нет.

О ком эти слова? Как ты думаешь? Макс? Эл? Сегодня тебе снился сон, в котором это были не два разных человека, а один.

И в гостиной при свечах
Он танцевал, как бог.
Но зато менялся на глазах,
Только вспомнит шум дорог.
Всё, что имел, тут же тратил
И, за порог, сделав шаг,
Мой друг давал команду братьям,
Вверх поднимая кулак!


– О чём ты грустишь? – голос Эла. Тёплые руки на твоих плечах. Подходит Макс, берёт тебя за руку.
– Почему всё так? Вот вы скоро оба уйдёте. И я снова буду одна.
– Знаешь, Ань, – произнёс Эл. – Существует только «здесь и сейчас». Уж поверь мне.
– Эл прав, – согласился Макс. – Я живу, зная, что Завтра может не наступить. Так что предпочитаю жить сейчас…

Ты летящий вдаль, вдаль ангел!
Ты летящий вдаль, вдаль ангел!
Ты один только друг, друг на все времена!
Немного таких среди нас!
Ты летящий вдаль беспечный ангел!

– Я могу никогда не вернуться домой, – парень в сером плаще грустно улыбнулся, – а ведь там живут люди, без которых мне очень плохо. И которым плохо без меня. Но я нахожусь здесь и живу сейчас. И стараюсь не думать о том, что будет завтра.

Под гитарный жёсткий рок,
Который так любил,
На Харлее он домчать нас мог
До небес и звёзд любых.
Но он исчез, и никто не знал,
Куда теперь мчит его байк.
Один бродяга нам сказал,
Что он отправился в Рай…

Правы ли они? Можно ли слушать людей, у которых ничего нет, которым нечего терять? С другой стороны, что терять тебе? Ведь всё так призрачно. Какой смысл держаться за несуществующие ценности?

Ты летящий вдаль, вдаль ангел!
Ты летящий вдаль, вдаль ангел!
Но Он стал союзником Рая в ту ночь
Против тебя одного!
Ты летящий вдаль
Беспечный ангел…

Холод. Ты ощущаешь смертельный холод. Идущий извне. Поворачиваешься и видишь троих людей. Они ничем не отличаются от окружающих внешне. Но ты видишь, что они другие. У того, что в центре, лицо обезображено шрамом. След от меча. Ты даже знаешь, кто оставил этот след.
Они не произнесли ни слова. Тот, что в центре, выбросил вперёд руку, с его руки сорвалось пламя – огненный хлыст ударил в тебя. Ты замерла в ожидании удара, но его не последовало.
Серая тень встала между тобой и Смертью. Ты видишь, как кончик хлыста врезается в грудь Эла.
Ты слышишь крик:
– Уходите! Я возьму их на себя!
Затем всё вокруг начинает полыхать…

[Элахин >>>]

XXXXIII Машина для убийства

Удар. Огненный хлыст должен был пронзить мою грудь и выйти со стороны спины, задев к тому же Аню. Но я всё же кое-что умею…
Жар. Огонь должен был сжечь одежду, спалить волосы, обжечь кожу. Но я кое-что умею…
Огнём меня им не взять. Я схватил хлыст, не обращая внимания на жар, попробовал приблизиться к противнику. Всё вокруг стало полыхать. Люди рванули на улицу. Только двое остались.
– Уходите! Чёрт побери! – главное отвлечь Охотников на себя. Уберечь ребят!
Удар. Я перелетел через стойку, ударился спиной о полки со спиртным. Упал на пол. Вскочил на ноги, перемахнул стойку и на лету двинул ногой по челюсти одного из Охотников. Тем временем Макс пытался достать цепью другого. А тот, у кого на лице был шрам, приближался к Ане.
Пламя охватило всё помещение. Снова не успеваю!

Под ногами хрупкий лёд,
Взвод уходит на Восход,
Тени на снегу – отпечатки душ.
Не загадывай вперёд,
Кто кого переживёт,
Если Бог за нас отведёт беду.
В землю лечь нелегко!
Лишь бы знать, за кого!

Я вынул меч из ножен и рванулся вперёд, ощущая, как за мной следом рванулось пламя. Первого Охотника я атаковал слёту, клинок вонзился ему в грудь, а потом огонь, хлынув у меня из-за спины, превратил его в пепел.

Вверх за облачным льдом
В край не взятых высот.
Там, где всё решено,
Взвод идёт на Восход!

Макс ударил Охотника цепью по лицу. К сожалению, этим его не возьмёшь. Но Максу удалось отвлечь врага, чтобы я смог приблизиться к нему и разрубить мечом от плеча до бедра.

На войне, как на войне –
Жизнь чужая не в цене.
Белый саван вниз брошен
Нам с вершин.
Выбил нас огонь наглец,
Это множит слово «Смерть!»,
Но сомнений нет для того, кто жив!
Криком рот обожжён:
«Мы своих не сдаём!»

– Аня! – крикнули мы с Максом одновременно. И одновременно метнулись в её сторону. Но я двигался быстрее. Недолго думая, плечом толкнул Охотника, уже протянувшего к девушке руку. Тот отскочил от меня, но устоял на ногах, выхватил меч из ножен.
– Эл, – Макс начал приближаться к нам, приготовив цепь.
– Сейчас потолок обрушится! Бегите! – я надеялся, что они не станут геройствовать, всё равно помочь ничем не смогут. К счастью, ребята послушали меня.

Алый цвет по горам разлит
Торопливой рукой,
И летит журавлиный крик,
Нас зовёт за собой…

Мы не сказали друг другу ни слова. Даже не смотрели в глаза друг другу. Сделали два шага, а потом одновременно нанесли удар. Мыслей не было. Ни мыслей, ни чувств, ни эмоций. В это время я был словно машина. Машина для убийства.
Хранитель Жизни… смешно…
Защищая жизнь, сеять смерть… Приходится порой…

[DiVert >>>]

Вернулась и прочитала всё разом...
По прежнему живопись по нервам, однако, Эл... Я бы сказала, что чем дальше "в лес", тем меньше (лично у меня) арийские тексты перекликаются с текстом произведения. У меня нет никаких претензий по поводу подбора, упаси Свет, я только хочу сказать, что... Ощущение стало разорванным. Возможно, мне просто хочется спать после двух суток бесконечного путешествия...
Очень красочно особенно когда он врывается, а Аня ему чайку предлагает. Супер...

[Feba >>>]

Элахин чувствуется, что писал не отрываясь, всё скопом, бегом, не читая, не проверяя, поэтому встречаются повторения (извиняюсь за легкую критику, но иногда подмывает подредактировать).
Но все-таки, что же Хранит Машина для убийства??? Почему любимая работа не должна вызывать эмоций?

Эл у тебя получился самым симпатичным и привлекательным (самый любимый?), Макс в основном во внешних проявлениях, а Аня не совсем понятна, точнее слегка неправдоподобна...

... Сероглазый Ангел Тьмы... Синеглазый Демон Света... - так поэтично... я искренне балдю.
Представила себя на месте Ани во время танца, во время погони, и когда Эл ворвался в квартиру... вслед за грохотом упавшей двери - мягким ласковым голосом, не моргнув глазом, "Чайку хочешь? Кофейку?" Да... крепкая нервная система у человека...
В целом очень классно написал, жизненно! Надеюсь ты поймешь, что я имею в виду.

[Элахин >>>]

В следующие пару глав я пока не вставил песни, потому что не могу подобрать ничего подходящего из "Арии", а другие группы в эту повесть уже нет смысла вставлять. Так что будут герои обитать в тишине.

43

Когда рухнул потолок, у них оставалась надежда, что Эл выйдет из огня. Но он не вышел. Потом приехали пожарные, милиция. Под завалом нашли несколько трупов. Помимо ожогов у него в груди была дыра, похоже, его проткнули мечом. Установить личность погибших не удалось, но Макс знал, что Эла среди них не было. Просто знал.
Но прошло два дня, а он так и не объявился. Просто исчез.
С самого утра Макс странно себя чувствовал. Он нигде не мог найти себе места, ходил по квартире сам не свой. Это не укрылось от глаз Ани.
– Что с тобой такое? – просила она, когда Макс стоял у окна и глядел на небо. Проклятые тучи наконец-то ушли прочь, и теперь солнце щедро одаривало город своим теплом и светом.
– Сам не знаю, – произнёс он, не оборачиваясь. Макс не хотел, чтобы Аня сейчас видела его глаза. Потому что вряд ли бы ей понравилось то, что она там могла увидеть.
– Ты переживаешь из-за Эла?
– Нет, – мгновенно ответил он. – За него я спокоен. С ним всё в порядке.
– Откуда ты это знаешь? – Аня вдруг схватила Макса за плечо и развернула, желая, чтобы он посмотрел ей в глаза. Она не отшатнулась, но побледнела.
Там, где у человека расположена радужная оболочка и зрачок, не было ничего, из самой глубины глаз Макса исходил свет, напоминающий лунное сияние. Глаза призрака…
Через секунду сияние исчезло, глаза снова стали прежними. Аня опустила голову, прижалась к Максу, тяжело вздохнула. Он обнял её и ничего не сказал.
– Как такое могло случиться? – задала она вопрос, неясно, кому конкретно адресованный: Максу или небу, которое смотрело на них из окна и улыбалось.
– Многое может случиться, – произнёс парень. – Так уж получается…
Макс отпустил Аню и снова повернулся к окну. Сегодня вечером ему придётся уйти. Уйти навсегда. Иначе никак.
Он чувствовал, что задержался в этом городе слишком надолго, а это недопустимо для него. Теперь…
«Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты, » – усмехнулся про себя парень.
Макс ещё до конца не осознал, что с ним происходит, но времени на осознание теперь много. Очень много. Целая жизнь…
Они не знали, о чём сейчас говорить. Просто сидели рядом и молчали. Максу казалось, что вся его прежняя жизнь сгорела в том пожаре. Призраки прошлого больше не гнались за ним, они сгорели вместе с прошлым.
А кто теперь он? Ответ на этот вопрос придётся искать самостоятельно.
– Мы увидимся когда-нибудь ещё? – спросила Аня, держа его за руку. Она не боялась смотреть в его глаза. Она вообще ничего не боялась.
– Не думаю, – вздохнул он. – В отличие от Эла, я не имею привычки возвращаться.
Он некоторое время молчал, а потом добавил:
– Прости…
Аня ничего не сказала. Лишь уткнулась в его плечо. По её щекам потекли слёзы.
Макс знал, что она не попросит его остаться. Аня никого ни о чём не просит. Никогда. Держать его она не станет.
Макс не хотел уходить ночью, знал, но знал, что будет лучше, если утром он уже станет воспоминанием. Поэтому он ушёл, когда тьма опустилась на город.
– Прощай, – сказал он, обернувшись на пороге. – Я не забуду тебя.
– Я знаю, – ответила она. – Я тоже тебя буду помнить.
– Береги себя.
– Что со мной станется, – она грустно улыбнулась. – Я же не ношусь по ночным дорогам…
Прощальный поцелуй. Лёгкий, почти мгновенный, но оставляющий след более глубокий, чем все остальные.
Макс шёл, не оглядываясь. Он никогда не оглядывался. Раньше он не оглядывался, боясь встретиться с призраками прошлого, а теперь не оглядывался, потому что не видел в этом смысла.
Он сел на мотоцикл, завёл мотор, последний раз поглядел на дом, который покинул и рванул прочь. Он привык уходить навсегда. Потому что это единственный способ остаться живым…


Добавлено:
44

Ты вновь одна. На этот раз ты понимаешь, что осталась одна навеки. Никто не скажет тебе, почему. Два человека, которые стали важной частью твоей жизни, исчезли навсегда. Судьба? Пустое слово, ведь ты знаешь, что судьба творится людьми. Просто воля людей. Макс решил, что его свобода важнее для него, чем всё остальное. А Эл? Он лишь выполняет свою работу. И идёт дальше.
Аня не спала всю ночь. Эти двое заставили её вновь испытывать чувства, и она снова плакала. Она рыдала всю ночь, а утром дала себе обещание, что больше никогда не заплачет. Просто потому что нельзя этого делать. Хотя, что такое это пресловутое «нельзя»?
Аня… сероглазый Ангел Тьмы. Знаешь ли ты, что осталось для тебя в этом мире? Какой ты видишь смысл в дальнейшем существовании? Поиски счастья? Очередная иллюзия. Счастье мимолётно, оно не может длиться вечно. Но почему тогда люди так стремятся заполучить его?
Утром сон таки сморил Аню, но часа в три она проснулась. День был солнечный, небо горело огнём, это так резко контрастировало с дождями, которые лили последние несколько дней, и казалось, что им не будет конца. Но ничто не вечно: ни радость, ни скорбь.
Огонь падал с неба, возникало ощущение, что в этом огне умирает прошлое. Умирает всё, чем ты жила последние годы. Огонь уничтожал это, оставляя сознание и душу пустыми, чистыми. Чтобы можно было создать что-то новое.
Макс изменился. Быть может, в тебе тоже что-то переменилось, но ты пока не знаешь, что именно?
Аня взяла сигарету, закурила, но тут же потушила её. Курить не хотелось, это вдруг стало неприятно для неё. Девушка удивлённо посмотрела на сигарету, словно держала её в руке впервые.
Возникало ощущение, что дождей и не было вовсе. Город сиял в лучах солнца, улицы, недавно казавшиеся мерзкими, вдруг стали красивыми и светлыми. Аня улыбнулась.
Она открыла окно, и в лицо ей ударил ветер, а солнечный свет стал приятно ласкать кожу. Небесное светило словно наполняло девушку жизнью.
Ты закрываешь глаза. Ты чувствуешь биение своего сердца. А потом вдруг понимаешь, что слышишь не только своё сердце. Ты чувствуешь, как бьётся сердце человека, который идёт по улице. Ты чувствуешь то, что чувствует он. Словно ты сама стала им сейчас. Всё, чем он живёт, о чём думает, что ощущает – это же ощущаешь ты…
Аня отошла от окна. Наваждение отступило. Человек свернул с улицы и пошёл прочь.
Тебе не страшно. Ты больше не знаешь, что такое страх. Ты чувствуешь связь со всеми окружающими людьми, ты и человечество – единое целое. Эта связь неразрывна…

[Элахин >>>]

44

Я медленно открыл глаза. Судя по всему, я находился на крыше какого-то дома. Неподалёку от меня сидел зверёк, похожий на лису, но, в отличие от неё, имевший белую шерсть. К кому-то смерть является в балахоне и с косой, к кому-то прилетает чёрный ворон, а вот ко мне пришёл песец…
– Не могу сказать, что рад видеть тебя снова, но всё же здравствуй, – обратился я к своему гостю.
– Мне встречи с тобой тоже особой радости не приносят, но и тебе не болеть, – откликнулся песец.
– Ты в этот раз пришёл за мной?
– Собирался вообще-то, но, похоже, в этот раз не судьба… – произнёс зверёк.
– А что так? – спросил я.
– Везучий ты, Хранитель, – ответил он.
– Но тебе было чем поживиться, – я грустно вздохнул. – Я снова убивал…
– Я тебе не судья, я лишь выполняю свою работу. Если бы я не забрал Охотников, значит, забрал бы твоих друзей. Но ты меня к ним не подпускаешь.
– Обойдёшься. Я постараюсь сделать так, что у тебя не будет работы…
– Глупый ты, Хранитель, – на лице песца едва ли можно разглядеть усмешку, но мне это удалось. – Уж кто-кто, а я без работы не останусь. Скажи мне, Эл, – он впервые обратился ко мне по имени, отчего всё внутри похолодело, – ты боишься меня?
– Бывает порой, – ответил я, – а порой я желаю с тобой встретиться.
– Будь осторожен в своих желаниях, – предостерёг меня песец, – они у тебя сбываются с завидной частотой.
– Неужели?
– Ты получаешь то, чего хочешь. Рано или поздно, так или иначе…
– Я это учту, – кивнул я.
– Что ж, пора мне, бывай, Хранитель.
– Надеюсь, мы больше не увидимся, – произнёс я.
– Увидимся и не раз, – уверил меня он. – У тебя хорошая крыша, но я своё дело знаю.
– А я – своё…

Песец ушёл, и я остался один на крыше. Дождь наконец-то прекратился, и теперь небо горело огнём. Я повернулся лицом к солнцу, направил раскрытую ладонь в сторону светила. Ощутил, как энергия солнца проникает в меня через руку. От этой мощи меня начало поднимать в воздух, тогда я понял, что зарядился достаточно.
Спустившись с крыши, я направился по знакомому адресу. Позвонил в дверь. Даша открыла не сразу, но довольно скоро. Она была одета в домашний халат, похоже, недавно проснулась, значит, сейчас примерно полдень.
– Привет.
– Здравствуй. Можно к тебе?
– Конечно…

[Enshantress >>>]

Вот, наконец, и у меня появились какие-то четкие мысли, которые уже можно выложить
Интересно, захватыающе, на одном дыхании Очень нравится то, как выбранный стиль написания (или просто стиль автора) оттеняет динамичность действий. Герои стали близкими и родными.
Восхищают маленькие моменты, когда просто по нервам бьет поведение героев в экстремальных ситуациях. Спасибо, Элахин.

[Элахин >>>]

Enshantress тебе спасибо за добрые слова.
Всем вам спасибо. Сегодня вечером выложу последние три главы, надеюсь, вам понравится.

[Элахин >>>]

46

Макс остановился на окраине города, чтобы последний раз взглянуть на него. И вдруг он увидел, как к нему приближается человек в сером плаще.
– Обычно я ухожу, не прощаясь, – произнёс Эл, подходя к нему, – но в этот раз решил сделать исключение.
– Что ж, приятно чувствовать себя исключительным, – усмехнулся Макс.
– Иногда хочется почувствовать себя таким же, как все остальные, – грустно улыбнулся его друг.
– Получается?
– Конечно, – теперь улыбка не была грустной. – Иногда…
– Ты знаешь, что со мной происходит? – спросил Макс. Кому же ещё, как не Элу знать.
– Догадываюсь, – Эл поглядел ему в глаза. – Скажем так, я весьма странно влияю на людей, которые со мной близки.
– А что насчёт Ани? С ней тоже что-нибудь будет? – Макс насторожился.
– Возможно, – Хранитель пожал плечами. – Тут не угадаешь. Но хорошо, если так и будет.
– Хорошо?
– Хорошо, когда человек осознаёт своё Предназначение. Я редко встречал таких. К сожалению.
– Я не уверен, что знаю, в чём моё Предназначение, – Макс действительно не знал. Сейчас он лишь хотел умчаться подальше отсюда, слиться с дорогой и ветром воедино.
– Жизнь покажет, – произнёс Эл.
Макс не знал, что его ждёт, он знал лишь, что его жизнь уже никогда не станет прежней. По крайней мере, пока он будет помнить Аню и Эла. А он их не забудет.
– Как думаешь, мы с тобой ещё встретимся? – спросил рокер.
– Судьба – очень хитрая тётка, я не удивлюсь, если на одной из дорог вновь увижу тебя, – ответил парень в сером плаще.
– Что ж, в таком случае нужно сказать «До встречи»
Они пожали руки, а потом обнялись по-братски.
– Удачи тебе, дружище, – произнёс Макс. – Береги себя.
– Попутного ветра, братишка, – ответил Эл. – Сила с тобой.
Мотоцикл сорвался с места и понёсся прочь. В лицо Максу дул ветер, звёзды, рассыпавшиеся на ночном небе, освещали ему дорогу миллионами маленьких огней. Впервые за долгое время на душе у Макса не было тяжести. Призраки больше не гнались за ним, он больше не боялся их. Он сам стал призраком ночи. Рыцарь дорог, теперь он не убегал от себя, теперь он решил себя найти. Что дальше будет, неизвестно.
Но есть лишь один способ это узнать…



Добавлено:
47

Ночь, полная звёзд. Ты уже забыла, как они выглядят. Ты сидишь у окна и медленно потягиваешь мартини. Сигарет рядом нет. Они не нужны.
Сначала ты чувствуешь удары сердца, а потом понимаешь, что за твоей дверью стоит человек и ждёт, пока ты откроешь ему. Эл.
Он стоял на пороге целый и невредимый, на лице была лёгкая улыбка.
– Ты пришёл попрощаться? – спросила девушка. Парень лишь кивнул.
Некоторое время они сидели на кухне и молча пили кофе. Эл молчал, но Аня теперь могла и без слов понять, что творится у него внутри.
Ему было грустно оттого, что приходится уходить, и в то же время он был рад тому, что снова отправится в путь.
– Ты умеешь делать подарки, – вдруг сказала Аня.
– Твои способности, не мой подарок, – Эл покачал головой. – Они были в тебе изначально, я просто чуть помог им раскрыться.
– Часто такое бывает?
– Нет, к сожалению, крайне редко. Только с людьми, которые со мной сближаются на уровне чувств.
– Если бы люди знали, какой ты, наверное, сто раз подумали бы прежде, чем с тобой сближаться, – Аня слегка улыбнулась.
– Быть может, – Эл лишь пожал плечами. – Обычно так и поступают.
– Тебе ведь тяжело жить так, – вздохнула девушка. Она сейчас чувствовала всё, что чувствует Эл.
– А ничего иного не остаётся, – ответил он. – Дольше двух недель, как правило, со мной никто не выдерживает. Вот и Даша вскоре скажет, что не может быть с человеком, который куда-то вечно исчезает, на которого нельзя положиться, за кого вечно приходится волноваться. И будет права.
Эл никогда не упоминал о Даше, но ты видишь перед глазами симпатичную светловолосую девушку, ты можешь даже чувствовать то, что чувствует сейчас она, хоть и никогда не видела её.
– Но сейчас она так не думает, – возразила Аня. – Она рада, что ты рядом с ней.
– Хорошие у тебя способности, – одобрительно сказал Эл. – Да, сейчас Даша рада. Но очень скоро эта радость исчезнет. Я не из тех, кто делает людей счастливыми, я лишь помогаю им избавиться от боли. А потом исчезаю, потому что в противном случае мне укажут на дверь.
– Ты ошибаешься.
– Это не имеет значения. В конце концов, работа есть работа…
– Да что ты заладил! – Аня повысила голос. – Тебе просто нравится то, чем ты занимаешься, ты умеешь это делать лучше всего, и для тебя это больше, чем просто работа. Не морочь голову ни себе, ни мне!
Люди меняются. Раньше тебе было плевать на чувства окружающих людей, теперь же ты чувствуешь то, что чувствуют они. Больше не сможешь становиться ледяной девой, тебе придётся делить с людьми их горе и радости. Кажется, ты сейчас понимаешь, почему Эл старается относиться к людям, как к своей работе. Потому что работа для него – это слишком личное…
А теперь это слишком лично и для тебя…
– А мои глаза не начнут мерцать? – задала Аня вопрос.
– Кто знает, – Эл вновь пожал плечами. – Если тебе это будет нужно, начнут мерцать.
– Ты останешься ночевать? – спросила она, скорее ради приличия, думая, что Эл исчезнет ночью, как и Макс, но он ответил:
– Останусь. Нет ничего хуже ночи, в которую тебе одиноко.
– А как же Даша? – Аня странно улыбнулась.
– С ней я попрощаюсь завтра…

Утром Аня проснулась и поняла, что Эл исчез. Не обязательно было осматривать квартиру, девушка просто чувствовала, что его больше нет рядом. Что он где-то далеко. Она странно улыбнулась. Быть может, он был просто сном? Хотя сны бывают более реальны, чем повседневная жизнь.
Аня… Сероглазый ангел Тьмы… Твои принцы исчезли, и вряд ли ты когда-нибудь ещё увидишь их. Но ты больше не чувствуешь себя одиноко. Теперь у тебя есть весь мир, ты чувствуешь единство с каждым человеком. Ты никогда больше не будешь одна, но вряд ли твоя новая жизнь принесёт тебе счастье. Хотя, кто знает…
Хранитель выполняет работу и уходит. Когда Эл сделает то, что должен сделать здесь, он покинет этот мир. И оставит здесь таких, как ты. Или таких как Макс…
Она снова улыбнулась.
– Знала ведь, что нельзя разговаривать с незнакомцами, – усмехнулась девушка. – С другой стороны, кто не рискует, тот помрёт здоровым…

[Элахин >>>]

– Мне пора, – я смотрел на Дашу, и у меня сжималось сердце.
– Я знаю, – ответила девушка. – Работа у тебя такая.
Как же мило она всегда улыбалась, становясь в эти моменты ещё прекраснее. Она не осуждала меня за мою жизнь, не требовала ничего, и я за это был бескрайне благодарен.
– Я рада, что мы встретились, – она прижалась ко мне и прошептала на ухо: Надеюсь, не в последний раз.
– Я тоже рад, – ответил я. – Если я буду тебе нужен, позови меня, я приду.
– Как тебя позвать?
– Ты поймёшь…

А потом я шёл по дороге, оставив позади этот город, в котором наконец-то прекратились дожди. Солнце почти скрылось на Западе, окрасив горизонт кроваво-красным цветом. На дороге был только я, а в небе, широко расправив крылья, парил сокол.
«Куда теперь?» – раздался голос внутри.
«Как всегда»
«Решил создать себе помощников?»
«Звучит слишком гордо» – возразил я. – «Скажем так, просто помог людям разобраться в своём Предназначении»
«Как знаешь, всё едино»
«В единстве Сила» – усмехнулся я.
Ветер ударил мне в лицо, растрепав волосы и всполошив полы плаща, ставшие сейчас похожими на крылья.
«Романтика… Одинокий странник, уходящий в сторону заката» – язвительно заметил мой внутренний голос.
«Ага, рыцарь без доспехов» – вздохнул я. – «Куда путь держим, на этот раз?»
«Пока что прямо, а там посмотрим»
Тишину наступившей ночи разорвала мелодия, звучавшая из наушников и слова:

Кто видел Икара,
Там в синей дали?
Крыл легкая пара,
Сын грешной земли.

Сколько ещё людей мне предстоит встретить, и в скольких судьбах придётся покопаться, я ещё не знал, более того, старался об этом не думать. В те минуты, когда я отрывался от одного места и шёл к другому, я отдавался полностью своему пути. Я не имею права привязываться ни к кому и ни к чему, и отправляясь в путь, я расставался с прошлым навсегда, сжигая всё в огне, который горит в моей душе.

Он летел над горами гордый, как орел,
Рассекая стрелой облака
Он летел над горами, солнцем озарен,
И на землю смотрел свысока.

Моя память, одно из моих особых свойств, хранит всю информацию, полученную мной когда-либо, как правило, на интуитивном уровне. Так что я никогда никого и ничего не забываю, и порой вспоминаю то, что казалось забытым давным-давно. Время от времени я вспоминаю своих друзей и возлюбленных, с которыми расстался много лет назад, порой мне даже вспоминаются разговоры, слова, мысли, эмоции, которые, как правило, забывались на следующий же день. Самое тяжёлое то, что на мне порой оседает груз чужих воспоминаний, но в таком случае я просто сжигаю всё.


Кто дал ему крылья?
Кто ждал на скале?
Но все позабыл он
И скрылся во мгле.

Сколько раз мне приходилось исчезать, уже не вспомнить. Хотя, порой, бывало, что я возвращался. Тут уж ничего не попишешь, выбор был сделан давно, и я делал его осознанно, зная, на что иду. В целом, мне жаловаться не на что, лишь иногда становится немного грустно, вспоминая доброго друга или хорошую девушку, которых не видел много лет, и нет уверенности, что я их увижу когда-нибудь ещё.

Кто видел Икара,
Там в синей дали?
Крыл легкая пара
Здесь в серой пыли?

Возможно, я когда-нибудь останусь лежать в серой пыли, если не успею вовремя среагировать, если опоздаю, если не сделаю то, что нужно. Если сорвусь с лезвия ножа. Но об этом я думаю редко, наверное, потому что слишком сильно желание жить. Жить, несмотря ни на что, сжимая кулак и идя дальше, улыбаясь, когда тебя разрывает на части от боли, смеясь сквозь слёзы, потому что иного пути нет. Потому что это единственный способ выжить, способ ЖИТЬ. И сжигать всё, что становится лишним, ненужным. Потому что в ледяной пустыне ты умрёшь от тоски и холода, а когда всё полыхает, ты не замёрзнешь. Как говорится, двум смертям не бывать…
А если всё сделать правильно, не будет ни одной…